Читать книгу 📗 "Зарубежный детектив 2026-18". Компиляция. Книги 1-11 (СИ) - Кроу Дэвид

Когда Игана прижали, он заявил, что не может быть уверен ни во времени суток, ни в личности женщины.

Примерно в 1:15 пополудни в тот же понедельник женщина, соответствующая описанию Хейзел, вошла в офис «Экспресс-службы Уэсткотт» на Юнион-Стейшн и попросила, чтобы ее багаж забрали из дома Кэри и доставили родителям на Четвертой улице.

Это должно было означать одно из двух: либо Хейзел так и не села в поезд, к которому направлялась, как показалось Генриетте Робертсон, либо она вернулась в Трой сразу после прибытия в пункт назначения.

Между 13:00 и 14:00 в понедельник Жанет Марцелл, жительница Троя, которая ждала подругу из Шагтикока, штат Нью-Йорк, увидела Хейзел в зале ожидания на вокзале Юнион и обменялась с ней приветствиями. Вскоре после этого Марцелл зашла в дамскую комнату, где снова столкнулась с Хейзел, которая смотрела в зеркало и поправляла шляпу и прическу.

Ходили также смутные слухи о том, что известный торговец недвижимостью в Трое знал, что у Хейзел и Минни было назначено свидание с двумя молодыми людьми в Аверилл-Парке в понедельник, что, вероятно, было за день до убийства Хейзел. О’Брайен отправил Дункана Кея в салун на углу Конгресс-стрит и Шестой авеню, чтобы допросить человека, идентифицированного только как Линдерманн, который предположительно знал этих двух мужчин, но, как ни странно, результаты допроса никогда не были обнародованы.

– Где-то в понедельник вечером, по словам стюарда на борту «Саратоги», парохода «Новой линии Гудзона», «плавучего дворца» длиной девяносто и шириной двадцать метров, следовавшего из Олбани в Нью-Йорк, молодая женщина, представившаяся мисс Дрю, подошла к нему и попросила каюту. Стюард ответил, что все номера забронированы, хотя в конце концов все же нашел ей тот, который остался невостребованным. Бортовой журнал подтвердил показания: имя мисс Дрю было внесено 6 июля. Другой член экипажа на борту судна также сообщил, что заметил молодую светловолосую женщину – «но не из тех, которые крашеные».

Детективы связались с полицией Нью-Йорка и со всеми семьями Дрю, которых смогли найти в Олбани и его окрестностях, чтобы выяснить, смогут ли они внести ясность в этот пункт, но никто, с кем они разговаривали, не мог предложить ничего конструктивного. Предполагая, как это сделали следователи, что пассажиром на борту судна была не Хейзел, ее местонахождение в ночь на понедельник, 6 июля, оставалось неизвестным. Тот факт, что стюард не был вызван в качестве свидетеля на дознание несколько дней спустя, похоже, указывает на сомнения О’Брайена относительно появления Хейзел на борту корабля.

Между 11:00 и полуднем следующего дня, во вторник, 7 июля, Хейзел была замечена Томасом Кэри на южной стороне Конгресс-стрит, когда она в одиночестве шла по направлению к Пятой авеню, в трех-четырех кварталах от Юнион-Стейшн. Кэри, пожарный, который знал Хейзел и жил в квартале от ее родителей на Четвертой улице, был уверен, что не обознался.

Во вторник в 13:49 Хейзел – или девушка, похожая на нее, – сдала свой чемодан Адельберту Этвуду в посылочном отделении Юнион-Стейшн.

Примерно в 15:00 во вторник Питер Кипперли, пожилой фермер из деревни Северный Гринбуш на озере Снайдерс, сел в трамвай в Альбии, направляясь в Аверилл-Парк. Хотя прямого сообщения от Троя до Аверилл-Парка не было, Хейзел могла сесть на линию от центра Троя до Альбии, а затем пройти квартал или около того до остановки трамвая, который ходил каждые тридцать минут летом (и ежечасно зимой). Когда он сел, Кипперли с некоторым раздражением отметил, что, как обычно, молодые люди монополизировали места впереди, где обзор лучше, а ветер сильнее. Кипперли знал, что, когда вагон въедет в депо, молодежь спрыгнет и побежит рядом с ним, просто ради забавы, хотя никогда не понимал, в чем тут смысл.

Внимание Кипперли привлекла молодая женщина, сидевшая прямо перед ним, лет девятнадцати-двадцати. Он никогда не встречался с Хейзел Дрю, но, как вспомнит позже, она очень походила на мертвую девушку, которая появлялась на фотографиях в газетах после убийства. Ее светлые волосы были уложены в прическу «помпадур». Девушку сопровождал молодой человек примерно того же возраста. Он был высокий и стройный, со смуглой кожей, каштановыми волосами, длинным худым лицом, залысинами, острыми глазами и выдающимся носом. Он был одет в черную одежду, черную шляпу и коричневые ботинки.

«Какой странный парень», – подумал Кипперли.

Мужчина, сидевший вполоборота к женщине, казалось, был поглощен тем, что она говорила. Присмотревшись немного внимательнее, Кипперли увидел, что девушка держит большой лист бумаги с какими-то написанными на нем заметками. Пара читала или смотрела на страницу с явным интересом.

– Она и молодой человек сидели далеко впереди, – сказал Кипперли О’Брайену в субботу, 18 июля, после того как добровольно явился для дачи показаний через целую неделю после обнаружения тела. – День был ужасно жаркий, и она держала шляпу в левой руке. Правая рука мужчины лежала у нее на плечах. Рассмотреть ее лицо получше я смог, только когда встал, но времени у меня было достаточно, и я запомнил его хорошо. Молодой человек наклонился к ней поближе и играл с кружевами на рукавах ее блузки. Я сошел на углу Снайдерс, а они продолжили путь в сторону Аверилл-Парка. Еще четыре человека сидели в вагоне позади них и должны были запомнить эту пару.

Когда ему показали фотографию Хейзел, Кипперли заметил сходство, но не мог с уверенностью сказать, та ли это женщина, которую он видел в вагоне. Девушка на фотографии казалась моложе, сказал он.

О’Брайен испытал облегчение: фотография, хотя и самая новая в его распоряжении, была сделана четырьмя годами ранее, когда Хейзел было всего шестнадцать, до того, как она уложила волосы в «помпадур».

Тот трамвай, на котором ехал Кипперли, должен был добраться до Аверилл-Парка – ближайшей остановки к Тилз-Понд – в 16:30.

Орилла Э. Хортон, владелица универсального магазина напротив отеля Крейпа у подножия горы Табортон, утверждала, что в понедельник, примерно между 18:15 и 18:30, видела молодую женщину, соответствующую описанию Хейзел, на левой стороне дороги. Орилла, сидевшая в то время на крыльце, не знала Хейзел Дрю, но обратила внимание на внешность женщины, особенно на ее светлые волосы и черную шляпу.

– Я заметила свисающие черные перья на шляпе и ее светлые волосы, – сказала она. Хотя ее описание было многообещающим, следователи, похоже, отвергли рассказ миссис Хортон как не заслуживающий доверия. В Сэнд-Лейке также ходили разговоры о местной женщине, которая была так похожа на Хейзел, что пресса называла ее «двойником», и детективы могли бы прийти к выводу, что на самом деле это была та женщина, которую видел Хортон.

Хейзел Дрю больше не видели до 19:00 вторника, когда Роллманы заметили девушку, собирающую малину на Табортон-роуд.

О’Брайену и Кею предстояло немало потрудиться, отделяя зерна от плевел. С тех пор как округ объявил награду в тысячу долларов за ценную информацию, а несколько газет увеличили премию, следователям довелось услышать много историй – и правдоподобных, и нет.

Генриетта Робертсон и Жанет Марцелл, которые утверждали, что видели Хейзел около 11:30 и 14:00 в понедельник соответственно, казались надежными свидетелями. Обе знали Хейзел и утверждали, что разговаривали с ней. Томас Кэри, который видел Хейзел прогуливающейся по центру Троя во вторник между 11:00 и полуднем, также знал Хейзел и утверждал, что видел ее недалеко от Юнион-Стейшн незадолго до того, как она сдала свой чемодан. Тоже правдоподобно.

– Итак, что мы знаем? – сросил О’Брайен. Они с Кеем снова заперлись в кабинете окружного прокурора. – Она уходит от Минни Тейлор около половины одиннадцатого утра в понедельник, сказав, что собирается в Уотервлит, но затем появляется на Юнион-Стейшн час спустя. Неужели передумала? Неужели солгала Минни? Неужели Минни солгала нам?

– Все возможно, – устало сказал Кей. – Не знаю насчет Минни.