Читать книгу 📗 Смертельная жара (ЛП) - Бриггз Патриция

— Да, — отозвался Чарльз.

Лесли кивнула, а затем посмотрела на Марсдена. Анна увидела, что Лидс засовывает связку палок в большой пакет для улик.

— Марсден, — начала Лесли. — Я навела справки о вас обоих. Вы изобретательны и способны на многое, хотя лучше всего у вас получается раздражать начальство. Именно ваши люди, аналитики КНСО, первыми предупредили ФБР, что фейри выпускают на волю нескольких особо опасных личностей. — Чарльз хмыкнул, и Лесли кивнула ему. — Да. Я думала, вы заметили, что делали фейри. ФБР надеялось, что вы свяжетесь с нами, чтобы мы могли работать вместе. Или хотя бы договориться о совместной работе.

Он ничего не сказал, и Анна последовала его примеру. Марсден смотрел на Чарльза, как на головоломку.

Добро пожаловать в клуб. Анна спрятала улыбку.

Очевидно решив, что ответа не дождется, Лесли продолжила:

— Фейри хотят привлечь наше внимание. Мы уничтожили кое-кого… кое-что во Флориде, кажется, это был келпи. Он пожирал людей, которые купались в его озере. Были и другие инциденты. Наши аналитики считают, что так они хотят начать переговоры, что-то вроде: «Посмотрите, от чего мы спасали вас все эти годы. Вам, людям, стоит подумать о том, как будут проходить переговоры». Это оптимистичный вариант. А пессимистичный заключается в том, что это первая волна войны, в которой мы вряд ли сможем победить. Потому что о противнике мы знаем только то, что сказано в народных сказках и то, что они сами нам поведали. Возможно, они не умеют лгать, но все же многое утаили. — Она снова посмотрела на Чарльза и спросила: — Что ты об этом знаешь?

Чарльз слегка наклонил голову, обдумывая ее вопрос. Наконец ответил:

— Все о том, чем вы занимаетесь.

Для Анны это стало новостью. Хотя, если честно, она не принимала активного участия во всем, что он делал для стаи или своего отца. Честно говоря, она сомневалась, что Бран расстроится из-за того, что фейри нападают на обычных людей. Она любила своего свекра, но не закрывала глаза на его недостатки. Он был сосредоточен на оборотнях и не обращал внимания на остальное.

Или, возможно, Чарльз не знал о нападениях до тех пор, пока Лесли не рассказала ему об этом. Все знали его как человека, обладающего невероятными способностями собирать информацию как раз из-за того, что он никому не показывал, как много ему известно. Поэтому другие люди предполагали, что он знает «абсолютно все». Остальная часть его репутации была полностью заслуженной.

Чарльз взглянул на Лидса или, может быть, на останки фальшивой Аметист Миллер.

— Были некоторые сомнения по поводу того, на чью сторону мы встанем, если вообще встанем.

— Я так и подумала, — сказала Лесли и указала на комнату. — Я надеюсь, что ваше присутствие здесь означает, что вы решили помочь?

— Ладно, кто вы такие? — Марсден неопределенно махнул рукой в сторону Чарльза и Анны.

— Эта штука действительно очень крутая, — объявил Лидс, стоя коленях на полу, как будто даже не слышал разговора, который шел в десяти футах от него. — Я никогда не думал, что увижу такую штуку. Только представьте, какая сила может взять манекен, да и что угодно, что-то, отдаленно напоминающее человека, и заставить его ходить, говорить и вести себя как человек. Ну, по крайней мере, в основном как человек. И он обманывал людей месяцами. Это могла бы быть кукла или глиняная фигурка, но пучок палочек — это традиционный способ фейри. Я думаю, что эта лента принадлежала похищенной девочке. Я также думаю, хотя и не уверен на сто процентов, что здесь есть и ее волосы. — Он говорил с восторгом старателя, впервые нашедшего золото.

Лесли оценивающе посмотрела на Лидса.

— Его я особенно хочу видеть в своей команде. Ботаники очень полезны.

— Я тоже, — сказал Марсден. — Откуда вы знаете Смитов, специальный агент Фишер? И кто они такие?

— Я работала с ними в прошлом году. Вы, наверное, слышали об этом деле, — ответила она. — В результате Боклер, принц эльфов, обезглавил сына сенатора США. Чарльз и Анна Смит были отправлены нам на помощь в расследовании.

Марсден нахмурился, но быстро сообразил.

— Оборотни. Тогда вызвали пару оборотней, чтобы они консультировали по поводу фейри. Они давали показания под псевдонимами… — Он посмотрел на Чарльза. — Как мистер и миссис Смит. Мне следовало догадаться.

— Оборотни? — переспросил Лидс, наконец-то, отвлекшись от пакета с уликами.

Чарльз наградил его зубастой улыбкой.

— Да, мы с женой оборотни. Вам следует знать, что фейри едва не напал на пару детей, которые находятся под защитой местного альфы. У нас не было дел, поэтому мы вызвались добровольцами, чтобы найти преступника. Мы вошли в комнату вместе с мисс Берд и нашли обманку. Нам не потребовалось много времени, чтобы понять, кем была Аметист и что за существо приняло облик Аметист Миллер. — Он посмотрел на Лесли, и выражение его лица смягчилось. — И то, что фейри напали на некоторых из наших, означает, что в этом случае мы решили сотрудничать с людьми против фейри. Я не могу сказать, что этот союз продлится долго или что мы не вернемся к нейтральной позиции третьей стороны, когда этот инцидент разрешится. У меня был опыт общения с фейри, и я думаю, что нам не стоит стоять в стороне. Я передам свое мнение… вышестоящим лицам.

— На каких детей напали? Кто они? — спросил Марсден, приготовившись записывать. — Нам нужно поговорить и с ними тоже.

Чарльз просто сверлил его глазами.

— Не нужно быть грубым, — сказала Анна мужу, а потом посмотрела на Марсдена. — Мы знаем все подробности и расскажем вам то, что может помочь, но информация просто привела нас к подменышу. Только некоторые оборотни вышли на публику, но есть и те, кто предпочли этого не делать. Это не наша стая. Мы не знаем, кто из них представился людям, а кто нет. И мы не станем раскрывать их имена, если в этом нет необходимости.

В комнате повисла неловкая тишина, поскольку Марсден явно хотел продолжить разговор, но Чарльз выглядел устрашающе. Анна заметила, как агент КНСО вспомнил, что имеет дело с оборотнем и что не стоит смотреть ему в глаза, если вы не готовы к битве за доминирование. Он отвел взгляд от Чарльза, и было уже глупо продолжать разговор.

— Так ты знаешь, с чем мы имеем дело? — спросила Лесли.

— Фейри, — сказал Чарльз. — Но ты это и так знаешь.

— Тот, кто может построить обманку. — Марсден указал подбородком на связку палок.

— Я думал, что подменыш — это точная копия тебя самого, которая предупреждает тебя о скорой смерти, — заметила Лесли.

— Или убьет тебя, — добавила Анна.

— Или пучок веток, который с помощью магии выглядит в точности как ребенок, — продолжил Чарльз.

— Еще одно слово, обозначающее «подменыш», — заключил Марсден.

Лидс покачал головой.

— Нет. Ну, то есть да. Но это подменыш, который не является настоящим живым существом. — Он указал на палочки. — Большинство подменышей — это фейри, которые притворяются детьми, которых похитили. Для этого нужно совсем немного магии, просто разновидность гламура, который они используют, чтобы выглядеть как обычные люди. Но это происходит очень редко. Я видел шесть или семь случаев подмены. Ни один из них не был связан с неодушевленными предметами.

Анна посмотрела на Чарльза. Она не знала, что фейри были настолько активны до того, как Боклер убил напавшего на его дочь, а затем ушел вместе с остальными фейри в резервацию, которую все считали тюрьмой. Эти тюрьмы, как оказалось, были на самом деле крепостями. Чарльз слегка покачал головой. Он тоже не знал о происходящем.

— Семь случаев? — переспросила Лесли. — Я ни о чем таком не слышала.

— О, двое из них оказались ложными вызовами. Первый раз родители решили притвориться, что ребенок, которого они забили до смерти, был подменышем. Второй раз, как ни странно, был реальным случаев подмены младенцев при рождении. Это привело к громкому судебному разбирательству, пришлось выяснять, каких именно младенцев перепутали и как их вернуть настоящим родителям. Но пять подменышей… — Он криво улыбнулся. — Один из них был я. Мои родители так и не узнали об этом. Они погибли в автокатастрофе, когда мне было около двадцати. Я долго не знал об этом, пока не сдал образец ДНК, чтобы… скажем так, в моей семье есть несколько человек, которые могли бы сняться в ремейке «Доктора Фила». Оказалось, что я наполовину человек, наполовину фейри. И я не имею кровного родства ни с одним из людей, кого всю жизнь считал родителями. — Он посмотрел в пол и пробормотал: — И я почувствовал облегчение. Не из-за того, что я наполовину фейри, а из-за того, что не связан с людьми, которые меня вырастили. Это было потрясающе.