Читать книгу 📗 Некрофобия: Пробуждение мертвых (ЛП) - Хэмлин Джек » Страница 6

На улице мне пришлось присесть на крыльцо, чтобы перевести дух.

На улицах было тихо.

Я слышал много шума, но там, на Холли-стрит, центре моего маленького мира, ничего не было.

Я не стал терять времени. Я вернулся домой.

Браунинг Hi-Power

Тип: 9 мм полуавтомат

Дальность поражения: 150 футов

Магазин: 13 патронов

АТАКА НЕЧЕЛОВЕЧЕСКОЙ ВОЛНЫ

Двадцать минут спустя я был за рулем.

Я ехал в своем пикапе в Данвуди, чтобы проверить маму Рикки. Я решил, что если найду ее или не найду, то на сегодня все. Я устроюсь в подвале и посмотрю, не захочет ли Джимми ЛаРю присоединиться к нам. То, что я увидел, пока ехал, было почти тем же, что и в моем районе: брошенные посреди улиц машины, трупы во дворах. Я видел горящий дом и двух зомби на углу улицы, которые питались трупом, вытаскивая внутренности из его живота и набивая ими себя. Никто не пытался их остановить. Я видел двух бегущих подростков. Я видел обнаженную женщину со швами от вскрытия, проходящими по ее торсу в Y, которая просто шла по тротуару. Она не обращала на меня внимания. Она просто продолжала идти.

Я видел еще трех или четырех человек.

Это было невероятно. Йонкерс заполонили живые мертвецы. Мне стало интересно, как обстоят дела в Нью-Йорке, который находился всего в нескольких милях к югу от нас. Я подумал о всех кладбищах там. Похоронные бюро. Морги. Морги. Я подумал обо всех людях, которые были искусаны и теперь приходили в себя. Это было бы похоже на какую-то безумную геометрическую прогрессию. Если это не будет взято под контроль и быстро...

Я позвонил Рикки и остановился перед домом ее матери.

Я вышел из машины, держа в руке Browning Hi-Power. Чуть выше по кварталу, спрятавшись за фургоном доставки, стояла полицейская машина. Осторожно я подошел к ней. Никого не было видно, но я чувствовал, что за мной наблюдают, и не думал, что это мое воображение. Как и у многих других машин, которые я видел, дверь со стороны водителя была открыта. На сиденьях была кровь. На приборной панели. Брызги попали на лобовое стекло. Полицейская рация все еще работала, и между диспетчерами и мобильными подразделениями шла непрерывная болтовня. Некоторые голоса были истеричными и кричащими.

Вдалеке слышалась стрельба. Много. Мне это совсем не нравилось. На Центральном проспекте был постоянный поток машин, и, по правде говоря, он выглядел не намного иначе, чем в любой другой день. Но он был другим. Он был другим практически во всех отношениях.

Я подошел к дому мамы Рикки.

Это было маленькое кирпичное ранчо с цветущей стеной из белых и розовых чайных роз. Они были прекрасны. Даже я должен был это признать. Мы с Рикки стояли перед ними, и ее мама сфотографировала нас на помолвку. Фотография висела дома на камине. Подумав об этом, я почувствовал, как в животе что-то перевернулось. Я выбросила это из головы и подошла к двери. Я постучал три раза, потом просто вошел.

Вдали играл телевизор.

"Делла?" позвал я. "Это я, Стив. Мы пытались дозвониться до тебя".

Никакого ответа.

Ничего, кроме звука телевизора. Я отследил звук и пошел в спальню. Деллы там не было, но я знал ее достаточно хорошо, чтобы понять, что она не станет включать телевизор и просто уходить. Она была экономной, как черт. Делла маниакально выключала свет, если вас не было в комнате, а зимой снижала температуру до такой степени, что вы дрожали. Она не тратила электричество впустую.

Так где же она была?

Ощущение дома подсказало мне, что он пуст. В нем было то ощущение пещеры, пустыни, которое бывает в пустых домах. Я не почувствовал никаких неприятных запахов, которые могли бы подсказать мне, что произошло что-то ужасное. Не было ничего. Здесь пахло так, как всегда пахло в доме Деллы: цветами, свежестью, отдаленным запахом чего-то похожего на печеный хлеб и кастрюли с супом. Хороший запах. Такой, от которого чувствуешь себя как дома. От него хотелось скинуть туфли и свернуться калачиком в кровати LA-Z-Boy.

Я повернулся к телевизору, чтобы выключить его.

По CNN шли репортажи о военных операциях по сдерживанию в континентальной части США. Я переключил на BBC, чтобы увидеть сцены британской армии, патрулирующей улицы на бронированных машинах. Они были похожи на "Пантеры". Я продолжал щелкать мышкой и нашел FOX. Один взгляд на экран сказал мне все, что я хотел знать: ВИРУС СМЕРТИ? Я покачал головой и выключил телевизор. Вирус смерти. Может, это и хорошее название, но звучало оно как бульварное дерьмо. Типичный FOX. Когда они не поглаживали правое крыло, то вываливали дерьмо огромными кучами.

Но ничего из этого не нашло Деллу.

И я забеспокоился. Делла, если уж на то пошло, могла сама о себе позаботиться. Она выросла в тяжелых условиях в Южном Бронксе, и, несмотря на то, что ей только что исполнилось шестьдесят пять лет, вы не хотели ее злить. Но, несмотря на все это, она была доброй. Она относилась ко мне как к сыну, и именно она дала нам первый взнос за наш дом. Несмотря на то, что у нее были глубокие карманы после смерти ее мужа (отца Рикки) на железной дороге, вы бы об этом не узнали. Она по-прежнему делала большинство покупок на блошиных рынках и распродажах.

"Делла... где ты?" сказал я, задыхаясь.

Выключив телевизор, я услышала почти клаустрофобную тишину в доме. Вдалеке слышалась стрельба. Я огляделся и ничего не увидел. Все было на своих местах. У меня не было причин подозревать, что произошло что-то странное... пока я не выглянул на задний двор и не увидел, что все простыни хлопают на ветке.

Я вышел на улицу.

В траве я нашел домашний тапок. Больше ничего. Ни крови, ничего.

Я позвонил Рикки. "Я не знаю, где она", - сказал я ей, оставив тапок и телевизор. "Все выглядит хорошо. Может, она вышла".

Рикки не была убеждена, и я ее не винил. Но я сделал свое дело, и теперь пора было уходить. Как бы я ни заботился о Делле, мне не нравилась идея оставить Рикки и Пола одних дольше, чем нужно. Когда я уже собирался уходить, я снова услышал выстрелы. И уже ближе. Уже совсем близко. Я вышел на улицу к своему пикапу и остановился прямо на тротуаре.

Мертвые приближались.

И не только мертвые, но и сражающиеся с ними люди.

Это была ужасная какофония винтовочной стрельбы и криков, визга тормозов машин и криков людей в рупоры. Над головой над окрестностями гудел вертолет.

Муравьи-драйверы, вот что я подумал.

Я видел передачу по телевизору. Южноамериканские муравьи, прокладывающие убийственную просеку в джунглях. Деревья и кусты были вырваны, животные съедены до костей. Ничто не ускользало от них, даже люди, которые были достаточно глупы, чтобы встать у них на пути.

Мертвецы наступали точно так же.

Они шли со стороны Даунтауна.

Если говорить военными терминами, то я бы сказал, что ходячие мертвецы, которых я до сих пор видел, были разведкой, а теперь здесь были главные силы. Буквально сотни зомби двигались вперед, огромная и прожорливая машина разрушения. Они переполняли улицу, заполняли газоны, тротуары и бульвары. Люди - нормальные люди - толкались перед волной мертвецов, кричали и плакали, когда шипящая армия обрушивалась на них. Я видел, как зомби едят людей. Я видел, как зомби ели друг друга. Я видел, как две женщины, бежавшие впереди них, упали и исчезли среди шквала сжимающихся рук и копошащихся тел. Кровь текла и собиралась в клубящийся, зловонный туман над улицами. И все равно убийства и зверства продолжались.

На проспекте люди пытались провести машины прямо через толпы зомби, чтобы прорваться сквозь их ряды. Но это было бесполезно. Они врезались друг в друга, в зомби, выбивая бордюры и врезаясь в дома. Мертвецы попадали в транспортную кучу, их собственные раздавленные, но все еще живые тела становились валами, пока это не заставляло движение остановиться. А потом, конечно, стало еще хуже: машины и грузовики стали сдавать назад, пытаясь выбраться из пробки, и врезались друг в друга, запутывая все еще сильнее. Зомби, конечно, были акулами в этой неразберихе и хаосе. Как некая реактивная сила живых мертвецов, они нахлынули на город, бросаясь на ветровые стекла. Бьются в кровь, бьются, кусаются и пробивают себе путь в машины, питаясь плотью и погребая под своей массой кричащих людей.