Читать книгу 📗 Повесть об испытаниях и мучениях (ЛП) - Готье Морган

— Его Королевское Высочество, король Гаррен, хочет знать, кто вы и зачем прибыли в наш город? — спрашивает придворный, голос у него дрожит не меньше, чем колени.

Сераксэс рычит, обнажая клыки, и он отпрыгивает на несколько шагов назад. То ли ей не понравился его тон, то ли просто не понравилось, что он подошёл к нам слишком близко, но что-то её задело, и она не боится показать чужакам границы. Я похлопываю её по боку и провожу рукой вверх по чешуе к морде. Моё прикосновение далеко не чудодейственно, но, кажется, она принимает это успокаивающее движение. По крайней мере, на мидорианца она больше не рычит.

Я обхожу её, вставая между ним и Сераксэс.

— Я Атлас Харланд из Троновии, — начинаю, жестом подзывая к себе Сильвейн. — А это Сильвейн Базилиус-Сол. Нам нужно поговорить с вашим королём. Скажите ему, что это касается Иларии Шэй Китарни.

У придворного глаза чуть не вылезают из орбит.

— Идёмте, — он машет нам следовать за ним вверх по ступеням и внутрь Золотого дворца. — Ваши драконы будут здесь в безопасности, уверяю вас.

Я бросаю через плечо последний взгляд на четырёх драконов, прежде чем мы следуем за ним внутрь. Странно находиться во дворце среди бела дня. В прошлый и единственный раз, когда я ступала сюда, всё было под покровом ночи, и я не мог по достоинству оценить всё то величие, которым кичатся Китарни. Белый мрамор здесь повсюду, и везде, где только можно было добавить золото, они это сделали. Полагаю, это логично для резиденции под названием Золотой дворец.

Нас ведут по изогнутым коридорам, пока мы не оказываемся в гостиной. Я наполовину ожидал, что нас приведут к королевской чете в их тронный зал, но они выбрали более неформальную обстановку.

Как только мы с Сильвейн входим, двери за нами закрываются, оставляя нас наедине с королём и королевой. Мой взгляд мечется по всем углам комнаты, но ни стражи, ни слуг здесь нет. Похоже, мы и правда одни.

— Прошли десятилетия с тех пор, как я в последний раз видел, чтобы троновианец и ледяной эльф путешествовали вместе, — начинает король Гаррен, сцепляя руки. — И я уже давно не видел твоего лица, Сильвейн.

Я всё время забываю, что большинство тех, кто сражался в Великой войне, знают друг друга. Не уверен, сыграет ли это нам на руку или нет.

Сильвейн не предлагает ни дружелюбных, ни тёплых приветствий. Выражение её лица не меняется, оставаясь таким же стоическим и суровым, каким я привык его видеть.

— Гаррен, — она переводит взгляд на королеву. Под глазами той залегли глубокие тени, и кажется, она плакала до нашего прихода. — Керес.

— Зачем вы здесь? — хрипло спрашивает Керес, её налитые кровью глаза перебегают с одного из нас на другого. — Вы пришли убить нас?

Её вопрос застаёт меня врасплох.

— Почему вы думаете, что мы здесь, чтобы убить вас?

— Теперь мы знаем, кем на самом деле была наша Илария. — Гаррен обнимает Керес за плечи. — Она ваша дочь, — мягко говорит он Сильвейн. — Когда мы удочерили её, мы ничего не знали.

— Я знаю, — говорит Сильвейн, без тени эмоций. — Мой отец воспользовался вашим желанием иметь ребёнка, чтобы избавиться от наследницы, которая была ему не нужна.

— Подождите, — я поднимаю руку. — Как вы узнали? Есть только один способ, которым вы могли узнать эту новость.

Нижняя губа Керес дрожит, всё её тело дёрганое, будто она ждёт, что вот-вот воплотится какой-то ужасный кошмар.

— Он нам сказал.

— Он? — Сильвейн тяжело шагает вперёд. — Он — это кто?

— Бастиан, — шипит она. — О, это было ужасно! — рыдает она, хватаясь за голову и вцепляясь себе в волосы. — Он был чудовищем. Он убил его. Кровь была повсюду. Столько крови, — бормочет она, обхватывая себя руками и слегка раскачиваясь. — Столько крови.

— Бастиан был здесь? — настаиваю я, и надежда врывается в мои лёгкие. — Он всё ещё здесь?

Гаррен качает головой.

— Он был здесь несколько недель назад. Рассказал нам про Иларию, а потом… — король тяжело сглатывает.

Что здесь, демон побери, произошло? Они в ужасе. Я переглядываюсь с Сильвейн. Когда я думал о встрече лицом к лицу с Китарни, я ожидал высокомерия, может быть, даже сопротивления, но к такому я не мог подготовиться. Они — пустые оболочки, измученные и напуганные.

— А потом что? — спрашивает Сильвейн, когда молчание затягивается дольше, чем становится терпимо.

Слеза скатывается по щеке Гаррена и исчезает в его бороде.

— Он превратился в чудовище прямо у нас на глазах. И убил своего отца.

— Ваш Верховный генерал мёртв? — мои глаза расширяются.

— Бастиан присвоил себе его титул, — объясняет Гаррен. — Нас держали пленниками в собственном доме. Пока он не уехал, все жили в страхе. Бастиан постоянно повторял, что вернёт Иларию домой. Говорил, что ей промыли мозги и он заставит её увидеть свет.

— Но на самом деле бояться нужно было не его, — хрипло вставляет Керес. — А женщину с красными глазами.

— Веспер, — говорю я, и она кивает, вздрагивая, когда слышит это имя.

— Она чистое зло. Она постоянно нашёптывает Бастиану на ухо, — Керес проводит ладонями по щекам. — Почему он не видит, что она использует его? Он думает, что всё контролирует, — она качает головой, и её взгляд мутнеет, — но он пешка в её игре. И когда он это поймёт, будет уже слишком поздно.

— Вы знаете, где он сейчас? — продолжает допрос Сильвейн, удивляя меня тем, насколько спокойно и собранно она держится под этим колоссальным давлением. Не может быть легко слушать всё это и не тревожиться. — Куда он мог увезти Аурелию?

— Аурелия, — с благоговением произносит Керес. — Точно, это ведь её настоящее имя, да? Ты выбрала для неё прекрасное имя, Сильвейн. Мне так жаль, что мы… — её губа дрожит. — Мне так жаль, что мы лишили тебя материнства.

Сильвейн наконец смягчается и подходит к Керес. Она кладёт ладони на лицо королевы.

— Тот, кто виновен в похищении Аурелии, уже понёс наказание. Вы тоже были жертвой в этой истории. По моей книге, на ваших ногах нет вины. Но сейчас Аурелии нужна наша помощь.

— Помощь? — глаза Керес расширяются. — Что с ней случилось?

— Бастиан и Веспер напали на Троновию и забрали её, — я сразу перехожу к тому, что действительно важно. — Она дочь Энвера Сола и наследница. Им нужна её кровь, чтобы открыть портал в Мальволио.

— Порталы были уничтожены, — бледнеет Гаррен.

— Пожиратели Душ Бастиана восстановили свой, — просто говорю я и вижу, как он становится пепельно-белым. Страх сжимает его, я ясно вижу это.

— Но если то, что вы говорите, правда, и всё, что им нужно, — это её кровь, чтобы открыть его…

— Нам нужно найти её, — перебиваю я его. — Возможно, уже слишком поздно. Когда они схватили её, у них была фора.

— Портал в Мальволио находился где-то в пустыне, — вспоминает он, потирая виски. — Мне так жаль, я не помню точно, где именно он был расположен.

Крики жителей Мидори снова прорезают воздух. Я бросаюсь к балкону. На улицах хаос, пока над головой проносится огромная тень.

Успеваю заметить ещё одного дракона, пронзающего облака. Я щурюсь, когда Сильвейн присоединяется ко мне.

— Это не наши драконы.

Она качает головой, поднимая руку ко лбу, чтобы лучше видеть.

— Это песчаный дракон.

— Песчаные драконы живы? — резко поворачиваюсь к ней.

— Похоже на то, — говорит она так, будто это самая нормальная вещь на свете. — А значит, Алем Назир всё-таки выжил. Единственная причина, по которой он мог прислать вестника, — произошло нечто, переворачивающее мир.

— Например, в пустыне открылся портал?

Мы переглядываемся и возвращаемся внутрь. Через несколько минут в комнату вводят мужчину с бронзовой кожей и золотыми доспехами всадника. Он окидывает всех взглядом по очереди, прежде чем сделать тяжёлый шаг к Гаррену.

— Я принёс послание от генерала Назира из Вашбехтэйна.

— Алем жив? — Гаррен выглядит так, будто у него сейчас случится сердечный приступ, если из его прошлого внезапно появится ещё больше призраков.