Читать книгу 📗 "Вот и свела нас судьба (на войне как на войне) (СИ) - Патман Анатолий"

— Хорошо, Эмиль, строго накажу, чтобы доставил юного князя в Александрию в полной сохранности и довольного путешествием. Хотя, он и так будет стараться. И без нас наверняка всё понял.

Глава 09

Глава 09.

И снова в путь?

На другой день прямо с рассветом из расположения батальона выехал приличный, из трёх десятков двуконных повозок, обоз с продовольствием. Для их охраны выделили пару отделений во главе с сублокотенентом Георге Лозяну и Романом. Первый был назначен и старшим командиром. Ему было уже лет под тридцать.

Нас рассадили в середине колонны на трёх повозках. Хотя сейчас, из-за наличия в районе Бухареста и Александрии большого количества русских войск, было спокойно. Вряд ли кто осмелился бы напасть на этот обоз? Но раз военные регламенты требовали, что положена охрана, то её без слов и выделили.

А так, пользуясь правом старшего в своей группе, я тут же завалился спать и проспал до первого привала, уже, как оказалось, в километрах пятнадцати от столицы княжества. Нет, мои помощники тоже строго по очереди несли дежурство. Теперь мы все были вооружены, и у каждого имелось чуть ли не по полсотни патронов к револьверу. И ещё примерно столько сверх у меня. И я знал, что мы и сами, и тройка помощников Аркадия умели стрелять, и неплохо. Так что, постоять за себя, конечно, в ближнем бою, могли. Можно было и нарваться, но уже больше из-за потери бдительности.

Грызть сухой паёк нам не пришлось. Как только помылся и привёл себя в порядок, я тут же сел хлебать густой мясной кулеш. А после меня сразу же напоили крепким кофе, может, и по-турецки. Но мне больше понравился кувшинчик свежей простокваши. Так что, жить было можно, и неплохо. В благодарность за хороший завтрак я тут же сыграл на гитаре, хотя, те же «Romance d’amour» и «Золушку». Ну, простые солдаты их же не слышали, так они и не знали, что я, вообще-то, знатный русский князь или хотя бы немецкий баронет. Сублокотенент представил меня им как родственника локотенента Михая Чаушеску, а моих помощников — как наёмных работников его отца. Тут я возникать не стал. Лишние неприятности мне тоже ни к чему. Надо доехать, а потом видно будет, кем мне представиться.

На этот раз я не спал. Ко мне пристроился Роман, и мы с ним почти всю дорогу проболтали, хотя, на немецком языке, на разные темы. Я подозревал, что его попросили слегка проследить за мной. Но у меня и самого имелось желание, так что, мы с ним довольно подробно обсудили действие пехотных подразделерий при атаке и обороне. Я сам же охотно изложил субофицеру свои мысли насчёт стрелкового строя. Теперь, при появлении дальнобойных орудий и ружей, нечего и было думать идти в атаку колоннами. Как накроет их шрапнелью или просто расстреляют хорошие стрелки, много бойцов зря погибнет. И в обороне надо спрятаться получше.

В конце Роман явно не выдержал и всё-таки спросил:

— Э, Вам, баронет, всё это полковник Тутолмин рассказал?

Ну, если думают на Ивана Фёдоровича, то пусть будет. Всё-таки он большой военноначальник и наверняка примерно так и думает. Вот пусть и станет, сам не зная об этом, ещё и великим военным теоретиком. Может, заодно сейчас, тем более, с моей подсказки, а я в любом случае подскажу, применит «свои» теории и на практике? Правда, всё же интересно, а он ко мне хоть немного прислушается? Пусть я сильно юн, но ведь много чего знаю. Вообще-то, должен. Иван Фёдорович не дурак и знает, что у меня можно узнать много интересного и нужного. И мы с ним и так неплохо поладили.

А пока я как бы сильно смутился:

— Ну, да, это он вёл эти разговоры с другими военными, а мы с Борисом там присутствовали и немного подслушали. Но Вы, герр Роман, пожалуйста, не думайте, что я выдаю вам военную тайну. Это были просто обычные разговоры военных людей. Они там, похоже, порой обсуждали свои задумки, пока официально не принятые? Так что, сейчас я вам ничего тайного не открыл. Но, вообще-то, думаю, что скоро все войска придут к такой тактике действий.

Ну, к новым тактикам, конечно, придут, правда, ещё не скоро. И в этой войне многие военноначальники будут воевать по-старому и много солдат зря положат. Это всегда так было и будет. На войне многие нововведения принимаются лишь после обильного пролития крови. Не просто и опасно переключаться на что-то новое, ещё не проверенное. А проверки требуют и времени, и потерь. И просто так на практике у военных всего мира ничего не принимается. Так что, мои разговоры с Романом так уж сильно вряд ли кого заинтересуют.

Правда, насчёт применения гранат и мин я умолчал. Хотя, эта тайна тоже так долго не продержится. Мне, чего уж скрывать, надо было лишь не допустить турок-осман Осман-паши в Плевну. А потом наши офицеры уже сами будут стремиться больше применять новое оружие. Чуть позже оно однозначно утечёт и к врагам. Там же ничего сложного нет, и тротил немцы быстро выделят. Он у них и так есть, и у немцев сейчас продвинутая химическая промышленность, лучшая в мире. И другие враги тоже за ними резко подтянутся. За учёными Российской империей останется лишь приоритет в получении новой взрывчатки и разработка нескольких видов оружия. И всё. Дай бог хотя бы через некоторое время что-то произвести для русской армии.

Второй призвал мы сделали ещё часа через четыре. После сытного обеда меня опять потянуло на музицирование. Так что, я тут же спел под гитару «La Peregrinación», уже на испанском языке, и сыграл «Little Man». Да, солдаты впечатлились. Ну, пусть думают, что у локотенента Михая способный племянник. И ещё пусть у них останется добрая память обо мне. Потом они узнают, кто пел им песенки и будут часто вспоминать меня с благодарностью. Хотя, и так вдруг от души поблагодарили. Несколько солдат один за другим подошли ко мне и вручили мне крестики, пусть и на простых шнурках. А ещё они дружно подкинули нам разной еды, в том числе и сухофруктов. Что же, как раз то, что нужно в дороге.

— Пусть Господь всегда хранит тебя, мальчик! — перевёл мне Димитрий речь одного из солдат. — Ты очень способный и хорошие песни поёшь, и мелодии исполняешь, и они тронули нас за душу. Порадовал нас! Пусть везёт тебе и долгих лет жизни.

И что мне понравилось, мы с помощниками вволю искупались в небольшом придорожном озере. Хоть и в Бухаресте помылись, но свежая вода, и чуть холодноватая, нас приятно освежила.

На этот раз мы с Романом разговоры о военных делах не вели. Он, похоже, хотел вернуться к прежнему разговору, но я тут же увлёк его, хоть немного и странно было, на обсуждение направлений в музыке и опять как бы выдал тайну из творчества брата. Рассказал ему, что он нежданно увлёкся танцами из разных стран, почему-то и латиноамериканскими. Ну, да, танго. Кроме как у себя в Аргентине, оно вряд ли где было известно. А так, я сейчас рассказал парню о уже написанных князем Борисом песнях в этом стиле и даже спел под гитару первые куплеты «Ах эти чёрные глаза». А потом взялся и за «Танго любви», и её, пусть как бы и женскую песню, спел даже полностью, ещё и на польском языке:

— Wczoraj wieczorem znów

tańczyłeś tylko z nią.

Widziałam jak ukradkiem

jej tuliłeś dłoń.

Z nią dziś tak samo czule

tańczysz tango

i tak samo czule muskasz jej dłoń.

(польск. — Вчера вечером опять

танцевал только с ней.

Я видела, как украдкой

её обнимал рукой.

С ней сегодня так же нежно

ты танцуешь танго

и так же нежно гладишь её руку.)

Конечно, с тем, что сохранилось в моей памяти, тем более, исполнением одной милой певицы, как отчего-то чётко вспомнилось, Анны Герман, не сравнить, но тоже прозвучало неплохо. Явно она, ну, её творчество, Бурлаку сильно нравилось. Теперь и мне тоже. А уж исполнение припева вышло у меня вполне терпимо:

— Tango, tango d’amore.

Serce zapomni żal,

Znów będzie twoje.

Tango de mi amor.

Tango de mi amor…

(польск. — Танго, танго любви.