Читать книгу 📗 "Деньги правят миром (СИ) - Мазай-Красовская Яна"

— И что?

— Так… откуда мне знать?

— Вы оставили их без наблюдения?

— Мы не вмешиваемся в дела волшебников…

— Да, Бакзук, ты действительно очень молод. В дела вол-шеб-ни-ков. А насчет людей никакой договоренности нет и не было. Другое дело, что люди нам неинтересны. Кроме некоторых. Придется проверить. Марш в Коукворт.

— А как же молодой Снейп?

— Полукровка не может наследовать роду, как не может и его сохранить. Только если встретит носителя недостающей части крови. Но этого точно не случится.

— Почему вы так уверены, Ракхаг?

— О нем позаботится Дамблдор.

— Директор Хогвартса???

— Верховный чародей и прочая, прочая, прочая. Да он у нас давно на содержании. С тех пор, как… Впрочем, ты еще молод слушать эту историю. Мы не вмешиваемся в дела волшебников, если они сами не покупают наши услуги.

— Но стоит им только купить…

— Вот именно.

— Миссис Снейп, вы не заняты?

— Для вас, мисс Эванс, я свободна всегда. Вы наша единственная надежда, — худая и бледная после болезни Эйлин Снейп казалась совсем маленькой и хрупкой. И очень усталой, несмотря на все ухищрения хозяев дома.

— Собственно, я потому и пришла. Вы спросили, не предпочла бы я, чтобы то заклятие легло на меня вместо Северуса, помните?

— Думаю, ты бы ни за что не пошла на такое.

— А он бы пошел?

— Девочка… ты была ему дороже всех еще тогда. Пошел бы. Может, не совсем осознанно, но пошел. Мне бы вряд ли пришлось его убеждать. Но почему ты спрашиваешь?

— Так нечестно. Несправедливо…

— Неужели ты все еще считаешь, что этот мир справедлив?

— Я считаю, что должна сделать все для того, чтобы было справедливо. Что нужно для того, чтобы наложить заклятие на меня, и сможете ли вы это сделать без… — Лили смутилась: все же говорить женщине в лицо, как она выглядит, как-то не совсем хорошо. — Безопасно ли это для вас?

Эйлин Снейп смотрела на девочку, как на чудо. Она сама пришла просить ее о таком? Невероятно. Но…

— А Северус знает?

Лили пожала плечами.

— Никогда не делай чего-то за спиной того, кто тебе дорог. Не повторяй моих ошибок. Если хочешь, я сама ему скажу.

— Это мое решение. И я справлюсь. Значит, вы можете… Это правда неопасно? Вы, простите, еще не очень хорошо выглядите.

Эйлин улыбнулась. Впервые — так, что улыбалось все, а главное, само сердце.

— Я сделаю, что ты просишь. И не умру, теперь уже не умру. Благодаря Северусу. И… Лили, девочка… — Эйлин подошла к ней и крепко обняла. — Спасибо тебе за моего мальчика.

24. Последние дни каникул

Петр долго и задумчиво смотрел на дождь, развалившись на уютном диванчике под крышей веранды, пока незаметно для себя не задремал. Разбудили его голоса друзей, но он решил пока не подавать виду. Точнее, спросонья было просто лень шевелиться.

— Э, да тут Питер! — в голосе Снейпа послышалась досада. — Пойдем в сад?

— Сыро, — протянула Эванс, — у меня обувь не та, а идти переобувать неохота. Что ты хотел?

Снейп замолчал и осторожно потрогал «спящего» за плечо. Тот немного дернул рукой и засопел дальше.

— Правда, спит… Ладно, я сейчас.

Северус забормотал заклинание купола тишины, к нему присоединилась Лили, а Петр осторожно повернул заветное колечко, благодаря которому узнал немало полезного, еще будучи первокурсником по пути в Хогвартс. Чувствовал он себя сейчас то ли слегка виноватым отцом непутевого подростка, то ли гиперответственной мамашей девочки, нечто такое среднее. Но не подслушивать почему-то не мог.

Успокоенные собственным заклинанием ребята присели на ступени совсем рядом с ним, так что можно даже было подглядывать меж ресниц.

— Лили, зачем?! Не делай этого, прошу тебя!

Северус яростно сверкал глазами, но почему-то она была уверена: он удивлен, поражен, но… ему приятно. А потому, насупившись, ответила:

— Затем, что так будет по-честному. Я так решила.

— Я пойду к матери, она…

— Стой! — она ухватила его за рукав. — Почему ты вмешиваешься? Это мое решение.

— Но тогда ты будешь обязана оставаться со мной… даже если не захочешь.

— То есть, я смогу «не захотеть»? — удивилась она. — И ты сам этого не хочешь?

— А… нет. То есть, мало ли, что я хочу. Но ведь это будет неправда!

— А то, как ты ко мне относишься — правда? — воскликнула Лили. — Или это только потому, что ты привык за это время к заклятию и сжился с ним? Скажи же, ну?

Северус поник. Ответить было, по большому счету, нечего. Все его увещевания, все протесты отскакивали от упрямицы как от стенки горох. Переубедить ее не было никакой возможности, но он непонятно на что надеялся.

— Скажи мне только одно, Лили, пожалуйста. Почему ты так решила?

Она вздохнула.

— Ты знаешь, до меня наконец дошло, что в школе совсем не так безопасно. Я не хочу, чтобы на меня влияли без моего ведома, не хочу… оставлять тебя. Помнишь, как вы с Питом заставили меня выпить антидот, когда я на тебя набросилась с обвинениями первый раз в Выручайке? Ведь это и правда было совсем не мое желание, не мое поведение. Я это до сих пор часто вспоминаю, и мне просто страшно.

— Почему ты не сказала мне?

— Считаешь, у меня было так много возможностей с тобой поговорить, когда ты появлялся на пять минут и снова исчезал? — Лили подбоченилась. — Знаешь, когда тебя не было, мы с Питером по вечерам много разговаривали, и, кажется, он меня убедил, что надо быть осторожной. И еще мы посмотрели вместе с твоей мамой вчера все о том заклятии. Оно, конечно, старинное и очень сильное, зато прекрасно блокирует любое другое влияние, даже зелья, представляешь? А Питер рассказал мне такие вещи о будущем, странные, жуткие, но весьма правдоподобные. Да и в Гринготтсе, помнишь, как гоблины с ним говорили? И я теперь знаю, что Пит — не просто наш ровесник. Да, с меня он тоже клятву взял.

Северус понимающе кивнул, но ничего не сказал, чувствуя, что подруга только готовится перейти к самому главному…

— А еще он меня спросил однажды, люблю ли я тебя настолько, чтобы оставаться рядом с тобой всю жизнь.

Северус вздрогнул. Черные глаза встретились с зелеными, ожидая, кажется, приговора. Он уже был готов просить ее замолчать, но было поздно.

— Я ответила, что не знаю. Мне кажется, я еще не доросла до того, чтобы полностью осознать, что такое любовь между мужчиной и женщиной, понимаешь? Мы же с тобой еще почти дети. Но в чем я уверена, так это в том, что не могу представить свою жизнь без тебя. И не хочу, — зеленые глаза сузились. — Именно поэтому все должно быть по-честному. Одинаково для нас обоих. Тебе еще есть, что возразить? Все, я пошла.

И Лили просто ушла. Понятно, куда и зачем. Северус не двинулся с места — видимо, потрясение было довольно сильным.

«Умница… Какая же девчонка умница! — думал Петр, нагло подслушивающий весь этот секретный разговор с помощью своего самого первого артефакта, памяти об отце… — А теперь пора просыпаться и промывать мозги этому носатому чуду. Эх. Почему я не пошел учиться на психолога?»

Он потянулся и открыл глаза. Кажется, Северус обрадовался его пробуждению? А вот он сам в следующую минуту был не очень-то рад, когда тот вывалил на него все свои сомнения и эмоции.

— Северус, если ты хочешь услышать от меня хоть что-то, придержи коней.

— Что? А… Вот что теперь будет?

— А что тебе не нравится?

— То, что это будет, — Снейп замялся, а потом словно вытолкнул из себя, — не любовь.

И замолчал, ощетинившись, как пойманный ежик.

— Романтик несчастный, вот что я скажу, — Пит жестом остановил попытавшегося было возмутиться Снейпа. — Вот скажи мне, если человек сам, сознательно идет на такое ради другого — что это? Что это, если не любовь, я тебя спрашиваю? Тебе повезло, как... как... я не знаю, кому! Какого бундимуна сопливого тебе еще нужно?!

— Ты правда так думаешь?

Пит молча постучал себя по лбу и закатил глаза. А опустив их, впервые увидел абсолютно счастливого Снейпа.