Читать книгу 📗 Испытание прошлым - Ласовская Оксана

- Сейчас не лучшее время для этого разговора, - резко оборвала я его и отвернулась, гадая, что же вдруг стряслось.

- Ты что, не хочешь от меня ребёнка? - спросил он, строго сведя брови.

Отговорки закончились, и я чуть не застонала. Почему это должна говорить я? Почему не его мать? Как он отреагирует? В книгах полно историй, где мужчины после такого начинают считать себя неполноценными. Я не хочу, чтобы Миша так себя чувствовал! Это станет для него новым ударом - выдержит ли он его?

Пока я металась в сомнениях, муж не отрывал от меня пристального взгляда. Чем дольше длилось молчание, тем мрачнее становилось его лицо.

- Миш, дело не во мне, - наконец вырвалось у меня.

- Тогда в ком?

- В тебе… - прошептала я, опуская глаза.

- Я не понимаю. - Он отпрянул, будто от удара. - О чём ты?

Собравшись с духом, я на одном дыхании выложила ему историю, услышанную от свекрови. По мере моего рассказа его лицо вытягивалось и каменело. Закончив, я умолкла. Он поднялся, не сказав ни слова, и вышел из комнаты. Меня охватила паника. Я вскочила и бросилась за ним.

- Ты куда? - крикнула я, влетая на кухню.

Миша стоял у раскрытого окна, раскуривая сигарету.

- Ты куришь? - У меня отвисла челюсть.

- Иногда бывает, - буркнул он, затягиваясь едким дымом.

- Ни разу не видела…

- Раньше мне было слишком хорошо, чтобы курить, - парировал он, стряхивая пепел.

- Миш… - Я обняла его сзади, прижимаясь щекой к спине. - У нас уже есть дети. Самые лучшие. Андрей навсегда останется твоим сыном, что бы ни случилось! Не надо так принимать это к сердцу…

- Ты не понимаешь… - вздохнул Миша, выбрасывая окурок и тут же прикуривая следующую сигарету. - Я всё время думал, что Лера - сволочь, которая родила ребёнка от другого. А оказывается, это я не могу иметь детей! Она знала? - Он резко повернулся ко мне.

- Нет, - покачала я головой. - Думаю, нет. Валентина Петровна ничего об этом не говорила. Да и Лера делала тест ДНК в роддоме - значит, не была уверена.

Внезапная догадка ударила в голову с такой силой, что я отпрянула от мужа, схватившись за виски, и прислонилась к стене.

- Господи, какая же я дура! - вырвалось у меня.

- Что с тобой? - встревоженно обернулся Миша. - Тебе плохо?

- Нет! - воскликнула я. - Миш, я просто слепая! Как я могла не сообразить сразу!

- Да объясни ты наконец! - не выдержал он. - Что случилось?

- Миш, я сегодня узнала, - начала я, захлёбываясь от восторга, - что отец ребёнка Марины - Роман! А значит, у Андрея будет родной брат или сестра! И это значит…

- …это значит, что он может стать донором! - закончил за меня Миша.

Его глаза вспыхнули надеждой, он тут же затушил сигарету и захлопнул окно.

- Но согласится ли твоя Марина? Это же риск для новорождённого!

- Я не думаю, что риск большой! - возразила я. - Я поговорю с ней! Завтра же!

- Подожди, - охладил мой пыл муж. - Какой у неё срок?

- Два с половиной месяца, - ответила я и сразу же помрачнела. - Это же так долго…

- Поговорить с Мариной нужно в любом случае, - задумчиво проговорил Миша, потирая подбородок. - Но и от поисков донора отказываться нельзя. Вдруг найдём вариант быстрее!

- Хорошо, - кивнула я. - Завтра утром сразу поеду к ней. Кстати, завтра её мама, Татьяна, будет дома. Она врач, она должна понимать, что процедура безопасна. А сейчас, - взглянув на мужа умоляюще, я потянула его за руку, - пойдём спать, пожалуйста!

- Пойдём, - вздохнул он и послушно поплёлся за мной.

Устроившись на груди у мужа, я заснула мгновенно и сладко проспала всю ночь.

Наступило утро. Я накинула халат и вышла на балкон. На безмятежно-голубом небе не было ни облачка - лишь одно яркое солнце. Над крышами весело порхали ласточки, распевая свои незамысловатые песенки. Я подняла голову, приставила ладонь козырьком ко лбу и долго следила за их полётом. Счастливые, вольные птицы, видящие землю с такой высоты…

- Ты что там делаешь? - раздался из комнаты голос Миши.

Я вздрогнула, оторвавшись от созерцания, и вернулась в спальню.

- Доброе утро! - улыбнулась я, целуя его в щёку.

- Доброе, - кивнул муж. - Саш, звони Марине. Поехали к ней.

- Ты тоже поедешь? - удивилась я. Вот это новость!

- Да, - подтвердил он, уже натягивая джинсы. - Давай, не стой столбом! Чем быстрее поговорим - тем лучше. Кстати, ты обещала Андрею навестить его, - напомнил Миша, набрасывая футболку вместо привычной рубашки. - Обидится, если не придёшь.

- Обязательно приду, - успокоила я его, невольно любуясь мужем.

Единственное, что портило картину, - его хмурый вид. А ведь раньше, когда мы шли по улице за руку, как дети, он постоянно улыбался, глаза его сияли откровенным счастьем, и прохожие женщины невольно оборачивались ему вслед. А я в такие моменты выпрямляла спину и будто вырастала, гордясь тем, что он - мой.

- Саш, ну чего ты замечталась! - возмутился Миша, обернувшись. - Одевайся, звони и поехали! Вечно тебя приходится торопить!

- И повспоминать спокойно не даёт, - пробурчала я в ответ и, шаркая ногами, как старушка, поплелась в ванную.

Когда я вышла, Мишка, уже полностью одетый, сидел в гостиной на диване и нетерпеливо барабанил пальцами по подлокотнику. С кухни доносился звон кастрюль - там хлопотала Валентина Петровна, а рядом крутилась Аня.

Я попыталась вспомнить, когда в последний раз занималась домашними делами: уборкой, готовкой, стиркой. Не смогла. И тем не менее в доме царил идеальный порядок, а с кухни тянуло умопомрачительным ароматом. Меня внезапно охватила горячая благодарность к свекрови. Всё-таки она - прекрасная женщина. Она совсем не обязана возиться с чужим ребёнком и помогать мне.

Войдя на кухню, я чмокнула в макушку дочь, с аппетитом уплетавшую оладушки с клубничным вареньем, и подошла к Валентине Петровне, стоявшей у плиты.

- Доброе утро!

- Здравствуй! - пророкотала свекровь неожиданно хриплым голосом и тут же закашлялась.

- Вы что, заболели? - встревожилась я.

- Горло саднит, - кивнула она. - Воды ледяной глотнула - и всё! В такую-то жару!

- Так почему же вы стоите у плиты! - всплеснула я руками, забирая у неё сковородку. - Идите примите таблетку и лягте отдохните. Я вернусь и всё доделаю.

- Вот ещё! - фыркнула свекровь. - Не так уж мне плохо, чтобы на диване лежать да в телевизор пялиться.

- Любую простуду нужно вылежать! Иначе получите осложнение! - пригрозила я, выключая конфорку. - Пожалуйста, полежите.

Глаза Валентины Петровны неожиданно наполнились слезами.

- Вам разве не нужно то, что я делаю? - тихо прошептала она. - Я всё зря стараюсь?

- Что вы! - укоризненно воскликнула я и, поддавшись порыву, крепко обняла её. - Я вам безмерно благодарна! Вы для нас столько делаете, я бы одна ни за что не справилась. Я просто переживаю за вас! Но если вам правда легче заниматься делами - не буду мешать.

- Спасибо, милая…

Валентина Петровна залилась румянцем и смущённо отстранилась. Она достала платок, шумно высморкалась и нехотя призналась:

- Честно говоря, голова раскалывается… Отдохнуть бы и правда не помешало.

- Идите в комнату Андрея и поспите.

Когда свекровь вышла, я наклонилась к дочери:

- Анют, позаботься о бабушке, ладно? Сделай ей чай с малиной, ты же умеешь.

- Сделаю, - прошамкала Аня с набитым ртом.

Я не могла сдержать улыбки: её нос и щёки были измазаны липким вареньем.

- А вы надолго? - неожиданно спросила она.

- Не знаю, как получится, - уклончиво ответила я и направилась к мужу.

- Наконец-то! - воскликнул он, воздев руки к небу. - Я уж думал, ты до вечера собираться будешь!

- Не ворчи, тебе не идёт! - бросила я ему через плечо и вышла из квартиры.

Дверь открыла Марина, и её глаза округлились от удивления при виде моего мужа.

- Ой, здравствуйте! - воскликнула она, поспешно посторонившись, и впустила нас в квартиру. - Проходите, пожалуйста! А вы что вместе? Так неожиданно…