Читать книгу 📗 Опасная наследница второй очереди (СИ) - Окишева Вера Павловна "Ведьмочка"

Кем надо быть, что бы стать таким извращенцем и наслаждаться чужой болью и страданиями?

У меня был приятель в приюте, он всегда говорил мне, что нельзя сопротивляться, если сопротивляться, будет только больнее. Я никогда не понимала его слов, пока не стала взрослее. Но я все же сопротивлялась всегда. И выиграла бой, а он нет. Я даже не знала, жив ли он, но и желания узнать его судьбу не испытывала. Потому что боялась узнать, что я не права, и надо было слушать его.

Я буду сопротивляться всегда. Лучше умру, но не сдамся!

Нож уперся кончиком в кафель плитки, я с трудом разжала зубы, выпуская воздух сквозь них. Руки так и чесались вырезать на коже брата свою фирменную букву «Ви», но я сдержалась. Не дам повода федералам искать меня здесь. У меня еще много работы. фонд Марка. Теперь понятно, что взносы в него, это не что иное, как цена на услуги. Надо уничтожить их всех, подчистить ряды элиты Полуния.

Глава 9

ГЛАВА 9. УТРЕННИЕ НОВОСТИ

Утром, открыв глаза, я сладко потянулась. Приятная ломота во всем теле, благостное настроение в душе, прекрасный настрой для раннего утра и пусть поспать пришлось всего четыре часа! Ночь выдалась удачной, как и моя охота!

Размявшись прямо в постели, я вытягивалась словно кошка, вспоминая ночное похождение. Вернулась я громко, весьма шатаясь, облилась шампанским, чтобы запах от меня соответствовал легенде. Укор во взгляде управляющего нисколько меня не отрезвил, а только развеселил, давая понять, что актриса из меня хорошая.

А как я громко стучалась к Варюше в дверь, желая пошушукаться с ней о молодом, о женском. Меня, конечно же, не пустили. Тетушка стояла на страже нравственности своей дочурки, отругала меня, что спать не даю, и приказала заткнуться. Вот прямо так и сказала. Эх, я смотрю, никто меня не любит в этой семейке, да и я не горела желанием чувствовать к ним привязанность.

Переодевшись в спортивное трико, я вышла на пробежку, радостно приветствуя весьма удивленного Освальда. Бедняга явно не ожидал увидеть меня в столь бодром состоянии. Я заказала ему на завтрак яичницу из трех яиц, легкий салат и апельсиновый сок, прежде чем покинуть особняк.

– Если нет апельсинового, то можно томатный, от похмелья самое то! – крикнула я ему, сбегая по ступенькам с крыльца.

Классическая музыка в наушниках, теплый ветерок, зелень сада и плавные повороты садовых дорожек приподняли настроение до максимума. Я даже почувствовала себя счастливой. Вот бы каждое утро так встречать. Это намного лучше, чем в Москве! И воздух чище, и народу НИКОГО!

Местное солнце еще не припекало, но уже поднялось, проблескивало сквозь кроны деревьев. Я мысленно отсчитывала свои шаги до ста и обратно, думала о поездке на виноградники. Меня очень заинтересовала личность начальника завода – Федора Побережного. Мужчине было уже за шестьдесят, двое детей, которые тоже вовлечены в винодельный бизнес, жена же занималась виноградниками. Весьма успешный автор нескольких сортов наших семейных вин, Федор Яковлевич был лауреатом нескольких наград, и я понимала, что упускать такого уникума было бы просто глупо. Возможно, что виноградники Франту особо и не нужны были, а только наш умелец? Нужно было посмотреть на эту семью Побережных и понять, что на самом деле представляло ценность: сорта винограда или же люди.

Вернувшись домой через час, наскоро приняла душ. План сегодняшнего дня практически сформировался в голове. За завтраком радостно улыбалась заспанной Варюше.

– Ты, смотрю, Варя, не выспалась. А у нас сегодня столько всего запланировано, поездка на виноградники, дегустация вин. М-м-м! Ну же, Варвара, просыпайся скорее, нас ждут великие дела!

– Да, а кто виноват в том, что я не выспалась!

– И кто же? Неужели у тебя появился кавалер, и вы с ним переписывались до самого утра? - ахнула, выставляя себя романтичной натурой, как в старых фильмах.

– Ты! Это все ты! Ты не давала мне спать всю ночь!

– Я? Да что ты такое говоришь, я мышкой вернулась в свою комнату и спала сном младенца до самого утра!

– Да какой мышкой! Ты издеваешься или реально не помнишь, как ломилась ко мне в комнату?

– Извини, я, наверное, дверью ошиблась? Но проснулась я в своей комнате, значит, ты меня не пустила.

– Конечно не пустила! Ты пьяная была и буйная! Разбудила среди ночи, а потом с самого утра топала по коридору!

– Я на пробежку вышла. Спорт великая сила, помогает поддерживать фигуру и здоровье в норме! Тебе бы тоже не помешает заняться спортом, а то у кого-то жирочек на животике, – я подразнила ее как маленького ребенка, еще и попыталась ткнуть шутя пальцем в живот.

Варвара взвизгнула, отбросила салфетку и убежала из столовой. Я отпила апельсиновый сок, проводив ее взглядом. Какая она мерзкая все же. Избалованная принцесса. Ну ничего, ничего, перевоспитаем.

Когда я заканчивала завтракать, в столовую царственно вплыла тетушка Аглая собственной персоной.

– Доброе утро, тетушка. Что-то вы с Варварой такие сони! А ведь у нас поездка, к полудню Лукар поднимется высоко и будет опасно для кожи находиться под прямыми лучами. В вашем возрасте загар не к лицу, морщины будут, - поприветствовала я родственницу.

– Оно не доброе, потому что кто–то всю ночь буянил, – осадила меня тетка.

– Да? И кто же это был? Ничего не слышала.

Тетка фыркнула.

– Потому что это была ты! Что за мода приходить домой под утро и шуметь? Постыдилась бы своих дурных плебейских привычек.

Вот гадина! Это мои привычки плебейские?! Тогда какие у них, у высокородных, привычки? Одну я как раз вчера ночью видела вживую!

Я демонстративно посмотрела на экран коммуникатора.

– Я вызвала такси в час ночи. Какое же это утро? - улыбнулась я Аглае. – Но оставим мои привычки и вернемся к вашим. Кто рано встает тому Бог подает, не слышали такую поговорку? Уже пока выезжать, а вы даже не поели, непорядок. Мы же едем на дегустацию. На голодный желудок развезет. Так что поешьте поплотнее.

С этими словами, пожелав приятного аппетита, я ушла переодеваться.

Ожидать своих родственников в холле я решила в обществе Освальда, заодно уточняя подробности семейного бизнеса, разглядывая очередное полотно, поражаясь, как никто из родственников не узнал кисть знаменитого мастера Пьера Шанте, который обожал рисовать виноградники. Я не особо любила живопись, но увлекалась аукционами, а чтобы понимать, сколько стоит лот, порой углублялась в изучение темы достаточно глубоко. Это полотно на аукционах Земли могло стоить больше двух миллионов кредитов, вполне себе большая сумма. Дядюшка на первом этаже развесил не самые дорогие картины, но Господи, они все были подлинниками! Целая коллекция одного художника! Безумие, которое мне не понять.

– Они были знакомы? – неожиданно даже для себя уточнила у Освальда.

Тот задумчиво оглядел картину, затем мотнул головой.

— Насколько мне известно – нет.

– Странная избирательность, – пробормотала я.

– Да, я тоже так подумал.

– О чем вы? - раздалось сверху.

Тетушка соизволила наконец–то сойти до нас убогих. Она величественно шла, придерживая широкие поля шляпы. Прислушалась к моим словам о морщинах? Какая прелесть.

– Об этих репродукциях, - махнула я рукой.

Тетушка подошла поближе и взглянула на картину.

– У Максимилиана всегда был дурной вкус. А эту мазню он покупал у какого–то студента. Говорил, что у него талант, ну и где теперь этот нищий?

О, я знала где! На Земле, выставлялся в Лувре и Третьяковской галерее! Его картины покупали для частных коллекций, и он весьма богат. Но об этом не стоило знать заносчивой тетушке. Пусть и дальше нос воротит.

– Возможно, что-то привлекло дядю. Я, конечно, не понимаю ничего в искусстве, но, видимо, он обожал виноградники. Это же виноград нарисован? - я подслеповато сощурилась, подалась ближе к картине, с весельем слушая недовольное цоканье тетки. Так приятно, слушала бы вечность.