Читать книгу 📗 Экстаз агонии (ЛП) - Уайт Рэт Джеймс

Сегодня никто из нас не пошел в спортзал. Мы остались в моей квартире, ебались, ели и разговаривали. Синди сказала, что завтра отправляется. Она была готова попытаться добраться до плотины Гувера. Я спросил ее, почему она должна бежать всю дорогу. Она могла бы просто добежать до ближайшей машины и доехать до плотины Гувера. Она отвергла эту идею, указав на то, что улицы забиты машинами, и что она все равно не знает, как завести чужую машину. Чтобы взять свою машину, ей пришлось бы открыть гараж, что означало разблокировать все здание и подвергнуть риску всех внутри, и тогда все еще оставалась проблема забитых улиц.

- А как насчет велосипеда или мотоцикла?

Та же проблема и с мотоциклом. Без ключей она не смогла бы его завести. Она сказала, что думала о велосипеде, но улицы были усеяны стеклом и мусором. Упав с велосипеда и поранившись, она стала бы еще более уязвимой. Лучше всего было бежать. Вот тогда-то я и рассказал ей о своей идее пробиться с боем. Вот почему я так много занимаюсь силовыми тренировками. Я подумал, что смогу пробиваться до самой плотины Гувера или, по крайней мере, пока не найду место, где дороги свободны и можно взять машину. Она спросила меня, серьезно ли я говорю, а потом сказала, что это самый глупый план, который она когда-либо слышала. Мы посмеялись над этим, а потом снова занялись сексом.

Я соскреб панировку с куриных пальчиков и приготовил их для нас вместе с последней банкой шпината. Мне хотелось умолять ее не уходить, но я все понял. Оставаться взаперти в этом здании, ожидая спасения, было не лучшим вариантом. Кроме того, она следила за новостями и была уверена, что правительство планирует взорвать это место в ближайшие несколько дней. Единственное, что их пока останавливало, - это Конгресс, который не мог подтереть собственную задницу, не поспорив об этом. Но скоро они отдадут приказ, и Лас-Вегас превратится в большое грибовидное облако.

- Я не думаю, что у тебя хватит времени привести себя в ту форму, о которой ты мечтаешь, - сказала Синди.

Я рассказал ей о пистолете и двух с половиной магазинах патронов. Мой план состоял в том, чтобы дробить черепа кувалдой, пока не устанут руки. Затем я переключусь на маленький топорик, который остался у меня с тех пор, когда я был юным скаутом. Потом, когда я слишком устану, чтобы продолжать сражаться, я пущу в ход пистолет. Надеюсь, к тому времени я буду в безопасном месте. В другом здании, в машине или еще где-нибудь, и я просто продолжу повторять этот процесс всю дорогу до плотины Гувера. Она кивнула мне и улыбнулась. Это была такая улыбка, которую дарят человеку, чтобы повысить его уверенность в себе перед соревнованиями, в которых, по вашему мнению, у него нет никаких шансов на победу. Такая улыбка обычно сопровождается банальностями вроде: Неважно, выиграешь ты или проиграешь, важно то, что ты участвуешь. Только на этот раз, это имело значение. Проигрыш означал смерть. Или еще хуже.

- Хотя я думаю, что ты уже довольно крут. Может, у тебя и получится.

Может быть. Вот что не давало мне спать всю ночь. Может быть. Пока Синди спала, прижавшись ко мне, я решил, что не отпущу ее без меня. Я собирался защитить ее. Я позабочусь о том, чтобы она выжила. Мне пришло в голову, что прежде такая девушка, как она, посмотрела бы на такого парня, как я, и подумала: Нет, даже если он последний мужчина на земле. Возможно, Синди так и подумала в тот первый день в спортзале. Теперь мы были вместе в постели, и я размышлял о том, чтобы рискнуть своей жизнью ради нее. Забавно, как быстро все может измениться. Что касается Синди, то я был последним мужчиной на земле.

День 26

Синди ушла, ничего мне не сказав. Я проснулся от ее криков. Выбежал на балкон и увидел ее внизу, на улице, преследуемую десятками гниющих трупов. Они хлынули из зданий по обе стороны улицы, из стоящих машин и автобусов, из казино, баров, ресторанов и безвкусных сувенирных лавок для туристов. Огромная волна гниющего человечества, текущая по улицам, как сточные воды, направлялась в ее сторону. Их были сотни. У нее не было ни малейшего шанса выжить. Я схватил шорты с накладными карманами, которые выбрал несколько недель назад, чтобы надеть, когда буду пробиваться на свободу, топор, кувалду и пистолет. Рассовав запасные обоймы по карманам, я сбежал вниз по восьми лестничным пролетам, отпер входную дверь и помчался вверх по кварталу.

Я услышал шаги позади себя и, обернувшись, увидел мальчика с мечом ниндзя, бегущего всего в нескольких шагах позади. Я кивнул ему, и он кивнул в ответ, когда мы ринулись в бой. Синди была прижата к автобусу, когда мы добрались до нее. Я закричал и начал размахивать кувалдой. Черепа трещали и лопались, как недельной давности фонарь из тыквы, когда железо встречалось с костями.

Я видел, как Синди упала, видел, как ей вспороли живот, как ее органы горстями вырывали и съедали. Я слышал звуки рвущейся кожи и мышечной ткани, ломающихся костей и сухожилий, омерзительное чавканье и жевание, смешанные с ее пронзительными криками агонии. Ее розовая плоть растягивалась, как тянучка, пока ее разрывали на части. Ей уже ничем нельзя было помочь. Мы на мгновение встретились взглядами, и на ее лице отразились шок, неверие и разочарование. Я не мог понять, была ли она разочарована в себе из-за того, что не смогла убежать от них, или во мне из-за того, что я не спас ее. Затем ее зрачки расширились и застыли, когда жизнь покинула ее.

Я услышал, как мальчик вскрикнул у меня за спиной. Он был ошеломлен. Мертвецы окружили его, и его рука с мечом явно устала. Его вот-вот постигнет та же участь, что и Синди.

Я пробился к нему, и мы вместе побежали обратно в кондоминиум. Мы оба были покрыты кровью и гнилью, когда опустили защитные ворота и заперли за собой двери. Мы рухнули на пол вестибюля, тяжело дыша и пытаясь восстановить дыхание.

Я думал о Синди. Все эти тренировки. Столько работы, и это ей не помогло. Она не пробежала и мили. Но мои тренировки пригодились. Я убил больше дюжины этих тварей, и сумел спасти мальчика. Ебаная "Зверская методика" в действии! Кто бы мог подумать, что такой парень, как я, сможет пройти путь от нуля до героя меньше чем за месяц? То есть почти до героя. Я не смог спасти бедную Синди. Я помню выражение боли и ужаса на ее лице, как ее глаза умоляли меня спасти ее, пока ее разрывали на части. Этот взгляд будет преследовать меня всю оставшуюся жизнь, какой бы долгой она ни была.

Я закрыл глаза и зарыдал. Слезы текли ручьем. Затем я услышал звук, который заставил меня подумать, что я, возможно, просто сошел с ума. Смех.

Я открыл глаза. Мальчик сидел, весь в крови и кусках разложившейся плоти, и смеялся так, будто только что повеселился на славу. Как будто посмотрел какой-то веселый мультфильм или прокатился на самых больших в мире американских горках.

- Это было просто потрясающе! Как ты думаешь, когда мы будем готовы попробовать еще раз? - спросил он.

- Через две недели и четыре дня, - ответил я. - Плюс-минус. Пока я не завершу полную трансформацию своего тела.

Будем надеяться, что Конгресс продолжит оставаться в тупике. Может быть, достаточно долго, чтобы я привел и мальчика в форму. Это будет нелегко.

Перевод: Гена Крокодилов

"99 центов"

- Что бы ты сделала за девяносто девять центов? - спросил я.

* * *

Я вел себя как мудак. Так и бывает, когда ты в пятницу вечером бродишь по Шестой улице с друзьями. Они пытаются тебя приободрить, потому что твоя девушка только что бросила тебя ради другого парня, после того как ты рассказал всем, что планировал сделать ей предложение. Ты собираешь всех своих громких, назойливых, одиноких, женоненавистнических, грубых мужских друзей. Вы идете на Шестую улицу. Вы напиваетесь. Вы клеите каждую девушку, которую видите, издеваетесь над теми, кому повезло меньше, возможно, затеваете драку и заканчиваете вечер, блюя в машине лучшего друга, теряя сознание или попадая под арест. Если вам не повезет переспать с кем-то, что маловероятно. Я был уже на пути к первому варианту.