Читать книгу 📗 "Пара для Рождественоского Дракона (ЛП) - Зои Чант"

Он разорвал пленку, и его пальцы дрогнули, словно от удара током. Золото.

Пластик упал на пол. Его подарком оказалось каменное сердце с золотой инкрустацией. Сердце из яшмы всех цветов его дракона, заключенных в отполированном самоцвете размером с кулак Эбигейл. Лицевая сторона сердца была выпуклой и гладкой, демонстрируя переливы и узоры камня.

Он перевернул его. Пальцы не солгали: плоская задняя часть каменного сердца была инкрустирована золотом. Металл пел его сердцу, и дракон внутри откликался, нежно рокоча. Джаспер провел большим пальцем по золотому узору. По краям сердца вились завитки, а в центре…

Он закрыл глаза. Эбигейл никак не могла заказать эту гравировку сегодня утром, но это не имело значения. Она купила это для него. Её любовь пропитывала каждый атом этого камня, каждую частицу яшмы и золота, сияя в надписи:

Счастливого Рождества тому, кто владеет моим сердцем.

Он сжал яшмовое сердце в руке. Золото пело, касаясь его кожи, и его собственное сердце пело в груди.

— Я знаю, это банально… — начала Эбигейл. Он не дал ей договорить. С поющим сердцем он притянул её к себе, целуя до тех пор, пока она не обмякла в его объятиях.

Он всё еще сжимал каменное сердце, прижимая его к изгибу её поясницы. Золото пело под его кожей — и внутри него, сквозь него, передаваясь его паре, его Эбигейл, пока воздух вокруг них не начал мерцать.

Джаспер прервал поцелуй. Он посмотрел на свою пару — и моргнул. Мне это кажется.

Воздух действительно мерцал. Искры вспыхивали вокруг них, словно тысячи светлячков или крошечных солнц. Глаза Эбигейл расширились.

— Ты это видишь? — прошептала она.

— Да.

— Это… драконья фишка?

— Не знаю, — признался Джаспер. Это была магия. Несомненно. Но какая? И для чего?

Он притянул Эбигейл ближе. Везде, где она касалась его, кожа горела. Казалось, огни были не только вокруг, они были внутри него, разливаясь по венам. Он посмотрел на Эбигейл. Был ли это лишь блеск огней, или в глубине её глаз тоже сияли искры?

Свет становился ярче, а песня золота — громче, разливаясь колокольным звоном в его ушах. В сердце. В его душе. И тогда он понял.

— Эбигейл, — прошептал он, и её взгляд приковался к его глазам. — Нам не нужно идти к моей сокровищнице. Она больше не в горах. — он отвел руку от её спины и поднял её. — Она прямо здесь.

Сердце в его руке светилось, золото сияло ярко, как центр костра. Его золото, первое золото, подаренное ему его парой. Сердце его сокровищницы.

Он накрыл подарок ладонями Эбигейл и почувствовал, как по её телу прошла дрожь от исходящей силы.

— Эбигейл Джордж. Будешь ли ты моей парой, той, кого я буду защищать и о ком буду заботиться, пока мы оба живы?

— Буду, — сразу ответила Эбигейл, и её лицо осветилось счастьем. — А будешь ли ты моим? Тем, кого я буду защищать и о ком буду заботиться, пока мы оба живы?

Он не знал, полагается ли так делать — когда человеческая пара предлагает ему свою защиту. Но он не колебался.

— Буду.

По правилам это или нет — это было правильно. В конце концов, разве не она защитила его и позаботилась о нем сегодня?

Он повел её в спальню, к кровати, на которой не спал с тех пор, как приехал в Pine Valley. Она была огромной — тяжелая кровать с четырьмя столбиками, заваленная одеялами и подушками. Слишком большая для одного. Идеальная для двоих. Идеальная для его пары.

Он положил сияющее сердце на центральную подушку и повернулся к Эбигейл. Он знал, что улыбается как идиот. Он не мог иначе. Эбигейл улыбнулась в ответ и коснулась его щеки.

— Я люблю тебя, — сказала она и рассмеялась. — Предупреждаю: раз уж я начала это говорить, боюсь, я не смогу остановиться.

— Хорошо. — он расстегнул молнию на её куртке. На своей куртке, которая скрывала её фигуру, как палатка. Она сбросила её.

— Я люблю тебя, — повторила она, и глаза её заблестели. Он скинул свою куртку и принялся за её свитер. — Я люблю тебя! — рубашка. Брюки. Одежда начала усыпать пол. — Я люблю тебя. Я… о!

Джаспер отбросил последние преграды и прижал её к себе, кожа к коже. Её пальцы впились в его плечи, а взгляд потемнел от желания.

— Я люблю тебя, — повторила она охрипшим голосом. — Люблю тебя, люблю тебя, я… о-о-ох…

Её кожа была такой нежной. Он хотел коснуться каждого дюйма её тела, ласкать, гладить, вдыхать её запах и целовать, но каждое мимолетное прикосновение делало его нужду невыносимой. У него перехватывало дыхание, всё тело ныло от желания.

Это отличалось от тех случаев, когда они были вместе раньше. Это было нечто первобытное. Раньше он спал с ней. Сегодня — он заявлял на неё права.

Он встретил её взгляд и нашел в нем то же дикое, страстное желание, что пылало в нем лесным пожаром.

— Я чувствую… — её глаза расширились, губы приоткрылись, словно она пробовала воздух на вкус. Вкус магии и вожделения, наполнивших мир вокруг них. — О Боже, Джаспер. Возьми меня. Сделай меня своей!

Он повалил её на кровать — нежно, но властно. Её кожа казалась сливочной на фоне ярких одеял. Всё её тело дрожало под ним, грудь вздымалась, а аромат её желания дурманил чувства.

Джаспер целовал её грудь, поочередно, лаская соски языком, пока всё тело Эбигейл не забилось в мелкой дрожи предвкушения. Он поднял голову и посмотрел на неё.

Она смотрела в ответ, с порозовевшими щеками и глазами, черными от страсти. Она провела кончиками пальцев по его спине, впиваясь ногтями.

— Пожалуйста, — взмолилась она.

Он приподнялся над ней, отводя её руки и целуя ладони. Он прикусил кончик одного её пальца, и она простонала. Прикусил другой, а затем прижал её запястья над головой.

Эбигейл лежала под ним — беззащитная, прекрасная и его. Она отдавала себя ему полностью и навсегда. Его пара. Его Эбигейл.

— Я люблю тебя, — прошептал он и вошел в неё.

Глава 19

Эбигейл

Эбигейл вскрикнула, когда Джаспер вошел в неё. Он был таким твердым, горячим и абсолютно идеальным. Наслаждение нарастало внутри так стремительно, что она едва не достигла пика в тот самый миг, когда он полностью погрузился в неё.

Всё её тело словно готовилось разлететься на части. Была ли это магия? Огни последовали за ней из гостиной — они танцевали вокруг неё и, она была уверена, внутри неё тоже. В её крови. В её сердце.

Она смотрела прямо в сияющие, как угли, глаза Джаспера. Там тоже плясали эти огни. И золото…

Джаспер прижимал её запястья одной рукой. Всё еще оставаясь глубоко внутри неё, он потянулся к чему-то на подушке над её головой. Затем он вложил это ей в руки. Яшмовое сердце.

Она всё еще краснела, вспоминая надпись. Это было так банально, так нелепо. И так правдиво. Сердце Джаспера принадлежало ей. Он разрушил её колючие стены и все её страхи, и её сердце теперь принадлежало ему. Навсегда.

Джаспер накрыл её руки своими, зажав каменное сердце между их ладонями. Его темные волосы рассыпались по лицу. С этими пылающими глазами он казался кем-то большим, чем просто человек. Кем-то первобытным и могущественным.

Она содрогнулась от предвкушения — а затем от чего-то еще. Джаспер наклонился и прошептал ей на ухо:

— Ты чувствуешь это?

Что-то едва уловимое скользило по её коже, оставляя невесомые следы на запястьях и руках. Она подняла взгляд.

— Золото?

Золото вытекало из самого сердца — сияющие нити, извивающиеся, словно металлические ленты, спускались по её рукам. Несколько нитей обвили её запястья, другие продолжали скользить по телу. Она дернулась, когда они коснулись её ребер, и Джаспер застонал, толкаясь в её бедра. Она откинула голову назад, пульсирующее удовольствие захлестнуло её, когда он коснулся самых чувствительных точек. В этом омуте чувств она едва заметила, куда делись остальные золотые нити.