Читать книгу 📗 "Руса. Расширяя пределы (СИ) - Гринчевский Игорь Леонидович"

Климат в районе Первого Порога очень сухой. За всё время, что мы тут живём, дождь прошёл всего три дюжины раз. Причём влага впитывалась в почву и высыхала, даже не образуя луж. Что уж говорить про пустыни, опоясывающие нас с юга, востока и запада?

В это трудно поверить, но у меня даже не сразу получилось измерить, что у нас выпадает в среднем всего полтора миллиметра осадков в год. Пришлось делать собирающую стеклянную воронку в сто раз больше площадью, чем измерительный сосуд.

К чему это я? Высохшие русла рек и ручьёв в наших пустынях имелись, но даже после редких дождей они не наполнялись водой, и приходилось возить запас воды с собой. Первую половину пути снабжали нильской водой, а вторую — из колодцев вокруг Нового Хураздана. К северу от него была обычная пустыня, а вот к югу на побережье уже встречались заросли зелени, служившие верным признаком наличия воды в почве.

Мы рассматривали вариант строительства водопровода или акведука, но оказалось, что это слишком долго и дорого. От Первого порога до берегов Эритрейского моря чуть больше трёхсот километров, если считать с изгибами дороги. Причём почти девять десятых этого пути местность идёт вверх. То есть, нужны насосы и приводы к ним. Электричество? Одно время я рассматривал идею создать генератор переменного тока, повышающий трансформатор и ЛЭП, но отступился. Дорого получалось, слишком дорого. И сложно. Не оправдывает задачу снабжать водой путь, по которому пока проходит лишь два-три небольших каравана в неделю. Причём это суммарно, «туда и обратно».

На протяжении этого пути были построены укреплённые приюты, в которых путешщественники могли перекусить, напоить и накормить животных, переночевать или переждать самый пик дневного зноя. Впрочем, начало декабря в этом году не отличается особой жарой, даже в полдень температура выше тридцати в тени не поднимается. Поэтому дневные остановки у нас короткие. Так, чайку попить да миску похлёбки с лепёшкой и сыром съесть.

Переваривая сегодняшний обед, я дописываю инструкции для Шмавона и Скирона, парочки ребят, которые уже отрабатывали по моему поручению обогащение золоносной руды в нубийской пустыне[2].

[2] См. роман «Руса. Покоритель Вавилона», глава 25.

Три года назад их же я использовал для поиска в той же пустыне месторождения фосфатов. Метод был в основе тот же, что и в долине Хураздана, — исследование состава речных солей. Сложность была в том, что реки эти высохли тысячи лет назад. Но, если упорно искать, можно и русла найти, и отложения солей в этих руслах… А дальше всё так же — искали места, откуда текла вода, насыщенная фосфатами. К счастью, повезло найти.

Сейчас принцип поиска будет другим. В сотнях и даже тысячах точек долины Хураздана они будут измерять угол между магнитными линиями и истинным меридианом. Зачем? Я просто припомнил, что Курскую магнитную аномалию открыли как раз по отклонению магнитной стрелки. И у меня были большие сомнения, что жила магнетита, выработанная Еркатами до донышка, была единственной в этих местах. А значит, тщательно нанося на карту магнитные силовые линии, есть шанс открыть ещё одну. Или даже несколько.

Вряд ли они будут так же богаты, как КМА, но нам это и не нужно. Зато, учитывая высокое качество руды и тамошнего древесного угля, вполне можно было нарастить производство железа простым сочетанием доменной плавки и пудлинговки. Это Еркаты вполне осилят и без меня, а значит, им суждены ещё многие поколения безбедной жизни, вполне позволяющей содержать мощное ополчение и школы. Да, я хотел блага не только этому миру, но и приютившему меня роду. И кто меня за это осудит?

Уф-ф-ф, инструкция дописана, добравшись до побережья, отправлю её с попутным кораблём в Александрию, где и дожидается эта парочка. Теперь можно вернуться к обдумыванию, что именно я скажу Александру?

— Руса Еркат, сын Ломоносов, ты арестован! Тебе надлежит сдать оружие, отослать охрану и проследовать под нашей охраной в столицу на царский суд! — торжественно заявил какой-то чин в красном плаще, встретивший наш караван перед главными воротами Нового Хураздана в сопровождении пятёрки воинов.

«Вот тебе, бабушка, и Юрьев день!» — только и успел подумать я. — «А ребятки-то смелые, полудюжиной на целый караван попёрли. И это при том, что у нас у каждого минимум по паре пистолетов имеется, а у них — только короткие мечи и лёгкие копья!»

— И как давно воины наместника Аравии получили право арестовывать именем царя? — насмешливо осведомился Панкрат. — Да ещё не кого попало, а Наместника Верхней и Нижней Нубии? Пупок не развяжется от важности?

Среди наших воинов послышались смешки, а встречавший нас полусотник, побагровев, ответил:

— Ты бы, воин, сначала с новостями ознакомился. Всем ведомо, что Руса Еркат передал врагам великого царя секретное оружие. Пользуясь оным, упомянутые враги штурмом взяли Тавромений, и сейчас берут Мессену[3].

— Напомни мне, полусотник, когда именно указанные города признавали власть Александра Великого? — продолжил насмехаться начальник моей охраны. — Или когда великий царь объявлял войну Карфагену? Почему ты говоришь, что пунийцы стали ему врагами!

— Третий раз повторяю тебе: отойди и не мешай нам исполнить повеление!

— Чьё? Есть ли у тебя письменное распоряжение великого царя? Нет? Тогда лучше ты отойди в сторону и не мешай. А то зашибём ненароком!

[3] Мессена — современное название Мессина. До V века до н.э. полис носил название Занкла.

Новости оказались печальными. Диомед Фиванский спешил привести под власть Карфагена всю Сицилию. В том, что Мессену он возьмёт быстро, я не сомневался. А может, уже захватил, просто новости до нас ещё не дошли.

— Что там ещё осталось у эллинов на Сицилии? — поинтересовался я.

— Сами Сиракузы и подвластная им Катания, — тихо ответил Ашот Проникающий-в-суть-вещей. — Честно признаться, я удивлён тем, как быстро Фиванец берёт такие укреплённые города.

— Взрывчатка, если её не жалеть, разнесёт любые ворота. И любую, даже самую крепкую стену. Мы с её помощью крепости колхов брали, неужели не слышал?

— Всё равно, удивительно мне.

— Удивляться будем, если при таких делах меня царь Александр действительно не арестует! — проворчал я.

И вот как мне теперь оправдываться?

Пяти лет не прошло со времени моего первого морского путешествия. Тогда я спал под скамьей, по нескольку часов в день сидел на весле и с трудом отвоёвывал кусочек палубы, чтобы пообщаться с соратниками или поупражняться с мечом. Сейчас же — сплошная благодать. Мы плывём на одном из новых кораблей, построенных для Неарха. Водоизмещение почти четверть тысячи тонн, две мачты с косыми парусами, восемь вертлюжных пушек. И немыслимая роскошь — три каюты, камбуз и ледник для продуктов.

Каютки, конечно, так себе, самая большая из них — размером примерно с железнодорожное купе, обычно в ней обитает капитан с помощником, но сейчас я делю её с Ашотом Следаком. Корабельное начальство, получив соответствующую оплату, перебралось в самую маленькую из кают, а в третьей как-то обитают Панкрат, мой секретарь и Микаэль. Прочие же спутники ночуют в трюме на подвесных койках.

Сейчас такое размещение очень удобно, настоятель делится со мной теми клочками новостей, что ему удалось раздобыть за неполные сутки до отплытия нашей флотилии. Да, я в очередной раз плыву в сопровождении кучи кораблей. Парочка здешних бирем, один миопарон из Александрии, ещё два миопарона выделил наместник Аравийский, они и не пытаются скрывать, что присматривают за мной. Точнее — за моим кораблём, чтобы он никуда не отклонился от пути в Вавилон.