Читать книгу 📗 Доченька от бывшего. Нарисую новую жизнь (СИ) - Вишневская Виктория

Доченька от бывшего. Нарисую новую жизнь

Виктория Вишневская 

ГЛАВА 1

Гордей

«Зай, у меня проблемы. Ответь на звонок!».

Игнорирую сообщение от жены. Знает, что у меня встреча, но всё равно написывает и разрывает телефон.

– Торговый центр готов к эксплуатации. За исключением детской игровой комнаты, – зачитывает помощник с бумаг, отвлекая мое внимание от экрана смартфона.

Коротко киваю и закидываю кусочек мяса в рот. Наконец-то скоро я разберусь с этим зданием, вычеркну из своих дел, и смогу есть не на бегу. После этой встречи у меня сразу же совещание.

– Пожарная безопасность? Проверили?

– Были специалисты, всё утвердили.

– А что по игровой? – хмурюсь. Припоминаю, что проблем с ней не было – конструкции прочные, под детьми ничего не обрушится.

– Отделка не завершена. Екатерина Михайловна захотела роспись многих стен. Чтобы было сочнее, ярче. И цитирую: «не так депрессивно».

Рефлекторно киваю, соглашаясь.

– Сделайте в кратчайшие сроки, – откладываю вилку и хватаю салфетку. – Найдите художника, на всё две недели. Дальше уже открытие.

– Будет сделано.

Телефон снова вибрирует на столе.

– Как же ты меня задрала, – выпаливаю сквозь зубы и грозно отвечаю на звонок жены: – Да, Кать, что тебе надо?

– Гордей, у меня паника! – вопит в трубку. Напрягаюсь, слыша на фоне какой-то неразборчивый шум. – Я не знаю, что делать!

– Что случилось? – спрашиваю со вздохом. Ноготь сломала? Причёску сделали не ту? Или кто-то нагрубил?

– Я только что сбила человека, – дрожащим голосом шепчет Катя. На меня словно ванну со льдом опрокидывают. Кровь в венах леденеет, и не могу сделать и вдоха. – Мамку с ребёнком.

Пальцы стискивают телефон.

– Дура, – выплёвываю, подрываясь из-за стола и забывая об Илье. Говорил же отучиться на права, а не покупать их! Глупая овца! – Где ты?

– Возле твоего холдинга. Гордей, мне страшно… Она не встаёт, а ребёнок плачет. Тут люди начинают собираться.

Матерюсь себе под нос, и сам не понимаю, как несусь прочь из ресторана. Забываю даже заплатить, и надеюсь в этом на помощника.

Катя – дура. Наверняка снова зевала за рулём. Это уже третья авария за год. И вечно из-за её невнимательности. Но человека… Она сбивает впервые.

Особенно девушку с ребёнком.

Млять, только этого мне сейчас не хватало!

Звоню знакомому менту. Чтобы эту дуру не оформили, а дело о сбитом человеке не пошло в массы. Из-за не смотрящей по сторонам овцы у меня могут быть проблемы.

А если мамашку ещё и насмерть сбила… Это тотальный трындец. Ребёнка оставила без родителя. В прессе не отмоешься.

Вылетаю на улицу, сажусь в тачку и направляюсь в холдинг. Не успеваю доехать до него, как уже нахожу место аварии. Помимо Катиной машины, здесь уже стоит скорая и ДПС. Благо мент не левый, свой. Ещё и шишка большая.

Вылетаю из своей тачки, и не обращая внимания на жену, ругающуюся через окно своей машины с какой-то женщиной, направляюсь к Косте.

– Чтобы тебе за всё воздалось! – доносится до меня голос женщины-скандалистки. Стискиваю зубы, и не обращаю на них никакого внимания.

Не до них сейчас. Потом поговорю с Катей.

– Гордей, убери от меня эту сумасшедшую! – вопит снова.

Игнорирую жену, подхожу к Косте, начальнику ГИБДД. Лично приехал, что радует.

– Что там? – спрашиваю с нетерпением.

– Повезло тебе, – качает головой и кивает на машину скорой помощи.

Перевожу взгляд на потерпевшую. И столбенею, ощущая, как земля уходит из-под ног. Кислорода моментально начинает не хватать, а сердце останавливается вместе с моим дыханием.

Знакомые черты лица мелькают перед глазами.

Там, в машине с красным крестом, с перевязанной головой, сидит Настя.

Настенька, Настюша…

Голова кипит, все органы скручивает.

Эмоции переполняют. Восторг, ненависть, беспокойство. Всё смешивается воедино. Но преобладает злость. Не щадящая, сносящая всё на своём пути.

От бинта у неё на голове. От выступающей крови. И от своей жены. Я готов лично сломать Кате ноги, которыми она не умеет пользоваться и жать на педаль тормоза. И всё из-за Покровской. Этой девчонки, перевернувшей однажды мой мир. Пробудившей во мне чувства.

Бывшая… При воспоминании от которой до сих пор срывает башню.

Между нами ничего нет. Всё кончено. Она не моя. Чужая. Я сам так решил.

И теперь убеждаюсь в этом ещё сильнее.

Не моя.

Судя по полугодовалому малышу у неё на руках…

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

ГЛАВА 2

Настя

– Ленивица моя!

Смех при виде малышки вырывается непроизвольно. Сонечка заваливается на спинку, машет ручками, отказываясь одеваться. Лепечет что-то на своём, отмахиваясь от меня. От родной матери!

– Аву-у-у-у, – протестующе мычит, пытаясь перевернуться на бочок и отползти.

– Вот как ты, значит, с мамочкой, – часто дышу, с трудом натягивая на малышку носочки. Под громкий детский крик поднимаю её с постельки и заворачиваю в тёплый комбинезон. Что сегодня за капризы?! – Хватит дома валяться, надо гулять идти.

Пытаюсь говорить бодро, но кроха продолжает протестовать и кряхтеть.

– Свежий воздух полезен. На птичек посмотрим, на деревья.

Не прекращаю общаться с мышкой, и мы наконец-то благополучно одеваемся. Пока она лежит спокойно несколько минут, накидываю на себя длинный пуховик, повязываю шарф. Обуваюсь уже с ребёнком на руках.

Дальше всё по схеме. Дочка под мышкой, а я вытаскиваю на улицу коляску. Благо, первый этаж! Иначе в одиночку я бы точно сошла с ума проводить этот ежедневный ритуал.

– Так, – командую у подъезда, поёжившись от холода. Ох уж эта зима, нос замёрз спустя минуту на улице. Натягиваю шарф на лицо, а заодно поправляю плед на дочери. – У нас по плану магазин. У тебя закончилась присыпка, пюрешка, а у меня – моющее средство для посуды. Потом мы…

– О, Настенька!

Прерываюсь, оборачиваясь. При виде Людмилы, нашей соседки, начинаю улыбаться.

– Здравствуйте, тёть Люд!

Добродушная женщина, чей сын по дружбе постоянно помогает мне, как всегда мила. Подходит к коляске, заигрывает с Сонечкой. И моя общительная куколка хвастается своими первыми молочными зубами, широко улыбаясь.

– Ты что же, опять коляску одна тащила? – негодует женщина, выпрямляясь.

– Ну, а что делать, – пожимаю плечами, не жалуясь на будни. Одна привыкла уже всё делать. Несмотря на то, что частенько гуляю с Василисой, женой брата, и другими знакомыми мамочками. Но сейчас незапланированная вылазка в магазин.

– Колю бы попросила, – осуждает. А потом всплескивает руками и вспоминает: – Ах, он же на работе.

– Да-да, на работе, – подтверждаю. – Так бы нам только в радость!

– У него завтра выходной, вместе погуляете. Ладненько, иди, Настюш, не буду отвлекать вас и на одном месте морозить. Хорошей прогулки с малышкой! – улыбается, еле-еле передвигаясь по лестнице к подъезду.

– Спасибо!

– Аву-у-у! – мычит доченька, провожая соседку громким воем. Настроение поднимается, и я даже хочу достать телефон, чтобы позвонить Коле, но… Тут же прячу обратно в карман. Во-первых, он на работе. Во-вторых, не хочу давать парню надежду.

В-третьих… Я не готова пока никого впускать в свою жизнь. Для меня самое главное – моя доченька. И никто нам не нужен. Нам и вдвоём неплохо.

– Да, малышка? – спрашиваю скорее себя, чем её. И, схватившись за ручку коляски, везу дитя по заснеженной дорожке.

Куколка в этот раз не спит, а с интересом разглядывает прохожих.

Все умиляются ей и обязательно отмечают, как мы похожи.

Конечно, моя копия!

Под довольное гуление моего солнышка мы останавливаемся на пешеходном переходе.

– Сейчас загорится зелёный, и мы пойдём, – болтаю с Соней. Привыкла озвучивать свои мысли. И для дочки полезно, и для меня. Чтобы с ума не сойти. – Три, два, один…