Читать книгу 📗 "Золотая красота (ЛП) - Винсент Лилит"
Краткое содержание книги "Золотая красота (ЛП) - Винсент Лилит"
Вы добрались до Башни. Надежда зарождается здесь.
Этими словами мы приветствуем испуганных, раненых, голодных, когда они, наконец, достигают последнего безопасного убежища.
Башня — единственное убежище от Страшной чумы, которая опустошила землю и превратила выживших в хищных животных. Мы — счастливчики, а все остальные обречены на смерть.
Так говорит нам мать.
Но однажды один опасный человек и его жестокие братья угрожают разрушить эту ложь. Декстер — это выброс адреналина, от которого у меня перехватывает дыхание. Блейз заставляет мое сердце биться так, как я и не думала, что это возможно, а Кинан впал в немилость только для того, чтобы возвысить меня. Они называют меня Красавицей, и я принадлежу им в этом жестоком мире. Но пока Башня стоит, мы обречены пасть. А я уже столько потеряла, что не хочу смотреть, как умирают мои мужчины.
Это не сказка. Это война.
Примечание автора: «Золотая красота» — это самостоятельный гаремный роман, основанный на сказке «Рапунцель», действие которого разворачивается в постапокалиптическом мире зомби. История получилась сладко-непристойной и восхитительной. Братья Леджеры склонны к соперничеству и собственничеству, а героине никогда не приходится выбирать только одного мужчину.
Автор: Лилит Винсент
Название: «Золотая Красота»
Серия: Сказки с Неожиданным Поворотом
Перевод: Лиса
Обложка: Юлия
18+ (в книге присутствует нецензурная лексика и сцены сексуального характера) Любое копирование без ссылки на переводчика и группу ЗАПРЕЩЕНО! Пожалуйста, уважайте чужой труд!
Данная книга предназначена только для предварительного ознакомления! Просим вас удалить этот файл с жесткого диска после прочтения.
Спасибо.
Тропы
Война
Обратный гарем
Антиутопия
Научная фантастика
Вынужденная близость
От врагов к любовникам
Фэнтези
Разница в возрасте
Героиня-девственница
Dark Romance
От друзей к любовникам
Размножение
Магия
Альфа-самцы
Монстры
Сверхъестественное
«Золотая красота» — это роман с обратным гаремом, с постапокалиптическими и приключенческими сюжетами. Надеюсь, вам понравится поездка!
Декстер, Блейз и Кинан — кровные братья, которые долгое время мечтали о Ру, но только конец света смог свести их вместе. В этой книге есть групповые сцены, включая DVP, но нет мм.
Глава 1
РУ
По десять часов каждый день я исцеляю больных. Я ухаживаю за ранами тех, кого привозят из Оскверненных земель — слабых, покрытых пылью и находящихся на волосок от смерти. Часто напуганных, иногда кричащих, всегда отчаявшихся. Осторожными руками я нежно зашиваю порезы, очищаю гноящиеся царапины и шепчу успокаивающие слова утешения.
— Теперь ты в безопасности. Ты добрался до Башни. Надежда начинается здесь.
Через два часа после изнурительной смены в лазарете я беру мощную винтовку и убиваю.
Устроившись в нише разбитого окна на шестнадцатом этаже, я осматриваю пустоши вокруг Башни: дома, шоссе, лес вдалеке и высокие заграждения по периметру, которые не пускают Оскверненных внутрь. И всё это время палящее солнце нещадно жарит всё вокруг.
Упершись одной ногой в выступ, я вскидываю ружье и смотрю в прицел. С полдюжины Оскверненных бьются о внешний забор, бесполезно размахивая руками; их стоны доносятся до меня вместе с горячим ветром. Через прицел я различаю их пустые белые глаза, разорванные губы и сломанные зубы. У некоторых Оскверненных отсутствуют конечности или части лиц. Кажется, они не чувствуют боли от своих травм или от изнуряющей жары. Они не потеют. Не разговаривают. Не смеются. Не плачут.
Всё, что они делают — это жаждут живой плоти, и человеческая плоть — их любимое блюдо.
Возле генератора, который обеспечивает Башню электричеством, собралось четверо Оскверненных. Звук дизельного двигателя всегда привлекает их. Оскверненные могут слышать и видеть, но они, похоже, не понимают разницы между человеческим голосом, криком птицы или тарахтением мотора. Я видела, как Оскверненный гнался за полиэтиленовым пакетом, летящим по ветру, словно это лакомый кусочек.
Ну, не то, чтобы гнался. Скорее, ковылял. У Оскверненных негибкие конечности и медленные движения, поэтому, когда за тобой гонятся всего один или два, они не представляют большой угрозы. Можно пригнуться под их тянущимися руками. Крепко пнуть в грудь. Оббежать их трусцой. Даже полдюжины Оскверненных не слишком опасны. Проблема возникает, когда они собираются в орды. Если в их истерзанный разум придет идея — мысль, инстинкт, что угодно — будто по ту сторону нашего забора есть еда, они будут ломиться в него день и ночь, пока столбы не расшатаются.
Я наблюдаю за четырьмя Оскверненными, которые скребут проволоку, пытаясь добраться до генератора. Одна из них на мгновение замирает, озираясь по сторонам своими молочными глазами и скрежеща зубами. На черепе не хватает клоков волос, остальные спутаны. Её нос откушен или стерт, а в одной мочке висит сломанная золотая сережка. Когда-то она была чьей-то дочерью, возможно, чьей-то матерью, но человек, которым она была, давно исчез, осталась лишь пустая оболочка. Она безнадежна, и именно её мертвое гниющее тело я должна упокоить.
Я поднимаю винтовку, смотрю в прицел и кладу палец на спусковой крючок. Рот Оскверненной разинут, она скребет лапами по сетке-рабице.
Я медленно выдыхаю сквозь сжатые губы.
И нажимаю на спуск.
Выстрел грохочет над пустошью. Голова Оскверненной откидывается назад от силы пули, и она оседает на землю. Её мозг превращен пулей в кашу, и она больше никогда не пошевелится.
Мама узнала много нового об этих монстрах из своих исследований. Как только человек инфицирован, внешняя кора головного мозга — та часть, благодаря которой мы можем рассуждать, чувствовать, играть, танцевать, петь, любить, та часть, которая делает нас людьми — умирает, и остается только примитивный внутренний мозг. Тот, что велит Оскверненному ходить, сражаться, есть. Раньше мама была доктором Адэр, администратором этой больницы. Теперь она — самопровозглашенный эксперт по Оскверненным и символ надежды для всех выживших в этих краях.
Трое оставшихся зомби мечутся вокруг, испуганные звуком выстрела. Они не могут видеть меня так высоко, поэтому я опускаю винтовку и вытираю пот над верхней губой. Закат яростный, и внутри ботинок кажется, что мои ступни поджариваются. Я оттягиваю выцветшую желтую футболку, обмахивая тело, и перебрасываю густую светлую косу с одного плеча на другое. Снайперская стрельба — медленная, одинокая работа. Каждая пуля на счету, и каждый выстрел должен убивать. В некоторые дни я могу сделать всего три выстрела за час, если Оскверненные ведут себя беспокойно.
Лекарства от Осквернения нет. Во всяком случае, пока. Мама работает над этим, и поскольку она блестящий врач, я не сомневаюсь, что она и её лабораторная группа из двух человек скоро совершат прорыв. Кингсли и Адам — опытные ученые, которые понимают вирус так же хорошо, как и мама. У меня не было возможности поступить в колледж, а мама не хочет, чтобы ей помогал кто-то столь необразованный, как я. Поэтому, пока нет лекарства, единственный способ защитить Башню и обеспечить безопасность всем, кто внутри — это делать повязки, ухаживать за больными и по очереди отстреливать Оскверненных, которые пытаются снести наши заборы.
Я с гримасой перезаряжаю снайперскую винтовку. Я ненавижу именно эту работу. Ненавижу всей душой. Вглядываться в истерзанные лица тех, кто когда-то был людьми и чьи тела были захвачены этим смертельным вирусом, наполняет меня горечью. Я бы предпочла оставаться на верхних этажах Башни в лазарете, но в этом оскверненном мире каждому приходится делать то, чего он не хочет.
— Мы все должны исполнять свой долг, Ру. Независимо от того, как сильно мы хотим этого избежать, — часто говорит мне мама.
Однажды, еще до того, как вирус опустошил землю, я спросила маму, почему она назвала меня Ру (Rue с англ. — рута, целебное растение, но еще и «сожалеть»). Это было не более пяти лет назад, но после всего случившегося кажется, что прошло сто лет. Мама сказала, что мои ярко-золотистые волосы напомнили ей солнечные, нежные цветы руты. Как врач с пытливым умом, мама знает всё о целебных свойствах трав. Как листья руты можно жевать, чтобы унять кашель, или втирать в зудящие укусы насекомых. Что их можно измельчить и обернуть вокруг растянутой лодыжки. Из листьев руты получается горький чай, который может вылечить всё: от головных болей и судорог до тревоги и артрита. Рута полезна. Рута многогранна.
Но иногда я задаюсь вопросом, не о другом ли значении думала мама, когда смотрела на новорожденного младенца на своих руках и думала: «Ру». Потому что она пожалела о моем появлении в ту же секунду, как увидела меня. Ребенок, который разрушил её жизнь. Совершенно точно, что даже до чумы у неё редко хватало терпения разговаривать со мной дольше нескольких минут за раз. В последнее время её взгляд скользит по мне так, будто я — утомительное поручение, о котором она забыла и предпочла бы не вспоминать.
