Читать книгу 📗 "Бенефис дурака (СИ) - Эльтеррус Иар"

— Да мне бы и не поверили, — фыркнула орка. — В ваше существование почти никто не верит, ни один из моих знакомых не сталкивался ни с Путниками, ни со Странниками. Клятву дам, я вам жизнью обязана, а с долгом жизни не спорят. И помогу, чем смогу. Хоть после моего похищения прошло больше трехсот лет, но меня однозначно помнят в Академии. Так что с поступлением проблем не будет. Но обучение у нас очень дорогое.

— Оплачу адамантитом или мифрилом. Хотя могу и золотом.

— Адамантитом лучше. За это ректорат ухватится, нам этого металла всегда не хватало. Когда мы будем в Аталане?

— Думаю, через трое суток, — справившись у Кая, как раз начавшего добычу адамантита и мифрила, ответил Вирт. — Если по дороге ничего не случится, конечно. А возможно все, сами знаете, что подходы к Аталану — тот еще пространственно-временной лабиринт.

— Это да, — кивнула Кхара.

— Как вы, кстати, попались хаотикам? — поинтересовался Путник.

— Чисто случайно, — пошла темными пятнами орка, видимо, разумные ее цвета кожи так краснели. — Клюнула на красивого мальчика, как последняя дура… Стыдно в таком признаваться в моем-то возрасте, но чего уж тут, я всегда была слаба на передок. Но что было — то было. Сглупила. Взяли тепленькой и расслабленной прямо в постели, слава Воителю, что вовремя в себя пришла, а то бы так и разделали, как мясную тушу.

— Бывает, — кивнул Вирт, понимая, что и сам мог так попасться. Разве что защита спасла бы, она у него все же на порядки сильнее, чем у любого мага. — Я тоже демиургу по глупости попался. Поскольку вы дали клятву о не причинении вреда, то выделю вам обычную каюту. Но сразу хочу предупредить, что на борту три молодые женщины, одна из которых — эльфийка.

— Терпеть не могу остроухих снобов, — скривилась Кхара.

— Эта снобизмом не отличается, да и родом из далекой вселенной, где орков нет, и не предвидится. Гномы там имеются, хотя назывались дворфами, плюс какие-то похожие на прямоходящих котов карвары. Ну и люди, конечно.

— Люди, что тараканы, везде заводятся, — философски заметили орка. — Клянусь не причинять вреда вашим подругам! Это же подруги, я правильно поняла?

— Да, — подтвердил Путник. — Я молодой мужчина с определенными потребностями, девушки — профессиональные шлюхи, так что никто никого не заставлял, если вы об этом.

— Шлюхи? И эльфа?

— Да, она из тех, кто испытывает постоянное желание.

— А, да, попадаются среди них такие, но редко, — покивала Кхара. — Но все равно… Шлюхи?.. Это как-то…

— Да мне все равно, что обо мне думают, — хохотнул Вирт. — Пока нам хорошо вместе, они на борту. Надоест — высажу, где захотят, и обеспечу до конца жизни, мне нетрудно. Всякие дурацкие личные отношения мне не нужны, наелся этой пакости вдоволь.

Орка хмыкнула про себя — парня явно недавно сильно обидела какая-то дама, а он распространил свое отношение к ней на всех женщин. Глупо, но бывает. Если он действительно потерял память, то детский максимализм по отношению к многому ничуть не удивителен. В нормальном состоянии это, скорее всего, проживший тысячи лет разумный с огромным жизненным опытом, но сейчас он больше похож на обиженного ребенка. Впрочем, ее это не касается, она жизнь должна, а это к многому обязывает. Особенно урук-хай — для ее народа такой долг свят.

Некая невидимая сила переместила Кхару в уютную гостиную, кажется, на кораблях такие звались кают-компаниями, где ее встретили три красивые черноволосые женщины и мускулистый светловолосый парень в расстегнутой безрукавке, от одного вида которого у орки захватило дух — роскошен, просто роскошен. И великолепно тренирован, мышцы сухие, вон, квадратики на полуобнаженном животе так и играют при любом движении. Она бы с удовольствием попробовала эту сладенькую конфетку. Цвет волос и фигуры его пассий многое сказал о вкусах хозяина. А ведь она сама подходит под эти параметры, особенно сейчас, после исцеления, когда снова выглядит двадцатилетней девчонкой. Интересно, что это за исцеление такое? Никогда раньше про него не слышала, ни один, даже самый лучший и знающий целитель ни на что подобное не способен. Особенно если вспомнить, в каком состоянии она была после трехсот лет в стазисе. Разве что легендарные черные целители-некроманты что-то в этом духе умеют, но их днем с огнем не сыщешь — редкость несусветная.

А когда Кхара поняла, что ей, помимо прочего, еще и внедрили знание нескольких незнакомых языков, то и вовсе едва не упала. Да, не зря о Путниках сказки рассказывают. Орка раньше не верила в эти россказни, считала их уделом малообразованного дурачья, а получается, зря не верила.

Роскошный стол, на котором хватало незнакомых, но очень вкусных блюд, даже не удивил — по сравнению с остальным это были мелочи. Как ни странно, но эльфийка, хоть и не слишком красивая по меркам их народа, действительно не отличалась снобизмом и вела себя безукоризненно вежливо, не строила брезгливых гримас при взгляде на других разумных, со всеми общалась на равных. И желанием от него несло таким, что Кхара сама возбудилась — похоже, Калатиэль действительно постоянно хочет, причем настолько сильно, что сама орка уже накинулась бы на мужчину, будь на ее месте.

Вскоре гостью отвели в каюту, где она рухнула на мягкую кровать и мгновенно уснула — слишком устала. А проснувшись, узнала, что корабль, который Вирт почему-то называл кайсатом, покинул неизвестную мини-вселенную, куда она затащила хаотиков. Перемещалась ведь наобум, искала место, где эти твари не смогут выжить — обратно на операционный стол не хотелось, и так с него удалось вырваться буквально чудом. На завтраке Вирт не присутствовал, спал, зато девушки смотрели на Кхару, как голодные пираньи, явно изнывая от любопытства. Однако держались в рамках приличия.

— Чего уж там, спрашивайте, девочки, — доев последний блинчик с мясом, сказала орка. — Вижу, что вам интересно.

— Вы оттуда, куда мы сейчас летим? — подалась вперед светлокожая, черноволосая девушка по имени Дейра.

— Похоже, да, — подтвердила Кхайра. — Ему, — она кивнула в сторону входа, — нужно обучаться, а наша Академия считается одной из лучших в ближайших реальностях. Вам, правда, там вряд ли будет уютно. Из вас одаренная только одна. Остальным придется постоянно ходить с артефактной защитой, иначе похитят, слишком красивы, работорговцы при виде вас сразу стойку сделают. А уж если поймут, что вы не одаренные…

— Одаренная — это я? — спросила Калатиэль.

— Да, — подтвердила орка. — Стандартно для эльфийки. Магия жизни и светлое целительство, причем у тебя, как у большинства самостоятельно инициировавшихся целительниц, это завязано на постоянное сексуальное желание, которое обязательно надо удовлетворять, или сгоришь к демонам. Остальные… Хотя, нет, вы все же тоже одаренные, просто дар очень слабый, я не сразу его заметила. И тоже завязан на секс. Его вполне можно развить, хоть и потрудиться для этого придется знатно. Такие, как вы, очень ценятся, простите уж, в шлюхах. К ним очереди выстраиваются.

— А чего извиняться? — хмыкнула Сантая, смуглая, фигуристая не меньше самой Кхайры, красавица. — Мы шлюхи и есть, не собираюсь этого скрывать. Мне, например, невзирая на то, что Вирт дикое удовольствие доставляет, его одного мало, мне с несколькими сразу нужно. И много. Дома я часто в казармах зависала, чтобы уж точно свое получить, иначе на стенку драться начинала. Порой пару сотен мужиков за день через себя пропускала.

— А я вообще старухой была, последние годы доживала, Вирт омолодил, — как-то странно улыбнулась Дейра. — Но все равно тоже хочу много разных мужчин, да и всегда хотела. И ничего дурного в этом не вижу. Как только куда-то долетим, пойду по рукам. Благо он, — она ткнула пальцем в сторону выхода, — ничего против не имеет. Наоборот, горячо одобряет.

— Обо мне и говорить нечего, — тяжело вздохнула Калатиэль. — Мне нужно всегда и как можно больше, но приходится ограничивать себя.

— С этим помогу, когда доберемся до Аталана, — пристально посмотрела на нее Кхайра. — Для целительниц замещающие способы давно разработаны. Пара амулетов, несложный ритуал, и жгучее желание пропадет. Но хотя бы раз в декаду нужно будет давать себе оторваться, или возможно магическое истощение. А это, поверьте девочки, очень неприятная штука.