Читать книгу 📗 Генеральный 7 (СИ) - Коруд Ал

Советское посольство в Австрии

— Не нравится мне эта поднятая в европейской прессе шумиха. Они явно хотят заболтать проблему.

Человек в модном костюме пригубил из бокала. Он пил Маргариту, что выдавало в нем человека, жившего некоторое время в Америке. И очень может быть, что в Нью Йорке. Кобзырев хмуро покосился на собеседника. У него от этих личностей из непонятного агентства мурашки по спине носятся. И вечно они появляются в самый острый момент.

— Но у нас свой интерес. Мы не можем отступить.

— Тогда обостряй.

— Что?

Кобзырев внезапно понял, что это не просьба, а инструкция. И даже не следует спрашивать про полномочия.

— Тебе нужно сделать на пресс-конференции заявление, что если турки не пойдут на соглашение, то Советский Союз предложит объявить проливы экстерриториальными.

Дипломат потянулся к бокалу. Он пил Токайское. Ничего себе!

— Вы понимаете последствия? А если завтра проливы окончательно закроют?

— У нас есть Черноморский флот и Средиземноморская эскадра. И два авианосца. К тому же именно сейчас между Грецией и Турцией идет «тихая война». Турки невероятно уязвимы. В Европе у них, кроме Британии практически нет союзников. Америка сосредоточилась на Латинской Америке и Китае. После скандала в Рамштайне они свернули часть баз в Германии. Так что им проще выкинуть Турцию из НАТО, чем встревать за них.

— Я так понимаю, что все на самом деле несколько сложнее. Зачем нам такое опасное обострение?

— Повышаем ставки, дорогой друг. Ты же не думаешь, что империалисты свои позиции сдадут просто так?

Кобзырев кивнул. Про ползучее наступление ему рассказали до того, как назначить на пост. Перед этим состоялась довольно жесткая проверка. Но он был терпелив и напорист. Стране требовался свежий взгляд и боевая внешняя политика. Но в целом принятая стратегия пришлась ему по душе. Нечего сопли жевать! Про СЭВ знали все. Пропаганда шла со всех сторон. Что, мол, жить вместе лучше и выгодней. Да и экономика сама показывала выгоду. Смысла вспоминать старые национальные дрязги, что мешают работать и зарабатывать. Даже поляки понемногу перенимали у чехов идеи «общеславянского братства».

Но кроме пропаганды шли реальные подспудные процессы. Дипломату было любопытно читать из предоставленных ему материалов о советском контроле над ведущими отраслями Финляндии и Австрии. Северные соседи вдобавок проводили просоветскую внешнюю политику и являлись хабом для протаскивания запрещенных западных технологий в СССР. Но что еще более примечательно, их политики уже отчасти зависели от советских. И даже зачастую об этом не ведали. Для полного контроля нужно было лишь время. Да и кто выступит против? Только маргиналы. Потому что сотрудничество с СССР — это заказы, это контракты, это работа и заработки. И отдыхать в Крыму дешевле, чем в Италии и на Канарах!

И это не была какая-то особо беспринципная политика безбожных коммунистов. Так, в Европе действовали все с незапамятных имен. Когда речь заходит о феноменах «глубинного государства» (deep state) или «глубинной политики» (deep politics), в первую очередь обращают внимание на США. Однако европейские события второй половины XX столетия также заслуживают рассмотрения. Более того, по размаху они отнюдь не уступают процессам в США. И это не в последнюю очередь благодаря одной весьма занятной организации. Она действовала и действует! на территории всех ключевых государств Европы, а также на других континентах. Обычно данная структура фигурирует под наименованием Le Cercle то есть — «круг», но также известна как «Круг Пине» — Le Cercle Pinay. Когда Кобзырева поставили на должность заместителя министра, то ввели в курс дела и рассказали о тайных пружинах европейской политики. Чтобы он знал, с кем будет иметь дело.

Le Cercle — по сути закрытая транснациональная структура, финансируемая из частных источников. Официально она позиционируется как консервативная дискуссионная группа. В её работе принимают участие политики, дипломаты, банкиры, бизнесмены, редакторы, издатели, военные и представители разведсообщества. Сами участники «Круга» стремились подчеркнуть исключительно «безобидный» характер своей организации. Точнее всего было бы описать Le Cercle Pina, как «форум». Не было никакого формального членства. Это была неформальная группа единомышленников, которые, как правило, встречались дважды в год, один раз в Америке, один раз в Европе. Обычно для выступления приглашали какого‑нибудь выдающегосядеятеля. СредиприглашённыхоратороввремяотвременибылиШтраус, ГенриКиссинджер, ЗбигневБжезинский, ДэвидРокфеллериДжулио Андреотти.

Многие участники Le Cercle, как правило, были связаны с европейскими аристократическими кругами или различными структурами Ватикана. Величайшим врагом «Круга» считался Советский Союз и коммунисты. К тому же изначально Le Cercle был сильно ориентирован на европейскую интеграцию. Значительное присутствие среди его участников членов Opus Dei и мальтийских рыцарей, связанных с идеей Паневропы, а также такой персоны, как Отто фон Габсбург, ясно указывает на то, что участники «Круга» подразумевали в качестве одной из целей создание новой Священной Римской империи. Со временем к лидерству в организации устремились британцы, а также аффилированные с ними Ротшильды. Идея о сверхдержаве на базе Европы овладела тогда многими. Перед глазами был недавний пример с Еврорейхом Гитлера.

Одним из организаторов являлся французского государственного деятеля Антуана Пине, отчего первоначально организация получила известность как Cercle Pinay. Пине пришёл в политику в 1929 году, будучи избран мэром города Сен-Шамон. К 1940 году он стал членом французского Сената. После войны карьера пошла дальше вверх. Позже Пине будет служить при президенте Коти министром иностранных дел и министром финансов при премьер-министре, а затем и при президенте Шарле де Голле. Помимо выдающейся карьеры на государственной должности Антуан Пине имел и другие, менее очевидные достижения — и не только в рамках избранного круга бильдербергцев. В 1952–1953 годах премьер-министр Франции Пине, и канцлер Германии Конрад Аденауэр создали Cercle Pinay как конфиденциальный форум для координации франко-германской политики'.

У Жана Виоле, его помощника, прошлое было гораздо более любопытным. В частности, есть сведения, что до Второй мировой войны он был членом крайне правого «Тайного комитета революционного действия» (CSAR). Другое название — Cagoule («Капюшон»). Данная организация строилась по масонскому типу, включая обряды инициации. Целью кагуляров был подрыв Французской Республики. После войны Жан Виоле был арестован за сотрудничество с оккупантами. Однако он был освобождён «по приказу сверху». После того как пост главы спецслужбы SDECE в 1957 году занял генерал Гроссен, Виоле взяли на работу в качестве агента, и ему доверялись важнейшие миссии. Виоле станет самым уважаемым «почётным корреспондентом» SDECE. Одним из свидетельств значимости Виоле является тот факт, что на протяжении пятнадцати лет службы в SDECE его куратором выступал сам глава служб. Подчиняясь непосредственно генералу Гроссену, «Виоле руководил службой, направленной на продвижение целей генерала де Голля в области обороны и внешней политики».

В те же годы Виоле наладил связи с Opus Dei, неординарной организации под патронажем Ватикана. Ему удалось познакомиться с такими знаменитостями Opus Dei, как Альфредо Санчес Белла и Отто фон Габсбург, которые в 1949 году основали влиятельную организацию под названием Европейский центр документации и информации (CEDI). Фон Габсбург был соучредителем и пожизненным председателем CEDI, а затем и Панъевропейского союза:

— «В 1949 году, после того как коммунисты взяли власть в Чехословакии, Альфредо Санчес Белла вместе с эрцгерцогом Отто фон Габсбургом основал Европейский центр документации и информации (CEDI), целью которого было создание вокруг испанских Бурбонов федерации европейских государств, объединённых христианством и антикоммунизмом. Это звучало очень похоже на современное возрождение Священной Римской империи».