Читать книгу 📗 Не тот год IV (СИ) - Баковец Михаил

Глава 11

ГЛАВА 11

Утром я проснулся от звука дверного звонка.

Вчера после поезда я первым делом отправился на квартиру. Быстро переоделся, ополоснулся, затем спустился в столовую, где набрал себе полный поднос всего, чего нельзя ни за какие деньги и связи найти на передовой. Улыбнулся — взаимно — симпатичным молодым женщинам на раздаче. А потом отправился гулять по столице. Хотел совместить прогулку с визитом в московские катакомбы, чтобы выполнить, наконец, поручение волхвов по доставке посоха из дубовой ветви. Но после истории в поезде, после чёртового начфина, который оставил после себя какой-то гадливый осадок на душе, заниматься делами перехотелось.

И поэтому просто гулял, рассматривал симпатичных девушек и женщин. Дорасматривался до того, что в голову стали закрадываться мысли по типу, а не пора ли начать поиски избранницы, с которой проведу все оставшиеся мне дни. Но, дьявол побери, война! И я на самом её острие. Даже несмотря на все мои сверхвозможности от смерти я не застрахован. Может, даже наоборот.

Натянув трико и майку, сунул ноги в мягкие тапочки с войлоком внутри и коричневой кожей снаружи, я потопал к двери. Открыв её, увидел молодого сержанта ГБ, подтянутого, выбритого до блеска и в форме с иголочки. Такого хоть сразу на пропагандистский плакат фотографируй.

— Здравствуйте, товарищ капитан государственной безопасности, — отчеканил он, вскинув ладонь к виску.

— Здравствуйте, здравствуйте, — кивнул я, борясь с зевотой, которая как специально стала одолевать меня. Собеседник, наверное, сейчас думает, что у меня зуб болит или меня корёжит от ранней побудки. — Что случилось?

— Вас вызывают.

— Кто? Куда? — спросил я его, гадая кому же я понадобился. Точнее, какому из двух грузин, чьи имена заставляют напрягать булки каждого в СССР и очень многих в мире.

— Товарищ Берия.

— Понял.

Чётко, коротко и понятно.

Хотя подобных наркому людей не заставляют ждать. Но и являться на приём небритым-нечёсаным и с нечищеными зубами тоже моветон. Поэтому я потратил четверть часа, чтобы в ускоренном темпе привести себя в порядок. Хорошо ещё, что форму с вечера выгладил и повесил на плечики. Сейчас она не требовала никакой заботы. Сапоги тоже начистил-надраил перед тем, как отправиться на боковую.

Возле дома меня ждал чёрный огромный «паккард». Я уже кое-в-чём разбирался касательно кремлёвской жизни. По милицейской привычке собирал информацию то тут, то там. И потому сразу узнал один из импортных автомобилей, пришедших в Советский Союз крайне малой партией, буквально мизерной. Только для самых-самых, только для высших руководителей страны. За Сталиным закрепили два таких. По одному досталось Берии, Жукову, Молотову, Жданову, Андрееву и прочим. По мутноватым стёклам я мигом определил бронированный вариант. Хотя, вроде бы в СССР только такие и прибыли. По центру бампера, напротив решетки радиатора торчала крупная фара-прожектор. Кажется, с ней тоже что-то связанно, что-то из «секреток» вроде специальной буквенной серии из моего времени для служебного автопарка. Но точно вспомнить не смог.

«Интересно, а это чья тачка? Одна из Сталинских? Или чья-то ещё? Может, Лаврентий Палыч прислал за мной свою?», — подумал я.

В машине я устроился на правом заднем кресле. Ровно там, где любил сидеть сам Сталин.

«Ничего так, удобно. И места полно, чтобы ноги вытянуть, и видно всё, что нужно», — оценил я привилегированное местечко.

Вместе со мной в автомобиле было двое. Водитель в гражданской одежде и сержант, который поднял меня из постели. Он устроился на переднем сиденье, оставив всю заднюю половину салона в моё личное пользование.

— Товарищ Берия где сейчас? — уточнил я немного погодя, когда понял, что машина не думает сворачивать к Кремлю или в здание наркомата.

— Мы едем на двадцать второй научно-испытательный автобронетанковый полигон, — отчеканил сержант. И ведь ни разу не запнулся, не растянул ни звука. Словно сотню раз репетировал название.

Я едва не попросил более подробное уточнение. Но не успел ещё и рта открыть, как озарило догадкой:

«Да это же Кубинка!».

Так оно и оказалось. На текущий момент полигон находился очень далеко от Москвы. буквально самая глушь Подмосковья. Своим появлением десять с лишним лет назад он был обязан пролегающей рядом Белорусской железной дороги и Минскому шоссе.

В окошко я наметанным взглядом определил избыточное количество постов и патрулей ещё на подъезде к полигону. А уж когда въехал на него, то от количества коллег зарябило в глазах.

«Паккард» остановился возле огромного ангара, собранного из стальных арочных ферм и листового железа, выкрашенного матовой тёмно-зеленой краской. Внутри меня ждал Берия. Один. Кроме грозного наркома Внутренних дел в ангаре не было ни единой живой души. Только несколько бронированных грозных машин и столов с разложенным оружием и снаряжением. Над ними вдоль ферм были растянуты несколько шнуров с проводами, усеянными патронами с электролампочками. Выглядели они прям как новогодняя гирлянда. И было их столько, что внутри помещения можно было легко рассмотреть самый мелкий газетный шрифт. Здравствуйте, Андрей Михайлович, — с лёгкой располагающей улыбкой протянул мне первым ладонь Лаврентий Павлович.

— Здравствуйте, товарищ Берия, — сказал я и пожал руку наркому.

— Догадываетесь. зачем вас пригласил в это место?

— Да. Оценить данную технику, — кивнул я.

— Вы правы. Идёмте, — он повёл ладонью вперёд. — Не стесняйтесь задавать вопросы, Андрей Михайлович. На сегодня я ваш, м-м, гид, наверное, так можно сказать.

Самым первым экспонатом стал ИС-2. Я его узнал с первого взгляда, как только оказался в ангаре. Знакомая форма и размеры машины, которую можно увидеть во многих городах и даже городках в моём времени.

— Ис-два, — озвучил я свою догадку.

— Почти, — усмехнулся грузин. — На данный момент — ис-один. Предыдущую вариацию танка, которая была у вас, было решено пропустить. Тем более что благодаря вам, Андрей Михайлович, есть вся необходимая документация по созданию лучшей модели.

После тяжёлого танка моим глазам предстал средний и тоже с до боли знакомыми очертаниями. Не стопроцентное сходство, но весьма близко. Нет, это был не знаменитый Т-44, которому не довелось повоевать, хотя ему прочили звание того самого «тузика», который в клочья рвал бы немецкие бронированные «грелки».

— Новый Тэ-тридцать четыре? — посмотрел я на своего, хех, гида.

— Он самый, — кивнул тот. — Немного изменили бронирование в большую сторону, кардинально поработали над башней, изменили приборы наблюдения для улучшения качества наблюдения. И, разумеется, была поставлена командирская башенка, — нарком вновь усмехнулся, намекая на классический шаблон из книг по альтернативной истории, связанной с ВОВ. Та самая святая троица: создать АК-47, поставить командирскую башенку на Т-34 и перепеть Высоцкого.

Новый Т-34 выглядел практически также, как легендарный Т-34–85. Но с одним нюансом: вместо грозного орудия калибра восемьдесят пять миллиметров в пузатой башне стоял тот самый длинный «хобот» с дульным тормозом, который я впервые увидел на «тридцатьчетвёрках» зимой в полку Ханыгина.

— А почему орудие не стали менять? — перевёл я взгляд с танка на мужчину.

— На текущий момент эта танковая пушка лучшая, что есть. Она ещё не меньше года будет способна уничтожать немецкие танки на дистанциях, с которых те не смогут дать равный ответ.

— А как же «тигры»? — напомнил я о грозных кошках, которые предположительно уже осенью этого года появятся на нашем театре военных действий.

— А для них у нас есть вот они. К моменту появления немецких тяжелых танков у нас будет на их каждый по два или даже три «иса», — грузин махнул рукой на соседствующего с «тридцатьчетвёркой» грозного тяжа, чья стадвадцатидвухмиллиметровая пушка не просто «тигра» будет валить с запредельных дистанций, но и будущих «фердинандов» щёлкать, как орешки. — Но и без них эта пушка способна дать прикурить новейшим немецким танкам, — закончил свою речь Берия. — А позже у нас появится абсолютно новое орудие для танков. Как и сами танки.