Читать книгу 📗 Город кошмаров (ЛП) - Гринн Б.

— Жизнь с тобой здесь, в реальном мире, стала одной из лучших глав моей жизни. Время, проведённое с тобой, забрало всю скорбь по моим собственным сёстрам и семье, заменив её чем-то иным. Чем-то лучшим. Оказалось, забота о тебе — это был мой способ всё исправить. — Её слёзы впитываются в ткань моей рубашки. — Я так отчаянно хотела, чтобы всё было хорошо.

Я мягко поглаживаю её по спине.

— Всё в порядке. Тебе удалось. В детстве у меня не было братьев и сестёр, поэтому ты стала самым близким к этому воплощением из всего, что я когда-либо знала. И я не хочу, чтобы между нами что-то менялось лишь из-за того, что ко мне постепенно возвращается память.

Селеста напрягается и отстраняется. Её взгляд метнулся к полу, а пальцы нервно перебирают друг друга.

— Возможно, ты заговоришь иначе, когда узнаешь правду. Я имею в виду, всю правду.

Я беру её руки в свои и склоняю голову, ловя её взгляд.

— Ничто не способно изменить моё отношение к тебе, да и к Ноксу тоже. Пожалуйста, выбрось это из головы.

Она слабо улыбается и снова отводит взгляд.

— Давай-ка я налью тебе выпить, пока ты кого-нибудь не убила. — Она высвобождает свои руки из моих, чтобы смахнуть слёзы.

Я в замешательстве хмурюсь.

— Убила? С какой стати мне убивать кого-то из-за жажды?

Глаза Селесты расширяются.

— Ох, чёрт.

— Что ты имеешь в виду, Селеста? — спрашиваю я куда более требовательным тоном, чувствуя, как по спине ползёт холодок тревоги.

Взгляд Селесты мечется к спальне и обратно ко мне.

— Если я расскажу, тебе придётся изобразить удивление, когда ты снова услышишь это от него.

Я скрещиваю руки на груди.

— Выкладывай.

Селеста морщится и закрывает глаза. Распахнув их вновь, она тяжело вздыхает.

— Ты всё ещё Фамильяр, Дэнни. Ты не задержалась там настолько, чтобы обратить чары Связывания вспять. Даже в этом мире твоё выживание зависит от крови Нокса, а не от бургеров с картошкой фри.

Она виновато отводит взгляд, затем направляется к холодильнику и достаёт розовый стакан со стразами, который всегда использовала для моих смузи.

— Я маскировала вкус как могла, чтобы ты ничего не заподозрила, но всё это время я поила тебя небольшими порциями крови Нокса, чтобы поддерживать в тебе жизнь.

Я недоверчиво моргаю, пока она открывает крышку в качестве доказательства. И правда, её «смузи» оказывается насыщенного багрового цвета.

— Но та эйфория, которая охватывает меня, когда я пью кровь Нокса… я не чувствовала абсолютно ничего подобного.

— В этом мире нет такой магии, как под землёй. По крайней мере, в том виде, в каком мы её знаем или понимаем. Здесь всё более материально, как атомы. Если как следует сосредоточиться, её можно почувствовать, но подчинить собственной воле куда сложнее. — Она возвращает крышку на место и пододвигает стакан ко мне. — Думаю, всё дело в равновесии. Деймон смог бы объяснить это лучше.

— Я… даже не знаю, что сказать. — Я беру стакан, пока жжение в горле ведёт ожесточённую войну с моим собственным разумом.

— Когда мы продолжим, всё прояснится. Прости, поверить не могу, что я так глупо проболталась. Нокс хотел, чтобы ты узнала об этой части в самую последнюю очередь.

— Он боится моей реакции, — бормочу я, очерчивая подушечкой большого пальца грани фальшивых бриллиантов.

— В этой истории очень много деталей, Дэнни. Всё запутано и отдаёт безумием. Мы оба просто хотим убедиться, что всё будет рассказано правильно, чтобы на тебя не навалилось слишком много и ты не…

— Не превратила чьи-нибудь мозги в кашу? — подсказываю я, вызывая у Селесты кривую усмешку.

— Это не самое плохое оружие в твоём арсенале.

Я киваю, обдумывая её слова. Так вот кто я для них? Оружие? И для чего же?

Примерно через полчаса Нокс выходит из моей спальни. Пятно засохшей крови сделало ткань его чёрной рубашки на тон темнее. Волосы взъерошены, но в остальном он прямо-таки пышет здоровьем. Если не считать того факта, что он как бы мёртв.

— Ты в порядке? — спрашиваю я, бросаясь к нему.

— Я в норме. — Когда я вскидываю брови, он качает головой. И я замечаю, что делает он это с предельной осторожностью. — Нет, правда, я в порядке. Но, должен признать, было неприятно.

Селеста фыркает со своего места на диване.

— Она превратила твои мозги в кашу, а всё, что ты можешь выдать — «это было неприятно». Да кого ты, блять, обманываешь, Нокс.

ГЛАВА 14

ДЭННИ

Год назад

В старых каменных стенах замковых переходов бурлит магия. Когда мы выходим из комнаты, она бьётся медленным, размеренным пульсом, но с каждым шагом, уводящим нас всё глубже в сердце замка, магия всё сильнее хлещет из своего источника. От этой алхимии кровь в моих венах шипит и потрескивает. Подобно нашим с Ноксом узам, у неё, кажется, есть собственный, подавляющий источник жизни. Самостоятельная, живая, дышащая сущность. Могущество струится по телу, даруя мне чувство абсолютной неуязвимости. Она словно льнёт ко мне, признавая свою хозяйку. От этого чувства нервы натягиваются как струна.

Я бросаю взгляд на Нокса, пытаясь понять, заметил ли он это. И хотя ранее мы успели обменяться откровениями, не думаю, что сейчас подходящее время делиться с ним ещё и этим. Наша связь тут же обрушивает на мою совесть тяжёлое чувство вины. Глупая связь. Я расскажу ему, когда буду готова. Когда сама во всём лучше разберусь.

Несмотря на чувство вины, наши с Ноксом узы ощущаются прочными как никогда, пока он ведёт меня на сегодняшнее торжество. Ослабить бдительность всегда было для меня непростой задачей. Я так долго противилась любой привязанности к… да к кому бы то ни было, и всё из-за бесконечных скитаний с места на место после того, как тётя выставила меня за дверь. Строить с кем-то отношения попросту не имело смысла. Я всегда была уверена, что отыщу убившего маму вампира и погибну, пытаясь свершить месть. Неспособность представить свою жизнь после двадцати наложила свой отпечаток. Очень легко вычёркивать людей из жизни, отказываться от коктейлей после работы или уходить, бросив кого-то в постели без единой записки, если знаешь, что скоро умрёшь. Да и какой прок в том, чтобы кто-то проливал по мне слёзы, когда меня не станет? Жизнь одиночки прекрасно мне подходила вплоть до этого самого момента, но теперь эти узы грозят стереть в порошок все те защитные стены, которые я так упорно возводила.

Между нашими сплетёнными ладонями вспыхивают искры, пока мы направляемся на пиршество мимо бдительных портретов и статуй из белого мрамора. Это место здорово напоминает Цирк своими похожими на лабиринт коридорами из тёмного камня. Только это не какой-нибудь старомодный отель, а самая настоящая влажная фантазия Дракулы, так что я невольно задаюсь вопросом, почему вампиры всегда впадают в такой драматизм, когда дело касается декора?

Единственными источниками света на нашем пути служат вычурные металлические бра, внутри которых горят мерцающие шары янтарного пламени. Чего бы я только не отдала за обычную лампочку в этом месте… Настенные бра отбрасывают куда больше теней, чем света, из-за чего разглядеть замысловатые детали на картинах совершенно невозможно, даже если бы я и захотела остановиться и изучить их. Не припомню, когда в последний раз была в картинной галерее. Такие места всегда напоминали мне о маме. Она была сумасбродной и хаотичной матерью-одиночкой, страстно любившей выплёскивать боль от своих расставаний на холст. Возвращаясь из школы, я вечно заставала её разбрызгивающей вокруг чёрную и серую краску, пока она потягивала вино и слушала Шер.