Читать книгу 📗 Всадник на белом коне. Трилогия (СИ) - Морозевич Юрий В.

Чтобы справиться с отчаянным сопротивлением, Петру Ольгердовичу пришлось употребить весь имевшийся в его распоряжении административный ресурс и — чего уж там! — немалую власть в качестве шефа Службы Безопасности. Экскурсии на плато Амазония прекратились. Против оградительных мер никто больше не возражал, тем более что почти сразу же начались набиравшие раз от разу все большую мощь пресловутые «гравитационные всплески». Тут даже нефтяникам стало не до шуток. Зато воспрянувшие духом физики-теоретики всех мастей оживились мгновенно и сразу же организовали непрерывный мониторинг пробудившихся от многолетней спячки равнин. И, судя по всему, не зря...

Из задумчивости его вывел голос Межина:

— ПОП! Э-эй! Ты меня слушаешь?

— Да-да, — рассеянно ответил Попович. — Продолжай.

— Значит, мне показалось... — Ярс скептически хмыкнул. — Итак... Уже год, как темпорологи бомбардируют Амазонию своими зондами. Разумеется, беспилотными. Надо сказать, без особого успеха, во всяком случае, до сегодняшнего момента. Все это время равнина вела себя чинно-благородно за исключением всем привычных «гравитационных всплесков», не приносивших никому никакого вреда... ну, разве что чисто морального. Темпорологи, озверевшие от отсутствия сколько-нибудь значимых результатов, принялись забрасывать Отдел космической безопасности требованиями разрешить пилотируемые полеты над «зоной». По какой-то неведомой причине они вдруг пришли к твердому убеждению, будто личное присутствие в эпицентре аномалии способно в корне переломить ситуацию. Позиция довольно спорная, однако почему-то ставшая крайне популярной. А возглавил «бунт на корабле» не кто иной как сам командир базы «Тайм рейнджерс» Андрей Астанин.

«Кажется, начинаю понимать, где собака порылась,» — с неудовольствием подумал Петр Ольгердович.

— Так ты что, разрешил?! — он сурово сдвинул брови.

Нарушение прямого запрета Совбеза — проступок очень серьезный, способный повлечь за собой как минимум потерю должности... и то, если обойдется без жертв. А как максимум — трибунал и гарантированное уменьшение числа звездочек на погонах. Вплоть до полного обнуления.

— Нет, конечно, — угрюмо сказал Ярс. — За кого ты меня принимаешь? Эти... хм... в общем, решили обойтись без всякого разрешения... а Службу Безопасности поставить в известность уже постфактум. Короче... восемь темпорологов во главе с Астаниным угнали десантный шлюп и очертя голову ринулись прямиком в самое пекло. А тут и «всплеск» подоспел...

— Черт! — Попович от досады даже стукнул ладонью по столу. — Всех в карцер попересажаю и цепью к стене прикую! А тебя — первого!.. Они хотя бы живы?

— Н-не знаю. Не уверен.

— То есть, как?!

— А вот так! — с отчаянием обреченного огрызнулся Ярс. — Смотри сам! Запись номер А-18402.

Петр Ольгердович бросил на него косой взгляд и взмахом руки над сенсорной панелью задействовал кабинетный функционал. Помещение заполнила едва различимая голубоватая дымка, внутри которой оказался на только сам генерал, но и подобравшийся на неудобном жестком стуле Ярослав Межин. Поверхность стола словно забурлила, над ней неторопливо всплыли разноцветные шары сообщений, маркированных загадочными сочетаниями букв и цифр. Попович привычным жестом вбросил ладони в сенсорные перчатки, с трудом отыскал красный шар с указанным номером и ткнул в него пальцем. Дымка сфеария сразу же потемнела, лишние пузыри, украшенные буквенно-цифровыми индексами и цветными флажками, стремительно вознеслись куда-то под потолок, а из глубины плавно надвинулась хорошо знакомая каменистая равнина, скупо освещенная косыми лучами заходящего солнца.

Некоторое время ничего не происходило, а затем откуда-то справа в поле зрения вплыл малый десантный шлюп типа «Манта», сопровождаемый парой беспилотных зондов. Сразу же стало понятно, что изображение транслирует еще один, третий зонд, пристроившийся в кильватере. Кавалькада мирно поглощала пространство Амазонии, явно стремясь достичь эпицентра загадочного катаклизма, разыгравшегося здесь сто восемьдесят шесть лет назад.

Ничто не предвещало беды, однако Петр Ольгердович твердо знал: без неприятных последствий безумный рейд наверняка не обойдется, иначе он не восседал бы сейчас в астанинском кресле... да и Ярс вел бы себя более адекватно.

— Смотри! — вдруг произнес Межин. — Вот сейчас...

Попович не отреагировал никак. Он и без того не отрывал глаз, ежесекундно ожидая начала какой-нибудь невероятно изощренной пакости. И, наконец, дождался.

Правда, ничего особо впечатляющего он не увидел. Все произошло как-то тихо... спокойно... даже буднично. Никаких эффектных взрывов, вспышек... потоков раскаленной плазмы... к чему генерал подсознательно был готов. Ничего такого... Просто кавалькада из десантного шлюпа с экипажем на борту и сопровождающих зондов вдруг бесследно растворилась в абсолютно чистом безоблачном небе.

Сначала исчезла летевшая впереди пилотируемая флаинг-машина, а за ней секунду спустя два первых беспилотника... Третий зонд в последние мгновения отпущенной ему жизни успел передать девственно чистое изображение пустынного плато Амазония, после чего тоже отключился. Пространство сфеария тут же наполнилось ровным, абсолютно неинформативным голубоватым свечением.

— Это все? — угрюмо спросил генерал.

— Конечно же, нет, — сказал Межин. — У нас тут, знаешь ли, все как в хорошем ужастике — чем дальше, тем страшнее... Открой запись номер М-63005. Сделана видеотекторами, разбросанными вокруг «зоны» в великом множестве. Уверяю — разочарован не будешь.

— Если я правильно понял, экипаж шлюпа погиб. Что скажешь? Самое время созывать комиссию по расследованию ЧП, — Петр Ольгердович вдруг вспомнил Диану и ее прорицание насчет непознанного. — Ох, чувствую, мало нам с тобой не покажется.

— Не знаю. Не уверен.

— Опять загадками говорить изволишь?

— Какие уж тут загадки! Я и в самом деле не знаю, что сказать. Вопрос с экипажем не так прост, как кажется... Да ты смотри... смотри...

Сфеарий снова заполнили бурые равнины Амазонии. Съемка велась откуда-то сверху, судя по ракурсу — с вершины одиноко стоящей скалы.

Петр Ольгердович обратил внимание, что густые тени, накрывшие существенную часть доступного взгляду плато, какие-то уж особенно черные... Не должно быть столь резких световых переходов на планете, окутанной довольно плотной, рассеивающей солнечные лучи атмосферой. Даже с учетом времени суток что-то здесь было не то... И внезапно понял, что.

«Никакие это не тени, — яркой молнией вспыхнула в голове совершенно невероятная догадка. — Слишком черные и слишком ровные для того, чтобы их можно было спутать с каким-либо природным явлением. Подобное я видел лишь однажды... в «Зоне мониторинга» на Земле во владениях почившего в бозе Хайруллы да и то только в записи... вот как сейчас.»

Черная тень вдруг пришла в движение, плавно воспарила над вечерней равниной, и тогда сразу же стали очевидны ее размеры и форма: судя по всему — абсолютно правильное кольцо диаметром как минимум в несколько километров. А может быть, даже не один десяток. Широкая мрачная полоса справа и слева уходила за пределы сфеарного пространства, а дальний край упирался в близкий горизонт, растворяясь на фоне усыпанного звездами неба. Темно-бурая каменистая пустыня под загадочным феноменом казалась совершенно нетронутой, и это представлялось особенно странным, учитывая природу таинственного явления.

«Если интуиция меня не подводит, — размышлял генерал, — марсианское Кольцо — брат-близнец земного, только существенно большего размера. А поскольку Кольцо в «Зоне мониторинга» явным образом демонстрировало всем желающим довольно четкие пространственные аномалии, нечто подобное мы просто обязаны наблюдать и здесь. Однако же не наблюдаем.»

Он с недоумением развернулся в сторону Ярса, но тот лишь качнул головой и повел глазами: мол, ты смотри, смотри...

Изображение внезапно подернулось сильной рябью, пронесшейся по пространству сфеария снизу вверх. Несколько секунд, и все успокоилось.