Читать книгу 📗 "Не так уж ненавидишь (СИ) - Матвеева Инна"

— В общем, я всё могу понять, правда, — горько подвожу к главному. — Но… Как ты с этим справлялась? Год жила, зная, что Ярослав сидит напрасно. Год видела, что я воюю с Димой впустую. Ты видела, каково мне было. Как ты справлялась⁈ — у меня голос чуть срывается, а Таня отворачивается.

— Как ты верно сказала, ты не была в такой ситуации, — не сразу отвечает она. Совсем-совсем тихо.

А меня разрывает от желания встряхнуть её, к себе повернуть и посмотреть ей в глаза. Попытаться там всё-таки увидеть обеспокоенность за Ярослава и всю эту ситуацию со мной. Этого бы хватило, чтобы меня перестало так драть изнутри. Если она подавляет всю ситуацию с невиновным парнем в тюрьме, то как насчёт вчерашней? Я действительно могла пострадать…

Но я подавляю желание добиваться от неё чего-то. Бессмысленно, чувствую же. Может, Тане настолько тяжело, что она просто не может вытащить это всё из себя. Не вывезет. Проще запихнуть чувство вины как можно глубже — иначе такое просто целиком сожрать может.

Нам и без того есть, что обсудить…

— Сейчас у тебя есть выбор, — только и говорю. — Тебе придётся его делать. Дима не отступит. И он уже добыл доказательства того, что истинный виновник именно Федя.

Насколько я слышала, ещё нет, не добыл, Костя тогда соврал. Но явно лишь вопрос времени, когда Котов добьётся своего. И без того не отступал, а уж теперь…

Да и напуганный ублюдок Федя, судя по всему, сейчас начнёт петлять и косячить, возможно, попутно сам раскрывая себя всё сильнее. И видео с его оговорками тоже уже есть.

Таня молчит на мои слова, только как-то сильнее жмётся к стенке. Вроде бы уже стоит на ногах, а такое ощущение, что ещё больше в угол забита.

В какой-то степени так оно и есть…

— Ты — жертва, Тань, — мягко напоминаю. — Когда Дима добьётся пересмотра дела, без твоего слова не обойдётся. Хотя оно и будет чисто формальным, потому что, повторюсь, все доказательства уже есть. Всё прозрачно.

Даааа, я отдаю себе отчёт, что последние фразы говорю специально, с нажимом, чтобы как бы лишить Таню выбора, который предлагаю. Слишком уж угнетает её молчание. Невыносима мысль, что её страх может быть настолько силён, чтобы заставить её пойти против Котова снова…

Нет уж, пусть будет уверена, что ублюдок Федя уже проиграл. Пусть хотя бы из-за этого перейдёт на справедливую сторону, а там, может, всё-таки позволит совести взять верх… Переживёт всё это, прочувствует, выстрадает. Я ведь знаю Таню. Она уж точно не плохой человек.

— А что он об этом думает? — треснуто спрашивает Таня. Неожиданно так спрашивает. — Он знает… Что я…

— Знала про Федю? Да, это стало очевидно для нас обоих, — говорю, как есть. — Если честно, даже до этой тусовки. Я её спровоцировала, чтобы тебя разговорить. Я хотела, чтобы ты сама объяснила мне все те нестыковки, что стали бросаться мне в глаза после нашего последнего разговора об этом.

Не по себе признаваться в этом, но пусть Таня окончательно осознает, каково нам всем было от её молчания.

— То есть, ты действовала вместе с ним? — резко спрашивает она.

— Не неси бред, — жёстко обрываю. — У меня появились свои подозрения лишь после того разговора. И я хотела выяснить всё сама. В идеале, спровоцировать говорить тебя.

Таня вымучено вздыхает. Качает головой, трясётся в беззвучном то ли смехе, то ли в рыданиях.

— Сходила на тусовочку, — её голос снова плаксив, хоть и звучит с какой-то жёсткой иронией. Сглатываю, вспомнив, что я настояла на том, что мы пошли. И отвлеклась на флирт с Котовым вместо того, чтобы следить за подругой, которая не привыкла к таким компаниям. — Теперь могу ещё и сесть за дачу ложных показаний. Только если… Может, Котов будет придерживаться версии, что я искренне верила, что это Ярослав? Что Федя просто запутал меня, навешав улик? А реальность я не помнила. Там наркотик был. Саш… Ты ведь сможешь договориться с Димой об этом, да?

Глава 15. Дима

После вчерашнего у всех ребят ажиотаж вокруг Феди. И это хорошо — пусть не расслабляется. Я уж точно не собираюсь.

Потому уже в течение дня решаю сразу несколько вопросов. Говорю с Львом, попросив подсобить в грамотном специалисте, который возьмёт наше дело заново, добьётся апелляции и повторного суда. Друг не особо любит пользоваться связями и возможностями отца, но сейчас как раз такой случай. Обещает в короткие сроки сделать всё возможное.

Второй вопрос — снова дотошно изучить материалы дела годовой давности, каждый шаг так называемого «расследования», выделить особенно важные места, в которых наверняка был обман. Ложная экспертиза, ещё что-то… За год я умудрился их добыть и даже сходить в несколько фигурирующих в деле предприятий, но со мной, конечно, отказывались говорить. Зато человеку, которого пришлёт Лев, никто не откажет. И я сокращу его время, сразу показав, что здесь не так.

Третий шаг — распространить видео, которое вчера снял Костя. Чтобы ажиотаж вокруг Феди не стихал. И чтобы он не расслаблялся, не зная, в какую сторону вертеться.

Собственно, этот шаг сделал даже не я. Сам Костя — вообще оперативно включается, за что я ему охренеть как благодарен. А ближе к вечеру ещё и скидывает мне взломанную переписку Феди, где прямым текстом подтверждается всё-всё. Уёбок и вправду безнаказанным себя чувствовал, даже не шифровался.

— С меня вся моя зарплата, — блять, у меня даже голос дрожит от переизбытка эмоций, когда звоню Косте.

— Да забей. Я говнистость этого Феди давно знаю. У меня друг с ним сотрудничал по гонкам. Дан давно говорил, что у него кулаки чешутся. Да и сейчас, когда копаюсь в переписках Феди, фотках, видео и прочем… Такого, пожалуй, даже не ожидал, — последние фразы Костя выдавливает с открытым отвращением.

А потом и я испытываю это чувство, когда он скидывает мне все-все файлы. Открываю их постепенно и охреневаю. Мудак явно любит снимать свой секс на скрытую камеру, при этом намеренно жёстко обходясь с девчонками, которые в этот момент с ним. Унижает их. Да, они соглашаются на всё и делают, но вряд ли подозревают, что их снимают. И не просто снимают, а сливают потом в порнушные сайты. Или шантажируют этими видео — по перепискам Феди понятно, что он такое практикует. Пишет им в грубом тоне, что у него «яйца сейчас взорвутся», к себе срочно вызывает. И другие поручения давать может. Например, «развлекай меня, мне скучно». Напуганные распространением унизительного видоса девушки всё выполняют. Там, на этих видео, ведь не износы, а добровольный жёсткий секс. Так что тупые дрочеры скорее их обвинять будут, чем Федю.

Который, видимо, лишь поначалу возбуждался от такого, а потом только во вкус вошёл, захотел поострее ощущений. И потому изнасиловал…

Про наркоту, которую он взял с собой на тусовку, тоже есть. И это лишь одно из доказательств его вины — дальше идут переписки, где Федя требует ответа от нанятых им людей. Точно ли Таня будет говорить что надо, как они это контролируют, сколько ей заплатили, хорошо ли запугали.

Очень палевные сообщения… Причём сдают они не только ублюдка, но и Таню — во всей переписке так и читается, что она знает, кто истинный виновник. Это почти в каждом слове, и не вырежешь никак.

Впрочем, это я и так уже понял, да и Саша тоже… Только вот не представляю, каково ей будет, когда я пущу в дело эти доказательства. Даже думать об этом не хочу. Но, блять, придётся — это неизбежность.

Впрочем следующая переписка мгновенно вытесняет эти мысли из головы, а заодно вышибает воздух из лёгких. Потому что она обо мне и Яре. Относительно недавно Таня, оказывается, успела запаниковать из-за того, что я никак не смирюсь с приговором другу. И мудак Федя из-за этого слегка напрягся — решил сделать так, чтобы я засомневался в своей правоте. Вместо того, чтобы удалять палевные переписки (которые, впрочем, Костя всё равно легко бы восстановил) ублюдок послал своих людей найти способы подсыпать Яру в тюремную еду вещества, которые затупляют разум и влияют на память. Мол, пусть он уже и сам не помнит, что когда было и вполне допускает, что за дело сидит. Если он будет — то и я сдуюсь. Тем более, если Таня добавит подробностей. Например, о том, как Ярослав выглядит без одежды. В тюряге с тех пор есть мудаки, выполняющие поручения Феди, а потому одного визита в душ к моему уже мало что соображающему другу хватило, чтобы запомнить нужные подробности.