Читать книгу 📗 Эдди Флинн. Компиляция (СИ) - Кавана Стив

– Конечно, там и увидимся, – подтвердил я.

У меня наконец-то появилось время вызволить машину. Не хотелось оставлять ее на штрафстоянке хоть сколько-то еще, и я планировал, едва только забрав ее, сразу двинуть в Риверхед на ужин с Эми и Кристиной.

Поймав такси, я поехал к северу. По вечерним пробкам. До самой площадки номер 76 манхэттенской штрафстоянки. Там нашел служителя, показал ему квитанцию, оплатил штраф, а он отдал мне мои ключи, снабдил номером места и схемой стоянки. Когда я наконец разыскал свой «Мустанг», из-под «дворника» торчал еще один бумажный пакет из «Макдоналдса». Я выдернул его, зашвырнул на заднее сиденье и от души отматерил детектива Грейнджера.

Вот же гондон!

Полчаса спустя я уже ехал в машине в Чайна-таун. Едва нашел место для парковки и два квартала до Дойер-стрит проделал поспешной рысью. Снаружи чайная Ном-Ва выглядела не особо презентабельно. Внутри тоже. Красные виниловые кабинки, пластиковые столики… В общем, типичная забегаловка вроде тех, интерьер которых больше напоминает нутро вагона-ресторана, с одним лишь отличием – вместо ножей и вилок по бокам от тарелок лежат деревянные палочки для еды. Это если кто не в курсе ее истории. Чайна-таун вырос как раз вокруг этого места. Оно открылось еще в 1920 году, и здесь готовили пельмени и дим-сум[50], как больше нигде в городе.

Я опоздал – Кристина уже сидела в кабинке и даже успела заказать чаю. Увидев меня, она не улыбнулась. Лишь помахала мне палочками и вновь переключила внимание на пельмени и соевый соус. Поскольку часть дороги пришлось проделать бегом, я малость запыхался. Желудок крепко сжался, и я вдруг осознал, что нервничаю. Очень хотелось поскорей рассказать ей про работу в «Адвокатском бюро Карпа», но я не знал, с чего начать. Во рту пересохло, и я вдруг испытал то же самое чувство, что и при нашем первом свидании, – страх. Уже тогда я знал, что она особенная и что нельзя все испортить. Ну что ж, до сих пор я лишь доказывал, что в этом деле я мастер. Это был мой последний шанс.

Кристина подстриглась. Мягкие темно-каштановые волосы теперь были пострижены «под пажа». Выглядела она теперь совсем по-другому. И казалась чуть более загорелой, чем обычно. Я уселся напротив нее, и официант сразу принес мне пиво, даже ничего не спрашивая.

– Слышала, ты опять пьешь, – заметила Кристина.

– Секундочку! Во-первых, прости, что опоздал, а во-вторых, я не заказывал пиво. Это твоя личная инициатива.

– Гарри мне все рассказал. Он говорит, что теперь ты умеешь держать себя в руках. И считает, что стаканчик-другой, когда он может за тобой присматривать, – это лучше, чем ты будешь кусать локти, думая, что тебе больше никогда не суждено выпить, – как бы вскользь произнесла она, отправляя в рот пельмени.

Я поднял руки – мол, сдаюсь.

– Слушай, и вправду прости, что опоздал. Может, начнем по новой?

Кристина отпила чаю, откинулась назад и вытерла губы салфеткой. Пристально посмотрела на меня. Отмахнулась и сказала:

– Просто я сегодня малость заведенная. Как дела?

Я взялся рассказывать ей про грядущий процесс Соломона. Поначалу она разозлилась. Брови ее сошлись вместе, шея покраснела. Я прекрасно знал эти ее маленькие «значки».

– Я-то думала, ты наконец угомонился! Что уже не лезешь на рожон. Такие дела привлекают слишком много внимания. И мы оба знаем, что такого рода внимание, которое ты привлекаешь, обычно опасно, – сказала она наконец.

Крыть мне тут было нечем. Именно по этой причине мы и не были вместе. Моя работа просто притягивала неприятности. А семья была для меня слишком важна. Если б из-за меня с Кристиной и Эми что-нибудь случилось, просто не знаю, что я сделал бы. Им уже приходилось оказываться в немалой опасности. Один раз едва не пострадала наша дочь.

– Это дело совершенно не опасное. И оно дает мне шанс. Сейчас все объясню, но послушай – ты так и не сказала мне, как там Эми. Я хочу знать абсолютно все.

– Все у нее отлично, Эдди. Сдала экзамен по математике, из-за которого так переживала. И кое с кем подружилась в шахматном клубе. С одним мальчиком, но они просто друзья. Пока что. Она просто счастлива, и ей вроде нравится Кевин…

Кевин… Кристина здорово сблизилась со своим боссом. Он помог ей обосноваться в Риверхеде, познакомил там с лучшими людьми. Даже лично что-то там такое починил у нее в квартире. Этого мужика я ни разу не видел, но очень хотелось малость поработать над его физиономией.

– Очень хорошо. Я рад. Она все еще читает?

– Каждый вечер. Даже прочла пару грошовых детективчиков, которые ты ей подарил.

Я кивнул. Просто прекрасно. Готов поспорить, что этот Кевин читает лишь юридические справочники и инструкции к бытовой технике. У нас с Эми всегда был вкус касательно книг.

Я кое-что поклевал. Пиво оставил без внимания. Тянул время. Пытался набраться духу, чтобы поговорить о наших отношениях. Мы уже долго жили порознь. В один прекрасный момент прекращаешь подкатывать с намеками, что пора бы все исправить, – это слишком болезненно. Все в моей жизни вот-вот должно было измениться. Это и есть мой шанс все исправить. Работа, которую мы оба всегда хотели. Стабильность, безопасность и возможность каждый вечер возвращаться домой к ужину, а не гадать, кто вдруг постучится во входную дверь.

Я просто не знал, как все это высказать. От еды слегка подташнивало, и я чувствовал, как на лбу выступает пот.

– Я получил постоянную работу, – наконец выпалил я. – В «Адвокатском бюро Карпа». Дела в основном гражданские, уголовных совсем немного. Ничего опасного. Ничего скандального. От девяти до пяти и за хорошие деньги. Прошлому конец, Кристина. Процесс Соломона – мое последнее крупное дело. Я хочу, чтобы вы с Эми вернулись домой. Мы могли бы опять поселиться в том нашем старом доме в Квинсе…

Глаза ее увлажнились, губы задрожали.

– Или, знаешь, вообще купить какой-нибудь новый дом. Начать все с нуля. Теперь я могу обеспечить тебя и Эми. Тебе не нужно будет работать. Все будет так, как мы всегда хотели. Мы опять сможем стать одной семьей.

Она вытерла слезу со щеки, бросила в меня салфетку.

– Я ждала тебя! Несмотря на все дерьмо, в которое ты регулярно вляпывался. Пьянство. Лечение от алкоголизма. Я ждала. И несмотря на все эти твои стремные судебные дела, Эдди. Ты сделал свой выбор. Твоя работа ставила нас на линию огня. И вот теперь, насколько я понимаю, ты уже набегался?

– Это не так. Люди обращаются ко мне. Им нужна помощь. Я не могу дать им от ворот поворот. Каким бы я был человеком, если б позволил всем этим людям сесть в тюрьму? Я просто не смог бы спокойно жить, если б допустил такое. Это не выбор. И никогда не было выбором. Только не для меня, – сказал я.

– Но у меня-то есть выбор! Я никогда не хотела такой… такой жизни. Я не хотела мужа, который сторонится своей семьи на случай, если вдруг кто-то ей что-нибудь сделает. Я пыталась, Эдди. Я ждала. Я уже устала ждать…

– Тебе уже не нужно ждать. Говорю же, я получил работу. Безопасную. Все может вернуться в нормальную колею.

– В эту колею нет возврата. Я уже думала на этот счет. Я хотела, чтобы ты сегодня приехал к нам домой и повидался с Эми, но днем поняла, что просто обязана тебе это сказать. Я больше не могу этого скрывать. Так что решила встретиться с тобою здесь, потому что не хотела, чтобы Эми это видела. С меня хватит, Эдди. Я устала ждать. Мы с Кевином встречаемся. Он хочет, чтобы мы переехали к нему.

И вдруг я словно уже и не сидел в кабинке вместе с Кристиной. И в этой чайной. И даже вообще в Китайском квартале. В тот момент я увидел именно то, чего и опасался, что так долго снилось мне в страшных снах. Мое недвижимое тело лежит у подножия Эмпайр-стейт-билдинг. Кристина стоит на его смотровой площадке, в восьмидесяти шести этажах над улицей. А потом снимает свое обручальное кольцо и бросает его за ограждение. Лежа на тротуаре, я понимаю, что сверкающий золотой кружочек летит прямо ко мне. Все быстрей и быстрей. Вот я уже могу четко его видеть. Но не в силах даже пошевелиться. Не в силах дышать. Все, на что я способен, – это впиться ногтями в плитки тротуара и смотреть.