Читать книгу 📗 "Прятки с Драконом (СИ) - Рофи Рина"

Герман замер с открытым ртом, явно обрабатывая информацию. Затем его лицо озарилось широкой, понимающей ухмылкой.

— О-о-ой! — протянул он с нескрываемым удовольствием. — Значит, так? Не просто «провела и ушла», а дала отворот поворот? Самому Андору Всеславскому? Вот это поворот! — Он свистнул. — Никогда не думал, что доживу до дня, когда какая-то первогодка, да еще с самого заштатного факультета, посмеет отшить нашего Великого Ректора. Да она, я смотрю, не так проста, эта твоя «серая мышка»!

Я сжал челюсть, чувствуя, как по спине пробежал знакомый зуд — драконья сущность была оскорблена таким обращением, но при этом... заинтригована. Унижение смешивалось с азартом.

— Она не «моя», — отрезал я, но уже без прежней уверенности. — И я просто констатирую факт. А теперь закрой рот и займись лучше делом. Узнай, когда именно прибывает наш «интересный экземпляр».

Герман, все так же ухмыляясь, направился к выходу, бросив на прощание:

— Как скажешь, о Великий и Отшитый Ректор! Пойду разузнаю про вашу общую героиню. Интересно, она тоже помнит вашу мимолетную встречу?

— О да-а-а, — мои губы растянулись в хищной ухмылке. — Доставь ее ко мне в кабинет. Для... беседы о правилах внутреннего распорядка.

Герман закатил глаза.

— Андор, ну ей же восемнадцать. Только вчера стукнуло, если верить анкете. Это же... несерьезно.

Я фыркнул, откидываясь на спинку трона.

— А кто её, интересно, звал в тот бар? Я не звал. — Мои пальцы с легким стуком забарабанили по базальтовой столешнице. — В «Перекрёсток» ходят с вполне определенными целями. А она там с подругой танцевала, прекрасно понимая, куда попала. Получила внимание дракона — редкая честь, между прочим. Но вместо того, чтобы проявить благоразумие, предпочла сбежать.

Я посмотрел на Германа, и в моём взгляде было холодное любопытство хищника, нашедшего диковинную дичь.

— Так что не надо тут ломать комедию. Она сделала свой выбор. А теперь будет разбираться с последствиями. В моём кабинете.

Герман замер, глядя на меня с внезапной серьёзностью.

— Ты уверен, Андор? Обычно ты... выше подобных игр.

— Выше? — я коротко рассмеялся. — Меня годами водят за нос по воле какого-то пророчества, а тут появляется реальная, осязаемая загадка. Девушка, которая посмотрела на меня не с восторгом, а со страхом и вызовом. И которая, к тому же, оказывается подброшена нам самим Советом. Прости, но моё «выше» сегодня исчерпало лимит.

Я замолчал, и в кабинете повисла тяжёлая тишина.

— Я просто хочу на неё посмотреть, Герман, — наконец сказал я, и мой голос снова стал ровным и холодным. — Посмотреть вблизи. Без музыки, без алкоголя, без её вампирской телохранительницы. И понять, что же в ней такого особенного, что заставило меня... запомнить. Так что да. Как только она появится в Академии — доставить её ко мне. Как к ректору. Со всеми вытекающими последствиями.

Герман хмыкнул, подпирая подбородок рукой.

— Развлечение что ли себе нашел? Будешь пугать первокурсниц в перерывах между отчетами?

Я резко развернулся к нему, и по углам моих губ поползла опасная ухмылка.

— А что? Хоть какое-то развлечение. Не каждый день из моих рук сбегают, — я выпустил струйку дыма с запахом паленого дуба. — Обычно всё куда скучнее и предсказуемее. А тут... вызов. Пусть и мелкий. Но он есть.

Я откинулся в кресле, глядя на потолок.

— В этих стенах, Герман, можно сойти с ума от рутины. Одни и те же церемонии, одни и те же интриги факультетов. А она... живая. Настоящая. Испугалась, но оттолкнула. Сбежала, но заставила себя запомнить. — Я повернул голову к нему. — Так что да. Буду «пугать». Буду смотреть, как она пятится, как блестят её глаза. Это хоть ненадолго отвлечет от мыслей о том, что я могу провести в этой башне ещё один пустой год.

Глава 2. За день до

Музыка в баре «Перекресток» была громкой, ритмичной, она проникала прямо в кости и заставляла нруги двигаться сами по себе. Я смеялась, кружась в танце с Натальей под восторженные возгласы окружающих. В воздухе витал сладкий запах магических коктейлей и всеобщего веселья. Моё восемнадцатилетие было в самом разгаре, и впервые за долгое время я чувствовала себя просто счастливой и свободной.

— Смотри-ка, — Наталья, запыхавшись, наклонилась к моему уху, ее голос прозвучал как холодный ручейок, пробежавший по моей разгоряченной коже. — На тебя кто-то уставился. И смотрит так... будто хочет съесть. Дракон, судя по энергии. И не какой-нибудь мелкий червяк, а... серьезный экземпляр.

Я замедлила движения, следуя за ее взглядом. И тут же почувствовала его. Жгучий, тяжелый, почти осязаемый взгляд, будто на мне выжигали узоры. Он сидел в полумраке у дальнего столика, развалившись на бархатном диване, как король на троне. Его мощный силуэт был обрамлен двумя стройными фигурками: русоволосая девушка что-то шептала ему на ухо, а темноволосая девушка с алыми, как будто в кровь испачканными губами (явно суккуб) лениво проводила пальцами по его рукаву. Но его внимание, каменное и незыблемое, было приковано ко мне.

И в тот же миг талисман на моей груди — маленькая металлическая лисичка, подарок матери — вдруг отозвался тревожным теплом.

— Наверняка ищет очередную игрушку для развлечений, — с легкой презрительной ноткой добавила Наталья, кивнув в сторону его спутниц. — Будь осторожна, Диана. С такими шутки плохи. Кстати, что это у тебя так светится? — она указала взглядом на едва заметное свечение сквозь ткань моего платья.

Я машинально прикрыла ладонью кулон, чувствуя, как он наливается жаром, словно раскаленный уголь.

— Это... амулет. Подарок мамы. Говорила, будет оберегать от опасности.

— Опасности? — Наталья подняла бровь. — От какой такой опасности в баре? Разве что от похмелья. Выбрось эту безделушку.

Но я не могла. Талисман пылал, и его жар был теперь почти невыносим. А взгляд того дракона... он буравил меня насквозь, игнорируя девиц, висящих на нем, как дешёвые украшения. В его глазах не было простого интереса к новой забаве. Там было что-то другое. Что-то глубокое, тёмное и... тоскующее. И от этого становилось одновременно и страшно, и... любопытно.

Я резко отвернулась, стараясь уткнуться взглядом в разноцветные огни диско-шара и забыть о том давящем, раскаленном взгляде. Сердце колотилось где-то в горле, а талисман на груди упрямо излучал тревожное тепло, словно маленькое солнце, предупреждающее о буре.

Я сделала глубокий вдох, пытаясь вернуть себе ощущение праздника, и, заставив себя улыбнуться, повернулась обратно к Наталье.

И застыла.

Он стоял прямо передо мной. Так близко, что я чувствовала исходящий от него жар, словно от раскаленной печи. Его спутниц будто и не бывало. Теперь все его внимание, тяжелое и безраздельное, было сосредоточено на мне.

— И что это кицуне делает в таком баре? — его голос был низким, обволакивающим, как дым. Он многозначительно поднял бровь, оглядывая меня с ног до головы взглядом, в котором читался такой неприкрытый, хищный голод, что я инстинктивно отшатнулась.

Талисман на груди вспыхнул с новой силой, уже не просто грея, а по-настоящему обжигая кожу. Прежде чем я успела что-то сказать или сдвинуться с места, он медленно, почти небрежно протянул руку и кончиками пальцев коснулся моей щеки.

Прикосновение было обжигающим. От него по коже побежали мурашки, смесь страха и какого-то запретного, доселе незнакомого интереса. Я сглотнула, не в силах издать ни звука, парализованная этим внезапным вторжением в мое пространство.