Читать книгу 📗 Пригородная готика (ЛП) - Кин Брайан

На большинстве операционных столов, окружавших Столб, по-прежнему лежали люди, слабо взывающие о помощи, рыдающие и пытающиеся освободиться от пут.

Их стоны пробудили чувство сострадания у Лиззи, но она быстро подавила его. Все равно она ничем не могла помочь этим людям, даже если бы захотела.

Их судьбы уже записаны на пергаментных страницах дневника Убийцы.

Девушка удивлялась этой возникшей в голове мысли.

Доктор Полночь усмехнулся.

- Это высшее восприятие. Знание нашего мира.

И он был прав. Теперь ей многое становилось понятнее. Например, она лучше понимала иерархию этого места. Здесь правили Доктор и ему подобные. Небольшая горстка людей, таких как Конор и она, служили им. Были и другие люди, например, некто по имени Энни, которые находились здесь на правах партнеров. Были другие. Большинство существ, которых она видела здесь, - те, которых приняла за генетических уродов, - были просто порождениями экспериментов Доктора. Небольшая группа, как, например, мужчина в платье из человеческой кожи - Скаг – действительно были генетическими мутантами, и нашли здесь приют, прячась от внешнего мира. И помимо знаний Лиззи приобрела и нечто дара предвидения. Например, она ощущала, что здесь назревает бунт.

- Да, - пробормотал Доктор, отвечая на ее мысли, - я знаю о предательстве Скага. Его дерзость приведет его к погибели. Но это не наша забота. У нас есть куда более важные дела. Тайны вечности в твоем распоряжении. Ты готова взойти на Столб?

Процессия окружила Столб Душ, застыв и задрав головы, словно в мольбе. Они напоминали адептов какой-то секты, одурманенных, беспрекословно подчиняющихся. Зомбированных.

- Есть и другие версии тебя, - сказала она Доктору. - Я вижу их на разных уровнях... Лабиринта? Я вижу их всех в своем сознании, мелькающих, как лица в окнах поезда. Я вижу твое настоящее лицо, Доктор Зловещий.

- Правда? - Доктор громко рассмеялся. – Ты не все понимаешь, что видишь. В Лабиринте пространство и время существуют одновременно. Все происходит одновременно. В Ничто пространство и время не существуют. И я тоже. Я вне времени. Вне пространства. Я существую вне пределов Лабиринта. Я существую одновременно во всех реальностях, и в то же время ни на одной из них. Я - призрак в вечно меняющемся, развивающемся космосе. В некоторых мирах меня называют другими именами, в том числе Зловещим. Я всегда скрываю свое лицо за фальшивой маской, которая может показаться настоящим лицом.

Лиззи нахмурилась.

- Значит, я видела просто другую твою маску?

Он снова рассмеялся.

- В каком-то смысле, да. В другом смысле... может быть это и был мой настоящий лик.

Лиззи заглянула в глазные прорези маски Ричарда Никсона. Она увидела два темных глаза с красными зрачками. Они были совсем не похожи на глаза, которые она видела мельком, когда он трахал ее в задницу.

Девушка хмыкнула.

- Мне все равно.

Она безразлично пожала плечами. Она не могла постичь природу происхождения и существования Доктора. Лиззи так и не поняла, кем или чем он был на самом деле. Не было смысла добиваться от него ответов на свои многочисленные вопросы. Если он и отвечал на них, то отвечал загадками, которые невозможно было разгадать.

Лиззи отвернулась от него и посмотрела на Столб Душ. Ее взгляд устремился вверх, и она поняла, что теперь сооружение кажется значительно выше, простираясь далеко за пределы крыши торгового центра и уходя в небеса. Девушка предположила, что это может быть какая-то иллюзия, но если это так, то она была чрезвычайно реалистичной. Однако этого знания ей не дали. Одно она знала наверняка - ответы были где-то там, наверху.

- Так что, мне просто нужно взобраться на него?

- Да, - кивнул Доктор.

- Хорошо, что я не боюсь высоты.

Не говоря больше ни слова, Лиззи зашагала по грязному бетонному полу босыми ногами. Подойдя к Столбу, она взглянула в лицо женщины, оказавшейся перед ней, той самой, которая умоляла ее прекратить страдания, когда Лиззи только привели сюда. Она была вшита в наружный слой Столба, одно из бесчисленных тел, переплетенных друг с другом. Женщина застонала, когда Лиззи прикоснулась к ней.

- Расслабься, - сказала девушка, поглаживая женщину по щеке. - Все это где-то записано, записано на каких-то страницах давным-давно. Это уже произошло, и это произойдет снова. Это происходит всегда. И это всегда происходит с тобой. Это твоя судьба, так что постарайся принять ее. Как я свою.

Женщина, казалось, не поняла ни слова, сказанного Лиззи. Она снова застонала, когда та потянулась вверх и ухватилась за лодыжку истощенного старика, чья шишковатая нога была пришита к плечу женщины.

- Удачи, - напутствовал ее Конор.

Лиззи уперлась ногой в колено женщины и полезла вверх.

* * *

Одри бежала по коридору, натыкаясь и спотыкаясь о кучи мусора. Видимость была плохой не только из-за отсутствия освещения, но и оттого, что слезы застилали глаза, отчего все виделось как через мутное стекло. Из-за плохой видимости, спешки и паники, она наткнулась на большой мусорный бак. Девушка сильно ударилась о него, опрокинув и едва не свалившись на бак сверху. На пол вылилась какая-то вонючая черно-серая жижа. Она увидела плавающие в ней глазные яблоки и зубы. Ее ноги заскользили по этой омерзительной кашице. Одри попыталась удержаться на ногах, размахивая руками, но сила притяжения перевесила.

Одри попыталась смягчить падение, инстинктивно выставив руки. Изувеченная рука, приняв на себя тяжесть удара, раскололась еще сильнее. Ткани и сухожилия, не тронутые когтями Селесты, порвались. Агония пронзила девушку. Ей показалось, что рука попала в мясорубку. Она закричала, почти теряя сознание. Больше всего ей хотелось забиться в угол и оплакивать свою судьбу, но воля к жизни оставалась достаточно сильной, чтобы она поборола это желание.

Одри перекатилась на спину и села. Это вызвало новый взрыв боли. Ее джинсы питались отвратительным содержимым мусорного бака и собственной кровью. Девушка понимала, что нужно обработать, или хотя бы забинтовать рану. Свой рюкзак с аптечкой она потеряла, так что у нее оставался один вариант. Здоровой рукой она сняла рубашку через голову и некоторое время обдумывала, как лучше забинтовать рану. Ничего лучше не придумав, Одри зажала конец рубашки в зубах, а здоровой рукой свела обе половинки распоротой руки. Боль при этом была настолько мучительной, что она описалась.

От боли Одри лихорадило, живот свело, а к горлу подкатила желчь, но она, стиснув зубы, упорно наматывала рубашку на изувеченную руку, туго затягивая ткань на конечности. Она завязала концы вокруг запястья и, задыхаясь, изможденно выдохнула. Пот заливал лицо, смешиваясь с кровью и грязью, чертя на ее лбу и щеках коричневые разводы.

Когда зрение прояснилось, и прошла тошнота, Одри, пошатываясь, поднялась с пола. Она покачнулась и инстинктивно потянулась к стене больной рукой. В последнюю секунду девушка одернула руку и оперлась о стену плечом. Застонав, она снова бросилась бежать.

Рана пульсировала, отдавая болью в голову, отчего та кружилась, но, по крайней мере, теперь ей было легче двигаться. Оглянувшись, она увидела кровавый след, который оставила за собой, но погони не было. Ее не преследовали ни паукообразное существо, ни Селеста, ни мутанты. Глаза за время пребывания в торговом центре приспособились к темноте, но ей очень хотелось снова увидеть солнце.

Одри казалось, что она бежит быстро, но на самом деле едва волочила ноги. Заметив открытую дверь, через которую Херефорд увел их вглубь торгового центра, она поспешила миновать ее, даже не смотря в том направлении. В памяти снова всплыл образ Чака, который девушка тут же отогнала. Душевные муки были так же болезненны, как и физические.

Впереди коридор поворачивал влево. Одри заметила это в последний момент, едва не напоровшись на шипы, торчащие из стены. На повороте ее занесло, и она упала, но, несмотря на еще сильнее вспыхнувшую агонию, сумела подняться и продолжить движение. Девушка бросила беглый взгляд на шипы. Те были сделаны из металлических шестов и вбиты в стену на разной высоте. С некоторых из них свисали человеческие черепа. Кучка костных осколков на полу под ними указывала на то, что на самом деле жертв этой ловушки было куда больше, чем видимые доказательства ее функциональности.