Читать книгу 📗 Регрессор: Я раскрою ваши тайны. Книга 3 (СИ) - Кронос Александр

Но это был бы совсем другой уровень риска. Поэтому я выбрал джет.

Имелась только одна проблема — немка, которая пыталась за мной угнаться, безнадёжно отставала. Создавать опору под ногами она уже научилась и саму технику прыжков освоила. Однако, никак не могла осознать, на что именно теперь способна. Из-за чего мозг гасил потенциал, а передвигалась она коротенькими рывками по десять метров. Таким темпом к аэропорту мы могли добраться часов через пять.

Какое-то время понаблюдав за этим, я одним прыжком вернулся назад. Придвинувшись, вошёл под её оптическую иллюзию, которую девушка не догадалась совместить с защитой.

Немка ойкнула и дёрнулась, чуть было не свалившись вниз. Но удержалась. То ли сама, то ли благодаря моей левой руке, которая обхватила талию.

— Держись. И не вздумай визжать.

Кажется обиделась. Глаза на миг стали по-настоящему яростными, а рот начал открываться. Но уже в следующую секунду брови взлетели вверх, а сама Кремер невольно прижалась ко мне, вцепившись руками.

— Как ты это делаешь? Что ты за монстр?

Горячее дыхание обожгло щёку, а я только поразился тому, как медленно у шёл естественный прогресс. Если взять реальные данные, в прошлый раз первые прыжки начали совершать только после нескольких месяцев наличия Столбов. А «эпсилон» был достигнут, кажется к восьмому месяцу.

Теперь же обсуждению прыжков по воздуху посвящена масса веток на моём собственном форуме, а сам я стал тем самым «эпсилоном». Франсуа запросто может стать вторым. Даже немка, которая потрясённо смотрела вниз, имела неплохие шансы добраться до пятого ранга. Может быть не в самое ближайшее время, но точно не через семь месяцев. Моё появление резко ускорило события, послужив их катализатором.

На вопрос девушки я отвечать не стал. Тем более он был скорее риторическим, чем реальным. Сосредоточился на скорости перемещения.

Спустя полчаса мы уже были около аэропорта. Ещё через двадцать минут я поднялся на борт. О времени вылета их оповестили, так что заявку администрации они подали заранее. До того, как мы стартовали сюда из Стамбула. Объяснив, что полетят сами и без пассажиров. Под предлогом того, что заказчик попросил забрать людей из другого аэропорта.

Общее направление полёта мне тоже было известно, потому в качестве места назначения я назвал Рим. Скорее всего потом придётся изменить курс и лететь куда-то ещё, но этого, как минимум хватит, чтобы вырваться за пределы Турции и начать полёт в нужном направлении.

На борт мы поднялись как раз следом за двумя заражёнными сотрудниками пограничной службы, которые проверяли самолёт.

Вот экипаж от нашего внезапного появления впал в настоящий ступор. Из которого их пришлось выводить призывами спасти родину и обещанием десятикратной оплаты. Дипломатия сработала на ура — совсем скоро мы пошли на взлёт. Пилотов даже не смутил тот факт, что возможно придётся менять курс во время полёта. Заверили, что в происходящем бардаке они найдут какое-то оправдание.

— А как же Стамбул? Ты бросишь всех этих людей на смерть?

Как только мы поднялись в воздух, усевшаяся напротив немка решила продолжить разговор. Правда, вариант для его начала выбрала немного странно.

Её эмоции я сейчас хорошо чувствовал. Злость, зависть, смущение и немного интереса, характер которого я пока не мог оценить. Подобной способности у меня раньше не было и для того, чтобы научиться пользоваться ею со стопроцентной отдачей, требовалось время.

— Кого? Те, у кого в голове личинки, уже мертвы.

— Что насчёт остальных? Эти насекомые, они ведь размножаются. И заражают новых людей.

— Те, которые в Стамбуле уже почти закончили свой цикл. Максимум, их число удвоится, не более.

Она втянула воздух и чуть прищурилась.

— Удвоится? Это могут быть сотни тысяч жизней. И с чего ты взял, что на этом всё остановится?

— Каждое следующее поколение становится слабее и в них меньше меноса. Что до жизней… Основную угрозу представляет Гловацкий. Убить его — значит спасти десятки, а то и сотни миллионов.

Произошло неожиданное — я вдруг почувствовал, что она со мной согласна. Правда вслух девушка произнесла совсем другое.

— Каждая человеческая жизнь бесценна.

И отвернулась, смотря в иллюминатор. Я же глянул на палку, которая лежала на коленях и слегка поворачивалась сама по себе. Глобально я с немкой был полностью согласен. Однако я прекрасно помнил картину уничтоженной Земли. Чувство полного опустошения, возникающее, когда приходит осознание, что от планеты ничего не осталось, тоже было живо в памяти. Поэтому философские концепции я предпочёл оставить на потом. А прямо сейчас — уничтожить одну из Угроз.

Указатель, который лежал на моих ногах продолжил смещаться, так что совсем скоро нам пришлось скорректировать курс. Потом повторить манёвр, объясняясь с наземными службами.

В какой-то момент палка снова начала крутиться, теперь разворачиваясь совсем в другую сторону. Гловацкий был где-то совсем рядом. Поляк пусть и покинул Турцию, но далеко бежать не стал. Остановился на одном из греческих островов.

Спустя десять минут полёта стало понятно на каком — внизу имелся только один остров. Лерос.

Когда я предложил экипажу посадить машину там, сославшись на поломку, капитан сначала наотрез отказался. Аргументируя это короткой взлётно-посадочной полосой. Для приземления её хватит. Но вот подняться в воздух будет невозможно.

Пришлось убеждать. Как деньгами, так и обещанием подтолкнуть самолёт воздухом при необходимости. Сработало — через несколько минут они отправили сигнал бедствия, а потом запросили посадки.

Попытка наземных служб перенаправить самолёт на остров Кос успехом не увенчалась — капитан убедительно излагал, что борт никуда больше не долетит и Лерос наш единственный шанс.

Я бы предпочёл просто выпрыгнуть в воздухе, но тут такого функционала предусмотрено не было. Поэтому приходилось сидеть на сиденье, на всякий случай прикрыв себя оптической иллюзией и ждать, пока успокоится бешено крутящаяся из стороны в сторону палка.

Затихла она только после того, как мы приземлились. Успокоилась и стала показывать строго в одном направлении. А напротив меня послышался тихий шёпот немки.

— Он тут. Совсем рядом. Несколько километров максимум.

* * *

Йоханна прекрасно помнила, как они пытались взять поляка в берлинском аэропорту. И осознавала, что тогда была допущена ошибка. Не стоило вот так явно идти к нему. Как минимум, требовалось замаскироваться.

Но то, как вёл операцию Лагов… Она даже не думала, что возможности Защитников можно использовать именно таким образом.

В полёте он всыпал в бокал воды какого-то порошка и попросил выпить. Ингредиент, позволяющий временно видеть друг друга под маскировкой. На самом деле — чтобы она была способна наблюдать за ним, но выразился мужчина именно так. Не желал акцентировать внимание на разнице в их ранге.

Зато сейчас она хорошо видела, как русский легко и просто взлетел в воздух с первых ступенек трапа и завис наверху. Покрутил головой. А спустя пару секунд приближающиеся к самолёту группы людей вдруг осыпались пеплом. Это же какую температуру он способен создавать в моменте? Десять тысяч градусов Цельсия? Двадцать? Ещё больше?

Следом Лагов устремился к зданию аэропорта, где сама немка чувствовала присутствие нескольких личинок. К моменту, когда тот закончил, она уже спрыгнула с трапа на землю. Защитник же приблизился с такой скоростью, что немка едва успела заметить. При этом затормозил в воздухе, не контактируя с землёй. После чего подхватил её и поднял вверх.

В этот раз никакой опоры внизу не оказалось и Кремер заболтала ногами в воздухе, возмущённая таким самоуправством. У него может и была какая-то способность, позволяющая левитировать в воздухе. Но вот она ничем таким похвастаться не могла.