Читать книгу 📗 "Руса. Расширяя пределы (СИ) - Гринчевский Игорь Леонидович"

— А она ответила, что шансы пополам. Или встретишь, или не встретишь!

Кормчий оторопел на секунду, а потом искренне заржал, перебудив заснувших моряков. Пришлось пояснять недовольным, в чём причина смеха, потом выставить несколько кувшинов разбавленного вина и обсудить все образчики причудливой женской логики, с которыми довелось повстречаться членам экипажа «Дельфинёнка». Беседа возобновилась лишь через час.

— Ты это к чему сказал?

— Мы не можем знать, что ждёт нас в этом путешествии. И никто не знает, что произойдёт за время нашего отсутствия, — тихо ответил Тит. — Но в одном я уверен. Кто бы ни победил, царь Александр или Республика Нового города, всё равно реальная власть на торговых путях останется у тех же купцов, что и сейчас.

Идоменей только плечами пожал, показывая, что он согласен, и тут даже обсуждать нечего.

— Без такого партнёра, как Диомед, пунийские купцы нас просто сожрут. Я потому и предложил ему сотрудничество, что люди вокруг боятся Фиванца не из-за поста стратега, а самого по себе. Пока он с нами, есть шанс отбиться и оседлать перспективный маршрут. А без этого…

— Вот теперь всё понятно! — широко улыбнулся Критянин. И упрекнул: — Мог бы и раньше объяснить!

— Если суммировать всё, что нам известно, то письма, адресованные тебе, как будто писали два разных человека. Один из них свободно владеет койне и употребляет химические термины, причём именно те, которые употребляет Руса Еркат! — Ксанф Итакиец, руководящий поисками «Доброжелателя» и докладывавший сейчас об их ходе Диомеду Фиванцу, не выглядел ни воином, ни опасным человеком. Больше всего он походил на владельца ювелирной лавки, привыкшего уважительно, но твёрдо общаться со знатными и богатыми людьми, умело продавая им втридорога побрякушки, которые те совершенно не планировали покупать.

— Не может быть, что это — он и есть? — уточнил стратег.

— Он оправдался перед царским следствием, господин стратег! — ровно ответил земляк легендарного Одиссея. — К тому же, хоть писали на койне, но родной язык автора, скорее всего, финикийский, я такие вещи чувствую. А Руса с детства говорил на языках айков и колхов. Он писал бы иначе.

— Допустим. А второй?

— Второй человек, похоже, с детства говорил на языке персов. Судя по тому, как долго мы не могли его отыскать, он — большой мастер скрываться от преследования. Если же учесть, сколько эти двое смогли вскрыть секретов сына Ломоносова, можно уверенно предположить, что второй — мастер шпионажа с развитой сетью агентов.

— Что это нам даёт?

— С высокой вероятностью, это — Ильдар Экбатани. Он был шпионом у царя персов Дария III, потом работал на Спитамена, после чего предположительно стал служить царю индов Пору. Теперь он мог решить поработать на себя самого.

— Мог, наверное. Но я спрашивал о другом. Как это поможет нам в поисках?

— Я задался вопросом, где могли познакомиться химик-финикиец и перс-мастер шпионажа. Наиболее вероятными местами являются Вавилон и финикийские города. Скорее всего, это Тир, Сидон, Библ или Берит.

— Но ты в этом не уверен?

— Нет, не уверен. Однако в сумме с другими сведениями… Видите ли, один из моих подчинённых попробовал нанести на карту пути почтовых голубей. Это ведь только кажется, что голубь долетит куда угодно.

— А это не так? — заинтересовался Диомед.

— Разумеется, нет! Во-первых, птицам надо отдыхать, а карт у них нет. То есть, тот, кто их отправляет, должен подумать о том, чтобы по прямому пути у них было множество островов, на которых можно отдохнуть. Во-вторых, они летят только в родную голубятню. Конечно, её можно завести хоть в пустыне, хоть в горном ущелье. Но это удивит наблюдательных людей. Поэтому обычно почтовых голубей заводят в портах и крупных городах.

— Хм, не лишено логики! — признал начальник.

— Многие голуби полетели в направлении на Кротон[1]. Город не так уж и велик, нам удалось проследить, в чью голубятню они прилетали. Опуская подробности, скажу, что чаще всего потом курьеры или голуби отправлялись в Тир. Я отправил туда группу своих лучших людей, они уже на месте, но результата пока нет.

— Пока не-е-ет! — задумчиво протянул Диомед. — Ну что же, когда найдут, пусть захватят и везут сюда. Особенно подчеркни, что химик мне очень нужен, причём только живым! Но и Экбатани стоит захватить. Толковый шпион нам не повредит.

[1] Кротон ныне — итальянский город Кротоне. Основан в 710 г. до н.э., являлся частью Великой Греции.

— Совсем этот Эуфемиос-Доброжелатель нас не уважает, слушай! — темпераментно размахивая руками, как это свойственно южанам, изливал свои эмоции Архелаю «старший пороховых дел мастер» Варфоломей из Яффы. Высокая должность досталась ему не от высокой учёности и большого уважения, совсем наоборот. Когда выяснилось, что работа с порохом очень опасна, на неё пришлось ставить рабов, а чаще даже — рабынь, а на должности руководителей — должников, которым до продажи в рабство за долги оставался всего шаг-другой.

Варфоломей до недавнего времени имел свою мельницу, но азарт и любовь заключать самые невероятные пари серьёзно ухудшили его имущественное положение, вот он и согласился на нынешнюю должность. За год-другой, глядишь, и отработает долги и набежавшие проценты. Если, конечно, раньше не погибнет.

— Они ведь нам всё и в прошлый раз ясно написали, как порох гранулировать. И что отходы нужно смачивать, лепёшку мокрую сушить и снова в производство запускать. А теперь снова повторяют. Они что, думают, до нас с первого раза не дошло⁈

Он вскочил, сделал два круга по комнате, уселся, потом снова вскочил, не в силах сдержать эмоций. И слова снова полились потоком:

— Да я ещё тогда этот самый порох растворил, а потом не растворившийся осадок снова взвесил. А потом в лупу, у Еркатов купленную, рассмотрел. Так что состав пороха мы давно знаем. Сколько частей индийской селитры, сколько молотой серы, и сколько — молотого угля. Сера здесь своя, уголь тоже делают, так что только селитры и не хватает, чтобы порох делать!

— Погоди, остынь! — мягко ответил ему интендант. — Какая польза от твоих знаний, если селитры у нас всё равно нет?

— Ну и что, что нет? — снова всплеснул руками уроженец Яффы. — У пиратов можно купить! Раз селитру из Индии кораблями везут, то пираты её не могут не захватывать.

— И зачем ты ко мне с этим пришёл? — выразил удивление Диомед. — Я тебе что, каждый шаг подсказывать должен? Что смотришь как баран? Если есть мастер, который говорит тебе, что может сделать порох, ты должен был обеспечить ему всё потребное. Что он там перечислил? Сера у тебя на складе есть? Есть! Уголь имеется? Добавь ему селитру, что осталась от производства «огненных стрел», и пусть сделает мне пушечный порох. Если сделает, я вас обоих награжу.

— А если нет? — боязливо переспросил Архелай.

— Ты дитя малое, что ли? Тогда ты его кнутом поучишь, а стоимость потраченного времени и веществ к долгу приплюсуешь. Пусть отрабатывает! Всё, иди и работай!

— Ну, что скажешь. Воробушек? — ласково спросил Ашот Проникающий-в-суть-вещей у несуразного существа, облаченного в лохмотья. — Да ты не стесняйся, ешь да пей, всё что на столе — твоё!

Бродяга, похожий то ли на заросшего давно немытыми волосами тощего мальчишку, то ли на не особо красивую девочку, ещё не обзаведшуюся характерными чертами женской фигуры, жадно ухватил со стола медовую лепёшку и вгрызся в неё.

Казалось поразительным, но застарелого запаха немытого тела, характерного для бездомных, совершенно не ощущалось. Этот контраст между внешним обликом гостя и обонятельными ощущениями мог бы насторожить внимательного наблюдателя, но… Воробушек была брезглива. Испачкать одежду и замараться самой ради дела она была готова, поголодать пару дней — тоже, но вонять отказалась категорически.