Читать книгу 📗 Пригородная готика (ЛП) - Кин Брайан

Когда Лиззи начала подниматься, вонь от разлагающихся тел стала невыносимой. Глаза слезились, а тошнота подкатывала к горлу неоднократно. Полная решимости, она упорно поднималась ввысь. Она не могла позволить отвращению и физиологическим порывам помешать выполнению возложенной на нее задачи. Вскоре она перестанет быть рабом плоти. Скоро она преобразится. Момент окончательного преображения приближался, и благодаря дарованному ей прозрению она уже точно знала, насколько великолепным будет это ощущение.

Однако мечты о предстоящей награде не давали ей забыть о трудностях восхождения на столь массивное и уникальное сооружение. Тщательно собирая внешний слой Столба, Доктор и его приспешники использовали строительные леса и тросы, тогда как Лиззи приходилось пользовалась только руками и ногами. Несколько раз она соскальзывала и пару раз едва не свалилась, но каждый раз ей удавалось удержаться, опасно балансируя и цепляясь на выступающие участки тел.

Находясь на высоте около тридцати футов над полом, Лиззи снова поскользнулась и, спасаясь от падения, засунула руку в открытый рот женщины. Еще живая жертва Доктора попыталась вцепиться зубами в пальцы Лиззи, но та отдернула их прежде, чем та захлопнула челюсть, и девушка вцепилась в разлохмаченные волосы женщины. Лиззи на мгновение замерла, глядя в остекленевшие глаза несчастной. Затем улыбнулась. Как и другие живые части человеческого пазла, женщина была подключена к системе трубок, предназначенных для постоянного поступления питательных веществ и антител, чтобы поддерживать ее в живых как можно дольше.

Смеясь, Лиззи вырвала трубку из руки женщины.

- Тебе это больше не понадобится, сучка.

Поднявшись за пределы крыши подземной автостоянки, Лиззи вдруг обнаружила, что ее окутало яркое сияние золотистого оттенка, словно она подобралась к самому солнцу, только не излучающего жара. Она окунулась в него, как в густой туман, испытывая беспредельное чувство эйфории. Она так погрузилось в это ощущение, что едва не потеряла равновесие.

Балансируя на плечах мужчины ниже себя, Лиззи потянулась к другому телу, не позаботившись о том, чтобы определить надежность опоры. Ее рука сомкнулась вокруг мошонки умершего старика. Гниющая плоть его паха начала рваться, едва она стала подтягиваться. Вскрикнув от испуга, когда гениталии мертвеца оторвались от трупа, Лиззи потеряла опору и начала соскальзывать вниз. Лицом девушка скользила по гнилостной плоти. Пальцы отчаянно царапали тела, разрывая швы на коже сшитых между собой несчастных жертв, из которых состоял Столб Душ. К ее крикам присоединился массовый крик Столба. Неожиданно девушка застопорилась, упершись ногами в голову лысой женщины и остановив скольжение. Лиззи, покачнувшись, замахала руками, но равновесие удержать не смогла и стала заваливаться назад. И упала бы, но из спутанной массы конечностей протянулась иссохшая серая рука и ухватила ее за запястье. Неожиданный спаситель удержал ее, а затем потянул к колонне. Ноги Лиззи соскальзывали с лысого черепа человека, которому она сломала шею, рухнув на него сверху. Сделав глубокий вдох, девушка быстро сориентировалась и свободной рукой ухватилась за другое тело. Дрожа, выдохнула. Она не делала попыток возобновить подъем, приходя в себя.

- Лезь!

Голос раздался из оболочки Столба. Лиззи вгляделась в переплетенные тел в поисках говорившего. Из глубины на нее смотрел покрасневший глаз, из которого сочился гной.

- Спасибо, - сказала она.

Лиззи снова начала подниматься вверх. Из-за падения она опустилась на пятнадцать футов. Облако сияющего света отступило, и она снова вернулась в реальность. Несмотря на высоту, она услышала слабый ропот снизу. Среди сподвижников Доктора, несомненно, были те, кто не верил, что она справится с этой задачей. Или, возможно, они возмущались тем, что она стала его избранницей. А многие, не исключала девушка, даже злорадствовали. Они были здесь годами, в то время как она не пробыла здесь и дня. На их месте она, вероятно, тоже бы негодовала от того, что такую честь оказали новичку.

Но она была не на их месте. Она была здесь, на Столбе, и только она могла сделать то, что ей поручено. Лиззи знала это, потому что ей уже открылся тот мир, который существовал по ту сторону разлома, который она скоро откроет.

Место, которое Доктор назвал Ничто.

Лиззи удвоила усилия, поднимаясь быстрее, чем прежде, и одновременно усиливая концентрацию. Через несколько минут она наверстала упущенное. Облако сияющего света снова материализовалось, казалось, из ниоткуда. Она видела только тела, из которых был слеплен Столб, но весь окружающий мир снова исчез.

Первые вибрации начались после того, как Лиззи поднялась еще на десять футов. Она почувствовала их резонанс на зубах и в костях. Подняв голову, девушка оценила высоту Столба, который, казалось, возвышался на многие мили над ней - колонна из тысяч и тысяч истерзанных живых и мертвых тел. Масштабность строения и количество тел, использованных для его строения озадачило ее. Доктор не смог бы собрать столько жертв из окрестностей торгового центра даже за долгие годы. Благодаря дарованному ей дару прозрения она знала, что он нанял Энни и других людей, чтобы они привозили сырье издалека, но даже это не могло объяснить неисчислимое количество душ. Здесь было больше жертв, чем во всех концентрационных лагерях нацистской Германии.

Затем ее внутреннее око снова открылось, и открылась еще одна истина. Строительство Столба происходило не только здесь, в подвалах заброшенного торгового центра, но и во множестве плоскостей реальности. Она поднималась через различные измерения, и в каждом из них рабочие вносили свой вклад в строительство Столба.

Вибрация усиливалась, чем выше она поднималась. Лиззи приходилось крепко держаться, чтобы снова не упасть. Затем сияющий свет уступил место красному небу чужого мира. Высоко над собой девушка заметила искрящуюся фиолетовую сферу. Время от времени из нее вырывались мощные разряды электричества, похожие на вспышки молний.

Она сразу же поняла, что это оно. Это было Ничто.

Я сделала это!

И все же... девушка чувствовала, что рано прекращать восхождение. Разлом между ее миром и этим неописуемым местом еще не был полностью открыт. Чтобы завершить трансценденцию, ей нужно было двигаться дальше.

При сильных вибрациях, Столб начал раскачиваться, усложняя Лиззи задачу. Она потянулась вверх и ухватилась за тонкую лодыжку.

Но прежде чем девушка успела подтянуться, что-то капнуло ей на щеку. Полагая, что это всего лишь выделения какого-то умирающего несчастного, вшитого в Столб, она вытерла щеку плечом и преодолела еще несколько футов. Через минуту ей на макушку хлюпнула еще порция смердящей слизи. Вонь была ужасной, а консистенция вещества напоминала заварной крем, который подавали в столовой ее средней школы на десерт.

Через мгновение подул ветерок, усиливая вонь. Еще одна капля упала на нее. Потом еще одна.

Отплевываясь, Лиззи потеряла опору, и, цепляясь за мужское запястье, повисла на огромной высоте, раскачиваясь на усиливающемся ветре. Она подняла голову и увидела множество желтых сгустков, сползающих откуда-то из-за фиолетовой сферы и заливающих тела над ней.

- Что за...?

Вскоре слизь полилась струйкой, которая тут же сменился потоком, каскадом низвергающимся вниз. Брызги орошали лицо Лиззи, которая наконец поняла, что это за вещество.

Гной.

Водопад гноя.

Гноя, в котором копошились странные существа. Они напоминали насекомых, различных по размеру и форме. Некоторые из них обладали большими клешнями или мандибулами, другие имели головы в форме пляжного шара и широкие рты с зубами, способными откусить голову человеку. Существа когтями впивались в плоть Столба, скользя вниз, разрывая тела. Кишки и органы извергались из рваных ран, вливаясь в липкий гнойный поток.

Человеческое глазное яблоко упало сверху и прилипло к щеке Лиззи. Она стряхнула его, тряхнув головой, но на нее продолжали сыпаться изодранные человеческие внутренности. Половина почки попало ей в лоб. Петля скользкой кишки повисла на плечах. Лиззи закрыла глаза, продолжая держаться за чье-то запястье, и молясь, чтобы рука, за которую она цеплялась, не оторвалась от тела, иначе лететь вниз ей предстоит очень долго, и конец этого полета будет ее концом. Дождь из крови и кишок продолжал извергаться, обдавая ее телесными жидкостями и частями человеческих тел. Однако скоро отвращение уступило место восторгу - разлом в Ничто открывался.