Читать книгу 📗 "Прятки с Драконом (СИ) - Рофи Рина"

Сердце заколотилось в груди, как сумасшедшее. Страх и какое-то запретное, пьянящее возбуждение боролись во мне. Музыка действительно резко сменилась. Напряжённые ритмы уступили место томным, плавным нотам саксофона. Свет в зале приглушили ещё сильнее, оставив лишь отсветы неона на танцующих парах, которые тут же притянулись друг к другу ближе.

И все эти пары, как и оставшиеся за столиками, смотрели на нас. Нас — ректора Академии «Предел» и студентку в вызывающе-ярком платье, застывших в центре зала под испепеляющим взглядом друг друга.

Согласиться? Отказаться? Оба варианта казались катастрофой. Но под прицелом этих сотен глаз отказ выглядел бы как трусость. Как признание, что его присутствие смущает меня куда сильнее, чем должно было бы.

Я сглотнула, чувствуя, как горит лицо, и кивнула, не в силах вымолвить ни слова.

— Да... танец... — прошептала я, и голос мой прозвучал чуть слышно. — Хорошо.

Его улыбка не стала добрее, но в глазах вспыхнуло удовлетворение. Он отставил свой бокал на ближайший столик и протянул мне руку. Не повелительным жестом ректора, а изящным, приглашающим движением кавалера. Я медленно, будто сквозь густой сироп, положила свою ладонь на его. Его пальцы сомкнулись вокруг моих, твёрдые и тёплые. На мгновение талисман под платьем вспыхнул ярче, но тут же затих, словно смирившись с неизбежным.

Он повёл меня на танцпол, и его вторая рука легла мне на талию. Прикосновение было лёгким, почти невесомым, но я почувствовала его каждой клеточкой кожи через тонкую ткань платья. Воздух вокруг сгустился, наполнившись его магией, теперь уже не давящей, а... обволакивающей. Мы начали двигаться. Его шаги были уверенными, ведущими. Моё тело, скованное страхом и смущением, поначалу сопротивлялось, но он мягко, почти незаметно направлял меня, и вскоре я начала следовать за его ритмом.

Он не сводил с меня глаз. Его золотистый взгляд был тяжёлым, изучающим, но теперь в нём читалось не только любопытство, но и... одобрение.

— Вижу, контроль над телом у вас неплохой, — тихо произнёс он, и его дыхание коснулось моего уха. — Жаль, с магией всё ещё есть проблемы.

От его слов и близости у меня перехватило дыхание. Это была пытка. Самая изощрённая и самая опасная пытка из всех, что он для меня придумал. И самая... волнующая.

Он внезапно притянул меня ближе, сократив и без того минимальную дистанцию между нашими телами до нуля. Я почувствовала твёрдые мышцы его груди через тонкую ткань рубашки, тепло, исходящее от него, и головокружительный аромат — дым, виски и что-то неуловимо дикое.

Я инстинктивно напряглась, и он, должно быть, почувствовал это.

— Диана, не пугайся, — его голос прозвучал прямо у моего уха, низкий и с лёгкой, успокаивающей усмешкой. — Я тебя не съем. Хоть и признаюсь... очень хочется попробовать.

От этих слов по моей спине пробежал разряд, смесь шока и возбуждения. Но прежде чем я успела что-то сказать или вырваться, он продолжил, и его тон снова стал серьёзным, почти извиняющимся:

— Ну что поделать... я всё-таки мужчина.

Он снова повёл меня в танце, его рука на моей талии по-прежнему была твёрдой, но теперь в его прикосновении читалась не только сила, но и сдержанность. Ошеломляющее, сбивающее с толку сочетание.

Я молчала, пытаясь перевести дух и осмыслить его слова. Он «хотел попробовать». Это было откровенно, опасно и... честно. Но он также говорил о самоограничении. О контроле. В этом была странная, извращённая порядочность.

— Вы... вы всегда так разговариваете со своими студентками? — наконец выдохнула я, глядя куда-то в район его ворота рубашки.

Он тихо рассмеялся, и звук его смеха заставил моё сердце ёкнуть.

— Только с теми, кто сбегает от меня в барах и заставляет тратить на себя всё своё свободное время, — парировал он. — Ты — особый случай, Диана. Очень особый.

Он снова заставил меня покружиться, и на мгновение мир расплылся в калейдоскопе огней и лиц. А когда я снова оказалась в его объятиях, его взгляд был полон такого интенсивного, неразгаданного интереса, что у меня перехватило дыхание. Этот танец был не просто танцем. Это была битва. И я понятия не имела, кто в ней побеждает.

— Ваш амулет ослаб, Диана.

Его слова заставили меня застыть. Я сама почувствовала это — едва уловимый, сладковатый аромат, исходящий от моей кожи, стал гуще, насыщеннее. Это был запах распускающихся ночных цветов, мёда и чего-то острого, пряного. Аромат кицуне, который обычно был приглушён и контролируем. Сейчас же, от шампанского, от его близости, от этого головокружительного танца, контроль ослаб.

А амулет... он и правда был лишь тёплым, почти невесомым грузом на груди.

В его глазах блеснула опасная искорка — не преподавательского интереса, а чисто мужского, животного любопытства. Он наклонился чуть ближе, вдыхая этот аромат.

— Очень странный аромат, признаюсь... — прошептал он, и его губы почти коснулись моей кожи. — Хотя, возможно, во мне говорит пара стаканов виски.

Но мы оба знали, что это не так. Это не был голос алкоголя. Это был голос его природы, откликающийся на мою. Дракон, учуявший диковинный, манящий запах.

Я не знала, что сказать. Опровергать? Соглашаться? Любая реакция казалась проигрышной. Я просто молчала, чувствуя, как бьётся его сердце где-то рядом, и как моё собственное отчаянно пытается вырваться из груди. Он снова повёл меня, и его движение стало чуть более плавным, чуть более... властным. Его рука на моей спине казалась теперь не просто опорой, а заявкой на собственность.

— Интересней... — снова, уже про себя, пробормотал он, и его взгляд скользнул по моим губам. — Целая гамма...

Музыка затихала, но он не отпускал меня сразу, задержав на долю секунды дольше, чем того требовали приличия. Этого было достаточно, чтобы все в зале поняли — здесь что-то происходит. Что-то между ректором и его студенткой. Что-то, что пахло запретом, опасностью и невероятным, пьянящим соблазном.

Я, всё ещё пытаясь прийти в себя после его слов про мой аромат, смущённо пробормотала:

— Я... я его подзаряжу. Герман предлагал помочь...

Андор медленно покачал головой, его взгляд стал отстранённым, аналитическим, будто он решал сложную магическую задачку.

— Да, да... — протянул он задумчиво. — Но стоит ли? — Его глаза снова сфокусировались на мне, и в них заплясали опасные искорки. — За твоим ароматом... что-то скрыто. Что-то интересное. Но уловить не могу... аж мурашки бегут... — он произнёс это с лёгкой, почти восхищённой улыбкой. — Может, подождём, когда амулет совсем потеряет силу?

И он так спокойно, так естественно перешёл на «ты», что я и не заметила, как это произошло. От этого осознания я смутилась ещё сильнее. В его кабинете, на тренировках — это было частью правил. Здесь, в баре, после того танца, это звучало как нечто гораздо более личное и интимное.

Я не знала, что ответить. Согласиться? Получалось, я добровольно отказываюсь от своей защиты. Отказаться? Выглядело бы как трусость и признание, что мне есть что скрывать.

Я просто стояла, чувствуя, как жар разливается по щекам, а его пронзительный взгляд пытается разгадать ту самую тайну, что скрывалась «за моим ароматом».

Я почувствовала, как его ладони медленно, почти лениво скользят по моей спине, едва касаясь ткани платья. Движение было успокаивающим и одновременно вызывающим, будто он стирал последние остатки дистанции, которые я пыталась сохранить.

Я подняла глаза и встретилась с его взглядом.

В его золотистых драконьих глазах уже вовсю плясали те самые, опасные чертики. В них не было ни намёка на преподавательскую строгость или отстранённость. Там было чистое, неподдельное торжество хищника, который наконец-то загнал свою дичь в угол. И предвкушение.

«Ну всё, попала...» — пронеслось у меня в голове с кристальной ясностью и странным, леденящим спокойствием.

Бежать было некуда. Отталкивать его — бесполезно и даже опасно. Он играл с моим амулетом, с моим страхом, с моей сущностью, и теперь, кажется, решил, что игра подошла к концу.