Читать книгу 📗 «Незнакомка» с Руанской дороги (СИ) - Добрынина Елена

Дорога домой заняла чуть больше времени, чем поездка на старой кобыле с Луи. Дождя не было, между туч временами выходило солнце, и я смогла отлично прогуляться, осматривая окрестности. Дорога по большей части пролегала между полей, уже убранных, чернеющих пашней и жухлой травой. Видимо, уборка была завершена, и крестьяне сидели теперь по домам, из окна любуясь на сырую погоду. Сама деревня показалась мне унылой. Серые домики, с маленькими окошками, затянутыми пузырём, грязь и куры, гребущиеся в соломе и мокром песке у дороги. Миновав селение, я вышла за околицу и увидела вдалеке черепичную крышу гостиницы мадам Ги. Это обрадовало меня, будто увидела я что-то близкое сердцу. Оставалось совсем немного!

Сзади послышался стук копыт и вскоре меня нагнал всадник. Он проскакал мимо, но, уже миновав меня, наездник обернулся и вдруг резко пришпорил коня, останавливаясь.

Чёрный, вышитый золотом плащ развевался на ветру, а сбоку у всадника болталась дорогая шпага.

Так-так-так.

— Добрый день, миледи. Куда держите путь? — услышала я знакомый, насмешливый голос — гортанный, чуть с хрипотцой. И почему-то даже не удивилась.

Это был Франсуа д'Эстре собственной персоной.

Глава 12. В одном седле

Франсуа спешился и дождался, пока я на ставших вмиг ватными ногах преодолею оставшееся расстояние между нами.

— Добрый день, господин виконт. — Поклонилась я, останавливаясь перед мужчиной. — Возвращаюсь от травницы, получила порцию живительных мазей. По заверению их создательницы, должны меня исцелить.

То, с какой легкостью я отчиталась перед виконтом, хотя не привыкла так себя вести, удивило.

— Похвально, мадам... — д’Эстре осёкся, подбирая обращение ко мне.

— Просто Катрин, сир. Увы, но я так и не вспомнила своей фамилии. — соврала я.

— Что ж, это прискорбно, миледи. Надеюсь, память вскорости вернётся к вам. А пока разрешите подвезти вас до таверны тётушки Ги? Скоро начнётся дождь, посмотрите, весь горизонт в тучах.

Я окинула небо беглым взором. Что ж, виконт был прав. Да только как он собирался меня везти? Ни повозки, ни там более экипажей я поблизости не наблюдалось.

— Ну что, миледи, вы принимаете моё предложение?

— Да, господин. — я замялась. — Только не очень понимаю, как это возможно?

— Верхом, конечно же, — ответил Франсуа.

Тонкие губы виконта поползли вверх, выдавая насмешку. Наверное, я выгляжу идиоткой.

— Так что, вы позволите вас подвезти, Катрин? — поторопил виконт.

И мне ничего не оставалось, как согласно кивнуть.

Франсуа взял у меня корзинку и каким-то хитрым способом привязал ее к упряжи. Взлетел на коня и оттуда подал мне ладонь. Выходит, я должна влезть следом за ним? Но я не знаю даже, с какой стороны подходят к лошади. Черт! Я оперлась на ладонь и неумело сунула ботинок в стремя. Я и пикнуть не успела, как оказалась сидящей на коне. Виконт в мгновение ока подтянул меня и усадил прямо перед собой. Из-за седла, которое было рассчитано на одного всадника, мы оказались слишком близко друг к другу, так что даже бедра соприкасались, и как бы я не пыталась отодвинуться, выходило плохо.

— Если не хотите свалиться, миледи, лучше держитесь за поводья.

— Хорошо. А как его зовут? — спросила я, замирая от страха.

— Баск. Он — отличный жеребец. — ответил виконт ласково.

Конь пошевелил ушами, услышав своё имя, и фыркнул. Надо же, похоже, между этими двумя настоящее взаимопонимание, а я тут — третий лишний. Но Баск, по-настоящему богатырский конь, мужественно тащил на себе не только хозяина, но и меня.

— Вы не умеете сидеть в седле? — удивился виконт, заметив, как напряженно я вцепилась в поводья, пытаясь удержаться.

— Не приходилось. — пришлось признаться. Не оставалось ничего другого, как соврать. — Больше люблю экипажи, знаете ли.

— Понимаю. — задумчиво ответил виконт, притянув меня к себе свободной рукой. Он был слишком близко и хоть я и не видела его лица, мне хватило жара, исходящего от Франсуа.

— Держитесь крепче, Катрин. Иначе вы рискуете выпасть из седла.

Я кивнула и вцепилась в поводья. Лошадка побежала в сторону постоялого двора, и я от неожиданности чуть не вывалилась из седла, в последний момент ухватившись в суконный рукав мужского мундира. Франсуа покрепче обхватил меня, пришпорил коня и натянул поводья:

— Этак мы и до обеда не доберемся. Давай, Баск, вперёд!

Жеребец отреагировал на голос хозяина и фыркнув побежал рысцой. Я чувствовала себя туристом, которого посадили на слона или верблюда, и он сидит, балансирует, пытаясь удержаться кое-как.

Когда до ворот постоялого двора оставалось совсем немного, Франсуа вдруг наклонился к моему уху и спросил:

— Что вы ещё вспомнили, миледи?

Я растерялась. Вроде бы мы не обсуждали с ним мои воспоминания.

— Что, простите? Я не расслышала, господин виконт. — пришлось идти на уловку.

Д’Эстре усмехнулся и повторил вопрос.

— Вы сказали, что предпочитаете для выезда экипажи. Вот я и интересуюсь, вдруг вы вспомнили ещё что-то, кроме этого.

Вот же гад! Подловил меня.

— Нет, к сожалению, ничего больше.

— Что ж, надеюсь, Господь смилостивится над вами и вернёт память.

Я лишь промямлила «благодарю».

Кажется, эта случайная встреча принесла мне больше хлопот, чем радость от возможности полюбоваться бравым королевским стражником д’Эстре. Неизвестно, на какие размышления натолкнут виконта мои несуразные ответы.

Остаток пути мы проделали молча. Я чувствовала дыхание мужчины над своим ухом, но повернуться к нему не смогла бы даже при желании — слишком неудобно сидела в седле — по-женски, когда обе ноги на одну сторону, да ещё и путаются в собственной юбке. Но тем острее воспринималось это вынужденное, пусть и кратковременное соседство. Наверное, соглашаться на любезность со стороны виконта было ошибкой. Надо было идти пешком, несмотря на риск вымокнуть под дождём. Теперь ещё больше привлекла ненужное внимание к своей персоне. Закон подлости какой-то.

Как только конь сделал последний шаг, я отпустила поводья и решила самостоятельно спуститься с жеребца.

— Что вы делаете, миледи? — Франсуа придержал меня, не давая соскользнуть с Баска. — Ещё пару таких выкрутасов и вы рискуете быть затоптанной самим конём.

Голос виконта вдруг сделался строгим и холодным. Он спешился и сам подал мне руки, чтобы помочь. Пришлось воспользоваться и опереться на крепкие плечи Франсуа. Сердце мое в эту короткое мгновение сделало кульбит и забилось, будто в силках.

— Простите, — только и смогла вымолвить я, наконец, коснувшись ногами земли.

На крыльце таверны показалась хозяйка — раскрасневшаяся, утирающая передником пот.

— О, виконт, приветствую! Это каким ветром, господин, вас занесло в мои владения? — спросила Ги. — Смотрю, и Катрин с вами.

— Да, подобрал леди по дороге. Ещё немного и пойдёт дождь.

— Благодарю вас, милорд, лечить бедняжку ещё и от простуды — выше моих сил. Как сходила, Катрин? — обратилась ко мне тётушка.

— Спасибо, всё отлично. Этель дала мне мазь, а это велела передать вам.

Я повернулась к виконту и протянула руку. Ну же, господин окрестных земель, верни мою корзинку!

— Вот ваша ноша, Катрин. — Франсуа отвязал поклажу и вручил мне. Наши взгляды встретились. Это длилось всего секунду, но даже за это короткое мгновение я успела разглядеть в его глазах сначала интерес, а потом внезапно промелькнувшую тень.

— Из каких земель вы родом, Катрин? — сухо спросил виконт, сглотнув.

— К сожалению, я не помню, сир. — я склонила голову, прерывая связь.

Если буду и дальше смотреть ему в глаза, Франсуа сразу поймёт, что я вру.

— Катрин не помнит, господин д'Эстре.

— Что ж, очень жаль. — Мужчина пришпорил коня и распрощался с хозяйкой постоялого двора. — Рад был повидаться, Ги!

— А уж, как я рада, господин виконт! Завтра будет много постояльцев, в порт приходит корабль, в выходные ярмарка. Думаю, у нас будет шумно и весело. Приезжайте господин. Для вас оставлю отменного пива и лучших угощений.