Читать книгу 📗 "Развод. Вернуться к началу (СИ) - Шер Ирма"

- Вера, это моя вина. – Он трет ладонями лицо. – Мне надо было сначала все потерять, чтобы понять, что самое дорогое в моей жизни, это вы. Но теперь, я не допущу ошибок.

Боже, я наверно ждала от него этих слов всю жизнь. Ждала, когда он поймет, увидит, почувствует. Его проймет эта боль, с которой я жила столько времени. Видела и молчала, знала и терпела, только ради него.

Видимо, моя любовь была настолько безгранична к нему, что давала мне силы. А сейчас?

Я знаю, что люблю его до сих пор. Реакцию тела и волнения сердца, я чувствую отлично. И понимаю, что все, что было у меня к нему раньше, живо до сих пор.

Но я все еще помню, как бывает, когда ты всего лишь третий лишний. И не спешу ступать на это минное поле еще раз.

Мозг цепляется за «вы», и я в растерянности смотрю на Роберта.

- Я знаю, что ребенок мой. – Его глаза при этом вспыхнули словно зажжённая спичка. Радость. Гордость.

В груди стало тесно, и воздух весь исчез из легких. Я словно пустая оболочка.

- Откуда? Как? – Шепчу вопросы.

- На всякий случай взяли кровь на анализ. Вдруг могла понадобиться экстренная помощь. Были и твои. – Он потирает шею, но я знаю, он так тянет время, чтобы вернуть себе равновесие. – Ты вообще собиралась мне об этом сказать? Поставить в известность, что я скоро стану отцом? – голос с каждым словом становился жёстче.

- Зачем? – Отворачиваюсь к стене, потому что слезы начинают катиться быстрыми струйками по щекам. – У тебя была своя, счастливая жизнь.

- А затем, что это наш ребенок. И я не верю, что ты могла меня лишить, этого счастья.

Я молчу. Становится стыдно за свои мысли. Я ведь практически решила, до конца скрывать от него ребенка. Знала, что он меня не простит. Ведь именно в ребенке, есть продолжение своих родителей. Чистое. Невинное отражение всех жизненных установок, что переходят из поколения в поколение.

А своего малыша, я была готова оставить без отцовского плеча. Силы и заботы. Глупо надеялась, что меня одной будет достаточно.

Под его тяжелым молчанием я не выдерживаю. Меня словно раздавило бетонной плитой. В груди ком и слова путаются в голове. Но я не могу так. Просто не выходит.

Можно продолжать тонуть в своей обиде. Жалеть себя. Винить его. А потом, когда уже надежды не останется, думать, а почему я не рискнула. Не сказала ему, что так больно царапало душу.

- Я хотела промолчать. Думала, что больше тебя не увижу. И ты не узнаешь о малыше. Но случай решил по-другому. – Мою ладонь накрывает его пальцы. Такие теплые, что на контрасте с моими ледяными, просто обжигают. – За все месяцы. Пока рос мой живот, я старалась избегать любой мысли о тебе. Но получалось так себе. – Мягкие губы касаются моих пальцев. Не спеша целуют, а я сбиваюсь. – Я тебя так много раз прощала, что наверно просто устала. Устала быть ненужной. А для малыша я поклялась стать всем.

Роберт утыкается лбом мне в бедро, при этом не выпускает мою руку.

- Я виноват. И миллиона раз будет недостаточно сказать – прости. Дай нам шанс. Один. Ведь мы уже заслужили просто быть счастливыми и наслаждаться этой жизнью.

Глава 45

Глава 45

Однозначного ответа так и не было. Не было доверия его словам. Хоть и сердце счастливо трепыхалось и млело, но шрам от предательства неприятно тянул. Он напоминал о том времени, и о том, что болью отзывалось в душе.

Меня разрывало на части. Мне хотелось верить, но и снова наступить на эти грабли я не хотела. Уж слишком глубоко осел во мне горький осадок прошлого. Он будто проник в каждую клетку. Втерся в память, на самом чувствительном уровне.

После того как Роберт ушел ни с чем. Но по его взгляду было понятно, сдаваться он не планирует. Будет идти до конца, чтобы отвоевать снова нашу семью.

Как же это звучит, словно из другой жизни.

Пока размышляла над его словами и тем, как они отзываются во мне. Наступил вечер, а потом и он, плавно перетек за полночь.

Меня сморило в сон. Постепенно, туманя мне мысли. А я и рада, потому что уж слишком много сплеталось сейчас. Словно решая одну проблему, на ее месте появлялись еще несколько. И вот уже, их целый список из важных.

Но я и представить не могла, что это все так неважно. Пока я не распахнула глаза, от резкой боли, посреди ночи. А потом, почувствовала, как тепло медленно расползается подо мной.

Замерла, чтобы прислушаться к своему телу. Понять, что дало сбой. Но ничего. Издалека, тянуло мышцы на ногах. Чуть позже начало сводить судорогой икры.

Приподнявшись на локти, одергиваю одеяло и не успеваю даже вскрикнуть. Голос пропадает, теряется в горле.

Я лежу на красном пятне. Оно расползается подо мной со стремительной скоростью. На контрасте белых простыней просто завораживает и пугает до чертиков одновременно.

И вот тут уже я практически немею от боли, что проходит сквозь живот, поясницу, уходит под ребра. Она везде. Отдается в каждом нерве.

Живот каменеет, мышцы напрягаются, словно при стрельбе из лука. Меня бросает в холодный пот. А затем меня отпускает, и я успеваю сделать глоток воздуха. Но время быстро меняется, и снова меня будто сжимают в комок. Воздух со свистом моментально испаряется из легких.

Дышу коротко и прерывисто.

Мышцы между ног, сводит судорогой, и будто сдавливаются под сильным давлением. Я хочу свести ноги, чтобы немного ослабить его, но не получается. Мое тело меня не слушается.

Лужа подо мной становится больше.

И в этот момент происходит сильное сжатие в районе живота, от которого из глаз пошли искры.

В глазах стоят слезы, я ищу кнопку вызова персонала. Боль адская, и нарастает с каждой секундой. Тело простреливает при каждом вздохе.

Мне страшно. Мне до безумия страшно. В голове оживают все мои страхи. И от этого становится только хуже.

Нащупав кнопку, жму несколько раз подряд. Большой палец словно приклеился к ней.

За дверью слышу шаги, но не уверена, что мне это не кажется. Перекатываюсь набок. Подтягиваю к себе колени. Про себя начинаю отсчитывать секунды. Стараюсь вспомнить, как дышать.

Боль внутри снова нарастает, и мышцы каменеют. Я сжимаюсь под натиском разрушающих меня ощущений.

- Что случилось? – В дверь заходит женщина в халате. – Что за паника…

А дальше она видит меня, скорчившуюся на кровати. В луже крови. Бледная и испуганная. Уже практически без сил кричать или просто дышать. Меня разрывает от боли.

- Боже. – Она быстро выходит за дверь и кричит так громко, что даже до меня долетает ее голос, сквозь вату в ушах. – Срочно врача! Срочно! Быстрее, тут преждевременные!

А я успеваю мотать головой, и как в тумане повторяю.

- Мне нельзя, мне еще рано…

- Ну, это не нам решать, тут ребеночек главный…

Сил становится все меньше, и я начинаю медленней моргать.

Шевелить ногами я уже не могу, не получается. Даже приложив усилия. Ноги словно не мои. Пустые приростки. Единственное, что я чувствую, - это нескончаемое жгучее тепло.

- Что случилось? – Мужской голос врывается в мое мутное сознание.

- Пришла на сигнал. А она вся в крови. Пульс слабый. Кардиограмма, сами видите. И еще, посмотрите. – Слух уловил волнение. И мне это не понравилось. – КТГ малыша. Его почти нет.

Слышу эти слова и понимаю, что все плохо. Внутри будто все усилилось в миллион раз. И я сдалась. Просто будто кто-то щелкнул выключателем. Чувства на максимум. Боль, отчаяние, лавиной накрыли меня с головой. Слезы уже не остановить.

- У нее тридцать шестая неделя…еще есть риск, но у нас нет времени. Кровопотеря большая.

Чувствую, как мои руки убирают с живота. Меня перекладывают на спину. Перед глазами мельтешат люди в больничных одеждах. Ощупывают живот. Снова пульс.

Так и хочется закричать, чтобы оставили меня в покое. Не трогали.

Но сил хватает только подумать об этом.

- …будем делать кесарево…поверните ее, так сейчас…девочка вся бледная…как там давление?