Читать книгу 📗 Безкожая (ЛП) - Козеневски Стивен

- Нет, - говорит Кегли.

- Сарк подняла всю команду. Медпункт работал круглосуточно, операции шли одна за другой. Они протаскивали эту телку под килем, пока она не теряла сознание, потом втаскивали обратно, часами откачивали ее, пока она снова не приходила в себя. А как только она просыпалась - килевание начиналось заново. Каждый раз по пятнадцать секунд, но для той телки эти пятнадцать секунд и были всей ее последней сознательной жизнью.

Меня пробирает дрожь. Капсула снова пищит. На этот раз звук не остается незамеченным.

- Это что? - спрашивает Кегли, оглядываясь.

Не паникуй.

Какой смысл паниковать? Я уже мертва.

Не. Паникуй. Вытащи мизинец из-под крышки.

Она захлопнется.

Нет. Не захлопнется. Поверь мне.

Безкожие покинули свое маленькое убежище. Теперь они рыщут по комнате, паря в воздухе - как я представляю себе земных акул, скользящих в воде. Я наконец понимаю, что происходит. Моя капсула была открыта слишком долго. Она запищала, предупреждая медсестру - ту, что теперь порезана на куски, - что крышка не закрыта.

Все мое внимание теперь приковано к маленькому круглому окошку. Оно напоминает мне глаза той мертвой женщины, которую я видела снаружи. Мне страшно, я чувствую себя голой, выставленной на всеобщее обозрение - как тогда, двенадцать лет назад, когда Нэнси Грейстоун вытолкнула меня из раздевалки в коридор. Но сейчас мне не страшно, что взрослые будут смеяться. Сейчас я боюсь попасть в лапы банды безкожих. Если мне повезет, они порежут меня на куски лазерным скальпелем. Это наименее ужасная смерть из всех, свидетелем которых я стала за сегодня.

Мы вытащим тебя отсюда. Для начала свернись калачиком.

Я больше не спорю с Фальшивой Ли Мин и даже не замечаю, насколько чуждым кажется ее присутствие. Я подтягиваю колени к груди и обхватываю их руками. Паря в невесомости, я чувствую, как мои ноги опасно задираются вверх, грозя медленно приоткрыть крышку.

Теперь просто вытяни указательный палец и надави на крышку. Медленно, но уверенно.

Я тянусь. В обычной гравитации, коснувшись чего-то пальцем, я бы просто остановила его движение. Но сейчас одним лишь пальцем я могу медленно переместить всю массу своего тела к дну капсулы.

Только не слишком резво.

Я понимаю почему. Резкое движение отбросит меня от дна обратно к крышке, и я буду мотаться туда-сюда, как шарик для пинбола. Тише едешь - дальше будешь.

Сквозь окошко я вижу, как мимо проплывает Кегли - как хищная птица, ищущая источник звука. Писк повторяется - периодически, но непрерывно. Кегли выходит из моего поля зрения, когда я переориентируюсь у основания капсулы. Я не толкнулась слишком сильно. Я медленно вращаюсь, но не ударяюсь о дно и уж точно не отлетаю обратно.

- Погодите, вот наш проблемный ребенок! - объявляет Кегли.

Я чувствую, как на крышку капсулы опускается тяжесть. Мое сердце, кажется, вообще перестало биться. Я не просто задерживаю дыхание - я могу лопнуть, как воздушный шарик. Я жду - в теплой, липкой тоске - что она прижмется лицом к пластистали и заглянет внутрь. Если она это сделает - мне конец. Если она удовлетворится беглым взглядом и не увидит лица в окошке - я проживу еще немного. Пятьдесят на пятьдесят.

Крышка с грохотом опускается на те десять сантиметров, на которые я ее приоткрыла, и защелкивается. Я проглатываю вопль ужаса.

- Эта дурацкая штука была открыта, - объявляет Кегли.

Я чувствую, что остальные собрались вокруг нее, потому что их голоса звучат ближе. Слышны писки - они нажимают разные кнопки на панели управления.

- С ней что-то не так? - спрашивает Безымянная.

- Нет, - говорит Кали, - наверное, просто раскрылась при первом ударе. Странные штуки постоянно случаются. Эй, Кегли, помнишь ту историю на заправщике "Хестл", когда мы открыли холодильную камеру, а там вся руккола повыпадала?

- О да, - соглашается Кегли, - ни одного разбитого яйца, ни одной сдвинутой коробки, а руккола - вся на полу.

Мимо моего глаза проплывает крошечная желтая капля. Я обмочилась. В невесомости мой стыд будет меня сопровождать, вместо того чтобы испариться. Надеюсь, капли не проплывут мимо окошка, иначе мой позор станет и моей погибелью. Джинни подпрыгивает рядом, пытаясь уклониться от плавающих лужиц. Я дергаю ее - возможно, слишком резко - обратно к себе.

Рот и ноздри полны запахом аммиака и мочи. Я не могу дышать. Мне хочется забить ладонями по крышке капсулы. Я даже готова привлечь внимание своих мучителей, если это позволит мне снова нормально дышать.

Натяни рубашку на лицо.

Это не поможет.

Натяни рубашку на лицо.

Покорно повинуюсь Фальшивой Ли Мин. Я знаю, что это не поможет, но дышать через ткань - хоть чуть-чуть - успокаивает нервы.

Я пропустила, что говорили безкожие, но теперь их приглушенные голоса врываются в мою истерику. Безымянная нажимает кнопки на устройстве.

- Ты уверена, что с ней все в порядке? - спрашивает Кали.

- Да, не думаю, чтобы что-то было сломано. Я скажу ему прогнать одну из этих... как их... диагноз...?

- Диагностику? - насмешливо переспрашивает Кали.

- Ага, одну из них.

Слышны писки разной тональности. Всего в нескольких сантиметрах от моего лица - сквозь толстую пластистальную стенку капсулы - Безымянная долбит по клавиатуре, словно играет на клавесине.

- Ты хоть знаешь, что делаешь? - спрашивает Кали.

- Да, тебе лучше оставить это для Латальщицы, - говорит Кегли с таким безразличием, что я представляю, как она рассеянно пилит ногти.

- Заткнитесь обе. Я знаю, что делаю, - cудя по слегка раздраженным звукам клавиатуры, я не виню двух других безкожих за то, что они не верят своей безымянной подруге. - Все, поняла.

Судя по звуку, что-то произошло - машина, жужжа, оживает.

Успокой дыхание.

Не могу. Если я так сделаю, я просто сильнее надышусь вонью мочи.

Это не моча. Ты просто моешь раковины в столовой. Ты делала это тысячу раз. Закрой глаза. Ты там. Ты в камбузе.

Нет. Я заперта в криогенной капсуле, окружена дегенератами-пиратами, которые собирают органы, и я сейчас...

Закрой глаза. Слушай. Слышишь, как вилки стукаются о ложки? Приглушенный гул посетителей? Чувствуешь аммиак - да, из бутылки. Но и сельдерей, который тушится на плите с маслом.

Я уверена, что это не сработает, но, вопреки моему внутреннему скептицизму, я чувствую запах. Я чувствую запах сельдерея, который готовится на плите с паприкой и маслом. Это старый трюк, который Фальшивая Ли Мин применяет ко мне. Запахи - одни из самых сильных воспоминаний. Она обращает мою же панику против меня, убеждая, что запах моей мочи - это на самом деле запах знакомого чистящего средства.

Нет. Я должна остановиться. Я должна перестать относиться к этой шизофрении как к реальному человеку. Это всего лишь я, отражение моего внутреннего смятения.

- Чем я могу вам помочь сегодня, Ханна?

Машина говорит тем же спокойным, прохладным, невыносимо раздражающим голосом, который раньше отказался открывать мне шлюз. В отличие от безкожих, чьи голоса искажаются пластисталью, компьютер я слышу ясно, как день. Должно быть, он говорит и внутри, и снаружи.

- Она думает, что ты медсестра, - говорит Кегли с явной насмешкой.

- Э-э-э, проведи диагностику, - командует Безымянная.

- Я так понимаю, вы хотите провести полное медицинское обследование. Пациент произвел оплату? Компьютерная диагностика стоит триста кредитов.

- Триста... - говорит Кали, и я чувствую, как капсула содрогается от ее пинка.

Я не паникую. Их там нет. Меня здесь вообще нет. Я в камбузе, с удовольствием оттираю особо пригоревшую кастрюлю.

- Гребаная "ЭйджинКорп", - говорит Безымянная, толкая капсулу. - Вечно обдирают своих же сотрудников. Эй, ты проведешь диагностику, и проведешь ее прямо сейчас.

- Нет нужды в грубости, Ханна, - отвечает компьютер, каким-то образом умудряясь звучать обиженно. - Я с радостью проведу компьютерное обследование пациента. Напоминаю, что согласно регламенту, все медицинские услуги оплачиваются заранее.