Читать книгу 📗 Патриот. Смута. Том 17 (СИ) - Колдаев Евгений Андреевич

В тишине зашли люди из Великих Лук.

Видно было, что главный у них один, выступающий первым. Среднего роста. крепкий, смотрящий исподлобья. Насупленный и раздраженный. Вел себя нервно и несколько неуверенно. Озирался по сторонам, явно опасаясь что ему воткнут нож в спину.

Еще двое обычные служилые люди. Тоже напряженные и озирающиеся. Охрана, посланная для вида. Но, дай я приказ и им всем конец. В стан врага просто так соваться дело не простое.

А самый интересный, четвертый. Хитрый взгляд, тоже опасливый, но больше интересующийся. Невысокий, неприметный человек средних лет. Вообще во всем средний. Таких обычно посылали приглядеть за чем то, проконтролировать незаметно. Он и одет был совершенно как-то по-обычному неприметно. Вроде бы третий охранник, но в отличие от двух других и взглядом, и поведением отличался. И, скорее всего, был все же из шляхты, а не из наших. Что-то мне подсказывало, что именно так обстоят дела. — Здравствуй, господарь из Москвы, прибывший к стенам нашим. — Сам посол сделал шаг вперед, а остальные, его сопровождающие, остались почти у самого полога.

Места здесь было не так много, поэтому и сидели все довольно близко, и само посольство считай в стол упиралось. Большого шатра с собой возить смысла не было, лишний вес. Это был не тот огромный шатер, где еще в Филях заседали все мои офицеры, меньшая его вариация, тоже принадлежащая князю. Его личный шатер воеводы.

Обращение резануло слух. Господарь из Москвы. К стенам нашим.

По лицам полковников было видно, что не очень-то слова посланца им понравились.

— Здравствуй, человек великолукский. Как звать тебя? Как обращаться? — Проговорил я спокойно.

— Петр Андреевич Горяинов я. Второй воевода города. Послали меня люди служилые со значением. Дознаться у воеводы или кто бы здесь ни был за главного, отчего к стенам нашим подошел, чего желаешь? — Он склонил голову. — Но узнал я, что сам господарь из Москвы здесь. Вот испросить хочу. Отчего воины твои к городу подступили.

Хитер. Получается как бы отмежевался от Руси, от Москвы. Город, получается, не мой, не Россия здесь во главе. Неужели та самая Рес-публиция? И будет он мне сейчас это доказывать.

— Так город Великие Луки давно уже за Москвой, за Русью, за Россией стоит. — Улыбнулся я вполне довольно. — Как узнал, что на севере беда какая-то, Смутой выращенная, так и явился.

Видно было, что второй воевода Великих Лук тушуется. Страшно ему говорить определенные вещи. Но и молчать боязно.

— Господарь из Москвы и вы, воеводы. Я пояснить хочу. — Он поклонился. — С уважением к вам всем, к вашим заслугам. Великие Луки, город что Рес-публиции служит, а не Москве.

— И давно? — Перебил его я.

— Так… — Он дернулся, не ожидал резкого выпада с моей стороны. — Нет, недавно. Но разве имеет значение, когда добрые люди города по своей воле решили служить иному…

Он смешался. Судя по всему с пониманием кому и как они здесь все служат, тоже были проблемы. Если в европейских странах был хоть какой-то пример городов с Магдебургским правом, то у нас на Руси такого не было никогда. Опять же римских книг на латыни тоже до нас добралось раз-два и обчелся. Поэтому что такое Рес-публиция и в чем ее соль даже воеводе понять было нелегко. А уж объяснить своими словами непонятное, сто крат тяжелее.

— Иному значит. Не царю?

— Так… Смешался он. У нас во Пскове Деметриус. Царь.

— И что говорит ваш царь? — Улыбнулся я, смотря прямо ему в глаза. — Кто таков, откуда?

Посол все сильнее потел и нервничал. Видимо мое давление не способствовало его успокоению.

— Так ведомо откуда. Господарь из Москвы. Ведомо. — Пот выступил у него на лбу. — Ведаю, что царь этот сын Ивана Грозного, Четвертого. Чудом спасшийся от ножа, что убийцы проклятые, Годуновым подосланные, ему уготовили…

— Так, а на Мнишек он женат? Свадьба была? — Я продолжал улыбаться.

Посол смешался.

— Была, выходит. Известно, что дева эта за царя нашего замуж — то вышла. А он ее себе в жены — то взял.

— И где Марина? Где жена?

— Так… — Посол пожал плечами. — Императрица — то… Пропала. — Он развел руками. Когда царь из Тушино бежал, от людей злых, от убийц лютых к нам. Там ее и оставил.

— Что за царь, который бежит и жену свою с собой не берет? — Я откровенно усмехнулся, смотря ему прямо в глаза. — Какой-то уж больно везучий он. Третий раз чудом спасся, а супругу бросил. Так выходит?

— Пути господни неисповедимы. — Второй воевода Великих Лук перекрестился картинно, выпятил грудь.

— А знаешь ли ты такого человека, воевода, Матвея Веревкина?

— Не слышал никогда. — Мотнул он головой. — Только…

— Ты подожди. От темы не уходи. — Буравил его взглядом. — Я — то точно знаю, что не было в Тушино никакого Деметриуса, а сидел подле Марины Мнишек самозванец.

— Нет. Нет! — Зло выкрикнул воевода. — Деметриус…

Я перебил его:

— Матвей Веревкин, сын из северской стороны, в Москве. Марина Мнишек тоже в Москве. Я лично с ней говорил. Поклясться в этом на библии могу. Да и все здесь собравшиеся могут. — Я обвел полковников рукой. — Все они этих двоих видели.

— Нет! — Посол чуть отступил от стола.

Повисла тишина, из которой я проговорил медленно. Поднялся, навис над столом, упершись в столешницу двумя руками.

— Ты хочешь упрекнуть меня во лжи?

Он сглотнул. Тяжело задышал, подавился, закашлялся. Хлопнул себя по груди.

— Я… Я господарь московский говорю, как есть. Как знаю. Я же этого Деметриуса не видел. Мы — то здесь… Кха…– Он закашлялся еще сильнее. — Мы здесь, а он во Пскове. На вече, среди магнатов.

Ага, вот как оно выходит. Я не я и корова не моя.

— Ладно, воевода, говори кому служите? Кто вас с пути истинного сбивает? К вере католической обратил.

Он глянул налево, направо.

— Мы послы Великих Лук. Мы здесь за Рес-публицию стоим. Во Пскове сенат ее собрал, бояре решили что довольно служить нам неведомо кому и вот… Рес-публиция.

В голове у этого человек и от страха и от полного непонимания терминов творилось что-то совсем чудное. Сенат собрал республику? Что, черт возьми? Служить неведомо кому, хорошо сказано.

— А ты сам — то понимаешь, что такое Рес-публиция эта? — Я стоял у изголовья стола, смотрел на посла пронзительно.

— Я… Так то… — Он смешался.

— И чего же вы хотите? Чего хочешь ты воевода? Да, мы тебя звали. Но если бы сказать было нечего, не послали бы тебя, это уж точно. А ты, целый второй воевода. — Я продолжал ухмыляться и смотреть глаза в глаза. — Ну, говори!

— Хочу я… Хочу… Хочу! — Взревел он, наконец-то набравшись смелости. — Хочу, чтобы вы ушли с нашей земли.

Попаданец-микробиолог объявляет войну блокадному Голоду: у него несколько недель, чтобы спасти Ленинград и довести обречённых до Победы. Фашист будет бит.

https://author.today/reader/610765

Глава 7

Глава 7

Полковники мои переглянулись, лица их выражали некую смесь усмешки и недовольства.

Ну а мне так и захотелось ответить ему — «Хотеть не вредно». Но сдержался.

— Хотите. Так мы уйдем. Гарнизон поставим свой и чего ждать, пойдем Лисовского бить, пана этого иноземного.

Посол лицом побледнел, дернулся, мельком глянул на того самого, неприметного четвертого. Тот от такого действа скривился на миг, но быстро вернул невозмутимость на лице. Значит подтвердились мои подозрения,он здесь представитель Лисовского, Рес-публиции или чего-то такого, шляхетского.

— Мы люди Рес-публиции. Лисовский наш человек. — Проговорил после паузы, довольно натужно Петр Андреевич. — Александр Юзеф наш гетман. Он надежда и защита свободы нашей и воли от всяких… Всяких…

— Всяких? — Я ухмыльнулся. — Это кого?

— Самозванцев, воровских цариков и татей.

— То есть мы, войско московское, тати? — Проговорил я спокойно.

Он занервничал еще сильнее, дрогнул, глазами заводил.