Читать книгу 📗 "Мичман Болито (ЛП) - Кент Александер"

Болито почувствовал раздражение Кевета.

— Что это за судно? С прямым вооружением, или косым? Не торопись.

Было трудно сохранять спокойствие, сдержанность, но любой признак нетерпения или сомнения рассеивал воспоминания Хукера. Он подумал об Эгмонте, оставшемся там, в темноте, несомненно, кипящим от разочарования и проклинающим Верлинга за то, что тот отправил его на это бессмысленное задание. Пустая трата времени. То, что сейчас скажет Хукер, изменит все.

Хукер сказал с расстановкой:

— Это бриг. Готов поклясться в этом, сэр. Я бы сказал, что все паруса свернуты на ночь. Но он стоит на якоре далековато, так что трудно быть уверенным.

Кевет подтолкнула его локтем:

— Продолжай, Билл. Ты молодец.

Хукер, казалось, не слышал его. Он продолжал тем же бесстрастным тоном, переживая заново опасность нахождения на пляже в одиночку.

— Две шлюпки вытащены на песок, еще одна стоит на плаву на мелководье. Больше других, парусная, одномачтовая. — Он хлопнул ладонью по земле. — Я почти уверен, что со шверцами [19]. — Еще один кивок самому себе. — Небольшое каботажное судно, я полагаю. Люггер.

Как раз то, что нужно для потайных встреч. И таких суденышек сотни вокруг островов и вдоль французского побережья.

Хукер продолжил:

— Они спорили, понимаете, сэр? Иногда кричали. Я подумал, что они вот-вот прибегнут к кулакам или к чему похуже.

Кевет подсказал, почти деликатно:

— Англичане?

Хукер уставился на него, как будто ему это и в голову не приходило.

— Некоторые ими были, ты прав. Другие могли быть французами. Я не уверен. Но те, которые были с каботажника, проклинали команду брига. Один из них стоял на якоре слишком далеко, и кричал очень громко.

Болито поднялся на ноги. Это должно было быть ключом к разгадке. Слишком далеко. Что бы тут ни продавалось незаконно или перегружалось, оно стоило хладнокровного убийства, и должно было быть перенесено немедленно.

Он сказал:

— Рискованно это или нет, но у них нет выбора.

При этом он подумал об одиноком фонаре «Забияки». И о Верлинге.

Ричард посмотрел на Кевета, который тоже встал, перекинув через плечо тщательно завернутый мушкет.

— Я сменю тебя при первой возможности. Мы же вернемся к нашим.

Кевет заколебался, как будто у него на языке вертелся какой-то резкий комментарий. Но он сказал:

— Я буду здесь, сэр. Думаю, лейтенанту понадобится команда для шлюпки. — Он твердо добавил: — Я бы хотел остаться с вами, — и, вытерев грязный подбородок тыльной стороной ладони, добавил: —  Сэр!

Они нашли отряд спустя совсем короткое время, но его было достаточно, чтобы ему стали ясны необходимые действия.

Требовалось безотлагательно послать шлюпку. Верлинг должен знать об этом, какие бы сомнения его ни беспокоили. Если он станет дожидаться рассвета, таинственный корабль отплывет, несмотря на опасность этих мелководных пространств. Иначе альтернативой ему будет пеньковая петля.

И что за контрабандный груз, который добрался так далеко? Он вспомнил спокойные рассуждения Дансера. Это определенно был не ром и не чай.

Эгмонт подождал, пока Болито подойдет к нему.

— Ну?

Нетерпеливо, встревоженно, может, возбужденно? Нет, на этот раз он скрывал свои эмоции.

— Хукер кое-что разведал, сэр. На якоре поодаль от берега стоит бриг.

Эгмонт взглянул на матроса, о котором шла речь.

— Что-нибудь еще? Язык-то есть у тебя, а?

Хукер с трудом сглотнул:

— На пляже находятся люди, в том числе и на шлюпках.

Эгмонт не прерывал его, и он продолжил со своим деревенским акцентом, но в его докладе не было ничего туповатого. Болито наблюдал за ним на многочисленных учениях на борту «Горгоны» в качестве командира одного из ее длинных восемнадцатифунтовых орудий; его мозг был достаточно быстр.

Эгмонт помолчал загадочно, а затем спросил:

— Ты думаешь, некоторые из них были французами?

Хукер пожал плечами:

— Так я считаю, сэр.

Эгмонт посмотрел на небо:

— Вероятно, местные жители. Они говорят на нормандско-французском диалекте. Нет лучшей среды для контрабанды по-крупному. — Он замолчал, словно удивляясь самому себе за то, что поделился своим мнением, и холодно посмотрел на Болито. — Если судно стоит на якоре подальше от берега, а в этих водах это кажется разумным, то это означает, что они должны начать перегрузку своей контрабанды немедленно. Нельзя терять ни минуты. Вы говорите, две шлюпки?

Хукер развел руками:

— И каботажное судно.

Эгмонт скрестил руки на груди, и тут же опустил их:

— На бриге будет еще одна, может быть, две. Все равно...

Болито сказал:

— Даже и так, это долгая работа.

Эгмонт смотрел мимо него, наблюдая или прислушиваясь к деревьям.

— Ветер стал сильнее. На борту «Забияки» этого могли и не заметить. За мысом более защищено.

Болито произнес:

— Мистер Верлинг, должно быть, отдал строгие распоряжения... — Он не стал продолжать.

— Я знаю это, черт побери! Но он не имеет ни малейшего представления о временном факторе. Я разберусь с этим немедленно.

Он обернулся и посмотрел на кучку темных фигур, скорчившихся на холодной земле в укрытии под несколькими изъеденными солью деревьями. — Мне срочно нужна команда для шлюпки. Хукер, ты пойдешь на ней. Повторишь мистеру Верлингу то, что сказал мне. — Он остановил того движением руки. — И постарайся все сделать правильно, приятель! Это будет на твоей совести!

Болито почувствовал, как в нем закипает гнев. Ни слова похвалы или благодарности, только угроза. Он вспомнил слова Кевета: «Я бы хотел остаться с вами». Он уже догадывался, даже был уверен, что Эгмонт вернется на «Забияку». Как можно скорее. Это имело смысл. И все же...

Эгмонт снова посмотрел на небо.

— Принимайте командование до получения дальнейших распоряжений. Наблюдайте за их передвижениями, но оставайтесь вне их поля зрения. — Он отвернулся. — Выберите пять человек, которые останутся с вами. Я разберусь с остальной частью отряда.

Кто-то пробормотал:

— Готово, сэр. Я подобрал наших парней.

Болито заставил себя сосредоточиться, чтобы не обращать внимания на вопиющую несправедливость. Он оставлен здесь всего с пятью матросами. Кевет знал об этом, как, вероятно, и Хукер.

Голос, раздавшийся рядом с ним, принадлежал Прайсу, рослому валлийцу, который был лотовым на шлюпке, когда они направлялись к берегу. Он был известен грубым и неуемным чувством юмора, которое боцманмат Тинкер не всегда приветствовал.

Эгмонт наблюдал за тем, как небольшая горстка людей распадается на две группы: здесь пара улыбок и коротких слов, там только краткое похлопывание по плечу приятеля.

— Не тяните время, быстрее!

Хукер на секунду задержался возле Болито:

— Я передам сообщение мистеру Дансеру, сэр.

На этом все. Этого было достаточно.

Люди Эгмонта уже отступали под деревья у подножия холма. Через два часа он будет в шлюпке, а еще часа через три —  на борту «Забияки».

Он ушел, даже не оглянувшись. Так и должно было быть?

Можно ли ожидать, что я буду вести себя подобным образом, когда — если — мне представится шанс?

Прайс все еще стоял рядом с ним.

— Ну, вот, видите: сливки всегда оказываются наверху!

Кто-то из присутствующих даже рассмеялся.

Болито сказал:

— Давайте найдем чем-нибудь укрыться, а то похоже, что дождь усилился. Именно это мы и сделаем в первую очередь.

На мгновение ему показалось, что он просто вообразил это. Но нет. Он действительно стал командиром.

И он был готов.

Глава 9. Во имя короля 

РИЧАРД БОЛИТО расклинился между двумя огромными камнями, обточенными морем, давая отдых натруженным до боли ногам. Он слышал плеск воды где-то под его ненадежным насестом, который словно предупреждал: не расслабляйся. Вот-вот должен был начаться прилив. Это означало бы подняться выше, потерять возможность наблюдения или, что еще хуже, удобное укрытие, которое получил он со своим маленьким отрядом.