Читать книгу 📗 "Сиротинушка казанская (СИ) - Номен Квинтус"

Еще один поселок начал подниматься неподалеку от Петровского Завода, причем уже в апреле у нему начали и дорогу железную тянуть, что заставляло приглашенных специалистов-путейцев буквально за голову хвататься: там уклоны на маршруте были такие, что их преодолеть даже на тройной тяге было проблематично.Правда, господин Волков просто предложил «выстроить дорогу зигзагом» — но при этом объем потребных земляных работ железнодорожников вгонял в оторопь. Впрочем, господин Волков туда и мужиков с лопатами нагнал немало, и экскаваторов несколько поставил, а с ними и несколько десятков грузовых автомобилей — так что задача постепенно начинала выглядеть вполне решаемой. А цена этого решения… не казна же за эту дорогу платила, от МПС компания Розанова только специалистов-консультантов запросила и их работу отдельно оплачивала — так что можно будет после завершения этой непродолжительной стройки очень продолжительное время просто гордостью лучиться за проделанную невероятную работу…

Весной в новых деревнях (коих уже почти две сотни было построено) началась посевная. И в поля вышло уже около тысячи тракторов, но главным было не то, что трактора поля пахать стали, а то, что на большей части тракторов уже сидели «местные» трактористы. Все же удалось людей подготовить, не зря «школы трактористов» весь предыдущий год работали. Правда, пока получилось тракторные станции только трактористами обеспечить, слесарей-ремонтников не хватало очень сильно, так что пришлось ремонт этой техники организовывать «через одно заднее неприличное место»: при поломке трактора в поле его оттуда вывозили на грузовике (на прицепе, специально для перевозки трактора сделанном), а затем с ближайшей станции его отправляли в ремонт в устроенную на окраине Александровска большую мастерскую по железной дороге. И с последним как раз сложностей не возникало: МПС выпустило циркуляр о том, что перевозки любых грузов компании Розанова должны вестись с высшим приоритетом — но все равно такая ситуация Сашу сильно напрягала. Но тут как ни тужься, лучше не станет: слесаря сами по себе не возникают, их учить надо — а проблемой стало то, что учить почти и некого было: рабочие предпочитали в городах работать, да и среди них особо много желающих поучиться хотя бы чему-нибудь не было, а селяне… их приходилось сначала просто грамоте учить. И это в принципе было делом не самым сложным — но где взять для мужиков учителей?

И решать эту проблему стал снова Андрей: он-то «не забыл, чем люди в городе живут» — и предложил Саше довольно простой выход из ситуации. Причем выход довольно быстрый, но «в перспективе» довольно дорогостоящий — но когда парни сели и все аккуратно подсчитали, то решили, что овчинка выделки стоит. А суть предложения Андрея была проста: на самом деле в городе грамотной молодежи было все же немало, однако большая часть этой «грамотной молодежи» особых перспектив в жизни не видела… то есть ей никто никаких перспектив не показывал — а компания Розанова эти перспективы обрисовала довольно красиво. То есть обещала, что всех, кто отработает три года школьным учителем в деревне (причем «на полном жизнеобеспечении»), то их бесплатно после отработки уже в институты на обучение отправят. А «дороговизна» такого подхода объяснялась не тем, что этим «добровольцам» нужно было комфортное жилье и все прочие пряники обеспечить, а тем, что в стране просто не было еще нужного количества институтов, и мест, в тех, что были, свободных не было, так что институты эти требовалось сначала построить, а затем еще и снабдить «преподавательским составом». И если по некоторым специальностям было понятно, откуда преподавателей брать, то по большинству было даже неизвестно, а если ли такие специалисты вообще. Впрочем, при острой нужде и самостоятельно таких специалистов вырастить все же можно было, более того, уже «процесс пошел»: команда, состоящая из студентов ИМТУ, к началу мая закончила разработку нового мотора, заказанного Александром Алексеевичем. И даже один такой мотор изготовила. Больше того: мотор сразу и заработал… а то, что он сломался меньше чем через час работы, можно было «провалом проекта» все же не считать: отрицательный результат — он тоже результат… по крайней мере показывающий инженерам, что и как они сделали не так. И вот когда они с этим разберутся, то как раз искомые специалисты и появятся — а так же появится и уже нормально работающий мотор. А они — точно разберутся, тем более Саша им на основную ошибку сразу же и указал:

— Вы все правильно сделали, ну, почти все, просто одной мелочи не учли, поскольку с материалом еще не познакомились хорошо. Алюминиевый сплав, конечно, получился у нас довольно прочный, но он всяко мягче, чем чугун, из которого поршни сделаны…

— Но поршни-то тоже алюминиевые!

— Да, однако цилиндр вступает в контакт не с самим поршнем, а с чугунными поршневыми кольцами. И, так как поршни эти в силу конструкции, под небольшими углами относительно цилиндров толкаются, кольца немного по цилиндру задевают и при этом его выглаживают. А на гладком металле масло уже плохо держится, трение получается практически сухое, алюминий от того сильно нагревается и становится слишком пластичным — вот задиры и происходят. Я думаю, что если вы сумеете в алюминиевую рубашку цилиндра вставить что-то вроде чугунного тонкого лейнера, то теплоотвод все равно будет достаточно хорош, но такого, что у вас случилось, уже происходить не будет.

— А как лейнер-то вставить? Он же выскочит почти сразу, его поршень вытолкнет.

— Ну тут же вы инженеры, не я, придумайте как его на месте закрепить…

— Мы еще не инженеры…

— От того, что у вас в руках дипломов еще нет, вы точно более глупыми не стали. И вот лично меня ваши дипломы вообще не интересуют, мне интересно лишь одно: умеет человек сам мыслить или нет. И вы уже показали, что думать умеете, так и продолжайте в том же духе! А чтобы вам лучше думалось, добавлю: как мотор этот в серию пойдет, каждый из вас по автомобилю от компании в подарок получит.

Автомобильная промышленность в России развивалась довольно быстро. Не так быстро, конечно, как в Германии, но гораздо быстрее, чем в Англии и даже быстрее, чем в Соединенных Штатах. Причем в США эта промышленность стала развиваться скорее «экстенсивно» чем интенсивно: за океаном к лету девятьсот первого года уже больше пятидесяти компаний приступили к выпуску автомобилей. Вот только все они вместе взятые этих автомобилей делали меньше, чем единственный заводик в Богородицке, и пока что там только разные варианты легковых авто выделывались — а в России уже в Твери автозавод (сугубо казенный) выпускал по полсотни грузовиков в сутки, а компания Розанова кроме Богородицка еще один автозавод запустила, в Симбирске. Правда, новый завод только производство осваивал, с него в сутки хорошо если пяток машин выходил — но пока России больше машин и не требовалось: не было в стране достаточно богатеев, желающих за самобеглую коляску кучу денег выкинуть.

Причем не было их, в чем Саша был совершенно уверен, лишь потому, что обслуживать автомобили было некому: сломайся машина — и все, можно считать, что потраченные на нее деньги были просто выкинуты. Чтобы машин хоть сколько-то продавать, компания организовала в Москве и в Петербурге «сервисные центры», еще два — хотя и не «центра», а просто гаража, где машине мелкий ремонт могли сделать — «самостоятельно» открылись в Харькове и в Варшаве: местные механики, прикинув свои возможности и «потенциальные рынки услуг», посуетились и даже заключили с Богородицким заводом договора о поставке запчастей. Но в прочих местах покупка авто была операцией весьма рискованной, там только фанатики-автолюбители, способные сами машину обслужить, их покупали. В принципе, тоже «рынок», хотя и небольшой — но и его упускать Саше не хотелось. А хотелось его расширить — и он учредил журнал для таких автолюбителей, назвав его, не мудрствуя лукаво, «За рулем». Причем для издания журнала Саша закупил у французов самые современные печатные машины, позволяющие производить полноцветную печать (не всего журнала, он бы тогда вообще «золотым» получился, но восемь страниц, включая красивую обложку, в нем именно полноцветными и были), что влетело в изрядную копеечку. А так как журнал продавался по полтиннику в розницу (а подписка на год на двенадцать номеров стоила всего в четыре рубля с полтиной), издание было заведомо убыточным — но оно могло «рынок» определенный все же сформировать. Не сразу, но в компании Розанова умели делать «инвестиции вдолгую»…