Читать книгу 📗 "Ножны для меча (СИ) - Кузнецов Павел Андреевич"
Что ж, хватило одного объяснения и пары демонстраций, чтобы эти бестии не только усвоили состав выигрышных комбинаций, но и психологическую часть игры… Ну и сложными же противницами оказались кошки! Пришлось, правда, делиться на две группы — одной колоды для такого количества игроков было явно недостаточно. Зато как мило девчонки хмурили моськи! Как демонстративно высовывали язычки в предвкушении! Ещё и глазки при этом умудрялись строить. Или, наоборот, угрожали — тоже на языке жестов. И хотя эта их игра была для отвода глаз, явно скрывая под собой второе дно, никакого иммунитета против этих хищниц у меня не оказалось.
Стоит ли говорить, что раздели меня эти бестии в момент? И не только раздели! Ещё и заставили продолжать игру без секса — мол, сначала им всем нужно раздеться. Так что если проигрывал кто-то из них, то всего лишь раздевался — весьма сексуально скидывая очередной предмет туалета, — а когда проигрывал я… выигравшая проходилась по моему телу, даря возбуждение. От подобной игры я всё больше превращался в рычащего и готового наброситься на каждую чертовку зверя. И несколько раз даже набрасывался! Кошкам огромного труда стоило восстановить порядок за игровым столом. Они даже силу применяли! Не знаю уж, как удержался и не задействовал поля…
Наконец, мука ожиданием закончилась, с валькирий упали последние покровы. Кое-кто из них к тому времени уже выглядел ничуть не лучше меня — возбуждённым и диким зверем. Всё из-за нашего совместного решения, что если кто-то из сестёр проигрывает, дразнить неудачницу выпадает мне. Вот и выходило, что получали кошки не по одной порции дразнящей ласки. Не иначе, именно это общее возбуждение вылилось в очередной конфуз. Мы уже предвкушали первый за сегодня сексуальный этюд, когда Эйди и Сай сцепились в споре, какая из поз весомей. Рыжая утверждала, что коленно-локтевая, с пятернёй в волосах — это, вообще-то, очень много, и позе всадницы ну ни разу не равно. Ди лениво огрызалась, что-де, какая разница? Главное — и там и там итогом окажется кайф.
Обычно спокойная Рита послушала-послушала их спор, и вдруг как рявкнет:
— Хватит! Что вы как маленькие, право слово! Я сейчас по-быстрому набросаю каталог. По возрастающей ценности. Из него будем выбирать, повышая ставки.
Сказано-сделано. Валькирии настолько прониклись идеей нашего стайного аналитика, что практически всей ватагой включились в игру. Я же, шальной от близости обнажённых красавиц, распалённый их дразнящими ласками, в ультимативной форме прижал к себе Мисель, оказавшуюся неожиданно податливой. Кошка позволила вволю наиграться с её телом, и даже сама немного приласкала, чтобы я совсем уж головой не двинулся с этим воздержанием.
Сёстры управились удивительно быстро. На стол упала стопка цветастых распечаток, каждая со своей уникальной позой. Я даже не удивился, что фигурантами постельных сцен неизменно выступали мы с валькириями. Они банально повытаскивали «весёлые картинки» из памяти собственных интов! Игра разгорелась с новой силой.
— … Повышаю! Вот эта! — ткнул я наугад в классическую позицию, где мы кувыркались с Миленой.
— А ты не обнаглел, кот? Тут на кону уже тройничок, причём после разогрева на ещё четырёх попроще, а ты выбираешь самую простую⁈ — Триша была живым воплощением недовольства. — Предложи что-то более… существенное.
— Знаешь что, кошка? Я сейчас эти карты по одной затолкаю в… такая поза тебя устроит?
— Оставь свои ругательства при себе. Если сдаёшься — просто скидывай. Нечего придумывать всякое непотребство.
— Непотребство⁈ Да я таких поз даже не знаю, как они называются — которые вы там в качестве «весомых» напридумывали!
— А тебе и не обязательно знать их названия. Для кого каталог печатали, как думаешь?
Вот так, буквально за полчаса, ученицы превзошли своего учителя. Я вдруг осознал, что больше не могу играть. С рычанием отбросил карты прочь и метнулся к Трише. Когти сами собой покинули подушечки.
— О!.. Вот это я понимаю — экспрессия! — воскликнула Лайна, наблюдавшая за нашей скоротечной стычкой.
Уже через пару минут я оказался подмят ничуть не менее распалившейся метиллией, а в следующее мгновение она с оттяжкой вогнала в себя мою топорщащуюся плоть. С губ глыбой упал заполошный стон удовольствия. По-моему, я кончил ещё до того, как вошёл на всю глубину.
— Какая хорошая игра получилась… — прорычала сестра по наставнице, которую тоже сотряс минимум один оргазм. — Оказывается, не только когтями можно кота до белого каления довести… Покер тоже вполне годится…
Дальнейшее слабо походило на то, что представлялось в кошачьих головах, когда они только планировали игру. Все как-то вдруг позабыли о каталоге поз, и о том, кто и кому что должен. Кошачья игра сначала сорвалась в дичайший конвейер, а когда каждая получила первое утоление своих весьма немаленьких потребностей, валькирии перешли к чему-то попроще. Теперь они кайфовали со мной поодиночке, получая каждая порцию своих излюбленных ласк. Жалкая попытка Эйди качать права и требовать её выигрыша, по-моему, даже не была услышана остальными — не говоря уже о какой-то внятной на неё реакции. В общем, покер оказался отличным средством распалить участников, великолепной прелюдией, но вот в качестве руководства к действию откровенно подкачал — Милаха не даст соврать.
Рисковые инвестиции
Я стоял на тротуаре, высоко задрав голову, и изучал вывеску питейного заведения «Ласки богини Мунди». Да уж, удружил детектив! Никаких «мундей» на афише не было и в помине, зато имелись цветные котики, которые тёрлись друг о друга боками. Ладно, спишем на местный колорит.
Внутри обнаружилась та самая необычная стойка, разветвлённая подобно ёлочке по всему залу. Наиболее оригинально смотрелась та её часть, которая оплетала уютный танцпол. Тугие вены, пронзающие трепещущее в ритмах танца сердце — ни дать ни взять. И если стойка шла как бы изнутри заведения, из самого средоточия веселья, то некоторое количество одиночных столиков жалось к стенам и окнам по периферии. Вечерний полусвет, разбавленный имитацией живого пламени в лампах-факелах на стенах, дополнял необычную атмосферу. Приятное заведение. Выбор Мэри Гэвил был понятен и оправдан, ещё и эти котики на вывеске… Неужели ещё одна их любительница?..
Моя визави тоже оказалась здесь. Девочка даже не удосужилась присесть за индивидуальный столик, ограничившись общей барной стойкой. Это был первый звоночек, указывающий на её желание приобщиться к коллективу, а точнее, снять себе парня на вечерок. Второй звоночек — это то место, где она сидела. Вокруг внешницы шумел танцпол, по случаю позднего времени суток полнящийся народом. От танцующих пар её отделял высокий стул с расходящимися пирамидой ножками. Собственно, не будь под ней этих самых ножек и приданной седалищем дополнительной высоты, дама оказалась бы среди танцующих в довольно нелепой для танца позе — сидя.
Без лишних раздумий я направился к одинокой женщине. Лучше сразу обозначить свои намерения, чем толкаться в баре, изображая праздного завсегдатая. Как оказалось, не зря. Почти в то же самое время с другой стороны заведения к леди выдвинулся бритый налысо крепко сбитый мужичок. Он тоже заметил одиноко сидящую посреди вакханалии танца женщину. Когда я был уже в метре от Мэри, обернулся к бритому и предостерегающе покачал головой. Мужик всё понял с полужеста. Исходящая от меня аура угрозы хорошо читалась по глазам и стелющейся кошачьей походке. Он сразу же сменил направление, ну а я занял место на соседнем высоком стуле.
— Мне кажется, вам уже хватит, леди, — нахмурился, видя целую россыпь одиноких чашек для местной водки по левую от неё руку. Пустых чашек.
Мэри подняла взгляд. Прошлась по моей фигуре. Её затуманенный разум провёл поверхностное сличение с собственным идеалом, и выдал зелёный свет. Вообще, девчонка производила самое приятное впечатление. Чёрненькая, с собранными по случаю посещения питейного заведения в хвост волосами. Острые черты лица, изящные, почти эльфийские ушки — благодаря собранным волосам хорошо различимые на милой головке. Изящная шейка. Грудка не слишком большая, зато приятной глазу формы, даже на вид упругая. Ножки, сейчас лежащие одна на другой, казались эталоном красоты, да и покатые бёдра не подвели. В общем, девочка ничуть не уступала запечатлённому на картах образу, и была по-прежнему желанна. Ещё и это её платьице… Тоже чёрное с серебряными вставками, оно расплескалось по ногам бесплотной тенью, плотно обнимая фигуру и открывая взгляду глубокое декольте с кулоном в форме… котика. Бинго!
