Читать книгу 📗 Лекарство от предательства (СИ) - Фиори Рина

– Меня зовут Баринов Кирилл Александрович, – протягиваю руку для приветствия, – а тебя?

Девушка сужает глаза, сканируя пристальным взглядом протянутую ладонь.

– А-алиса, – заикается, – Алиса Липецкая.

– Отлично, – провожу проигнорированной рукой по волосам, ненароком задевая пластырь. Морщусь.

Реагирует мгновенно, вспыхивая, словно спичка.

– Что… у вас? – дрожащий голос ничем не выдаёт настоящего медика. Ну, точно девчонка не на своём месте.

– Всё нормально, – грубо обрубаю, не давая съехать с темы. – Ты понимаешь, что эта машина только недавно из салона?

Кивает, громко шмыгая носом. Нет, только не слёзы, терпеть не могу, женские истерики.

– Но я заплачу… – лепечет растерянно. Сама не верит, что потянет ремонт нового автомобиля. Пусть даже такой пустяковый.

Но мне ведь не ремонт нужен, а совершенно другое.

Поднимаю вверх руку, призывая её замолчать. Смотрю сверху вниз, испепеляя взглядом настоящего хищника, полностью подчиняя себе жертву.

– Мне нужна сиделка, для бабушки, – уточняю, предотвращая какие-либо предположения на этот счёт. – И ты прекрасно подходишь на эту роль.

Серые глаза темнеют, подобно грозовым тучам, Алиса хмурит тонкие брови.

– Я даже буду платить тебе зарплату, только ты должна проводить возле бабули хотя бы пару часов в день, – уточняю детали.

– Я не понимаю… – Алиса шокирована моим предложением, да я и сам не ожидал от себя такого.

Моя бабушка живёт одна. Из принципа не переезжает ни к моим родителям, ни к родителям Димки. Хотя и одни, и вторые не раз предлагали, старушка утверждает, что дни доживать будет в своём доме.

Но при всём при этом она требует нашего постоянного присутствия, жалуясь на одиночество и тоску. Словно издевается, звоня в семь утра и спрашивая высокомерным тоном, чья сегодня очередь навестить драгоценную бабушку.

Нет, мы её все очень любим, она достойно воспитала наших с Димкой отцов, рано оставшись без мужа. Но набирающий обороты маразм значительно усложняет нашу жизнь. Впрочем, неизвестно каким буду я в восемьдесят лет.

Идея нанять сиделку давно зрела в моей голове, но всякий раз я уговаривал себя не торопиться, не перебрасывать заботу о бабушке на чужие плечи. Тем более пару раз мы всё-таки нанимали профессионалов, однако, такие эксперименты заканчивались скандалом.

Но Алиса…

Она показалась мне не такой чёрствой, как многие её коллеги, мягкой, участливой. А теперь ещё и «должна» мне, если эту маленькую оплошность можно приравнять к долгу.

Но мне сейчас на руку наивность девчонки, и я планирую ею эгоистично воспользоваться.

Глава 10

Алиса

– Я не понимаю… – роняю еле слышно.

Баринов ведёт себя крайне странно, а его предложение и вовсе вгоняет меня в ступор. Ещё и телефон начинает пиликать в заднем кармане, и я запоздало понимаю, что ушла, ничего не сказав подруге.

Ну, как ушла – меня утащили, но этот факт не отменяет того, что Настюха вполне могла потерять меня за те десять минут, что я мило общаюсь с Бариновым.

Мужчина пытается мне как-то объяснить своё предложение, но мои уши словно забиты ватой. Ничего не понимаю, когда вижу, как из дверей клуба плавной неуверенной походкой выходит мой жених. На нём чёрные узкие джинсы, делающие длинные ноги бесконечными, и кожаная куртка, которую я подарила Вороновскому на день рождения.

Рядом с Андреем вышагивает какая-то белобрысая девица в вульгарном коротком платье. Если быть точной, девушка практически висит на парне, а её рот не закрывается от громкого смеха.

Кирилл Александрович продолжает говорить, вкладывая в мою руку свою визитку, но я его не слышу совершенно. Всё моё внимание сосредоточенно на парочке, притормозившей неподалёку от нас с Бариновым. Как специально.

И лучше бы мне отвернуться или вовсе закрыть глаза, но я продолжаю смотреть на то, как мой бывший возлюбленный кладёт ладонь на затылок девушки, резким движением притягивает её к себе и грубо целует в губы.

Он и меня целовал также, хотя я пыталась несколько раз намекнуть на то, что хотела бы чуть больше нежности с его стороны. Но при всём притом убеждала себя, что каждый проявляет чувства, как умеет.

Руки Андрея изучают тело девушки, гладят её талию, а потом опускаются ниже. Блондинка хохочет в очередной раз, а Андрей вскидывает голову и застывает.

Смотрит вдаль, не подавая никаких признаков жизни. Словно превратился в камень. Неужели заметил меня?

Кивает. А точёные, словно изваяние великого скульптора, губы расплываются в ехидной улыбке. Так значит?

Перевожу взгляд на Баринова. Он стоит слишком близко, нависая надо мной огромной скалой, и не говорит больше ни слова. Ждёт моего ответа, но я сейчас не в состоянии думать о чём–то кроме Андрея и его насмешливого взгляда.

И опять в голове проносятся слова подруги. «Отомстить» – отдаёт эхом в сознании, когда я тянусь вверх и срываю неловкий поцелуй с губ Кирилла Александровича.

Пытаюсь отпрянуть, как от удара током, но крепкие руки ложатся на мою талию и не позволяют сдвинуться с места. Нежный поцелуй, практически невесомый, но такой яркий, что я совершенно забываю обо всём, что творится вокруг.

А когда открываю глаза, понимаю, что ни Андрея, ни его спутницы уже нет. Они растворились, будто были лишь плодом моего воспалённого воображения.

Провожу пальцами по губам, на которых всё ещё ощущаю вкус другого мужчины. Хочу провалиться сквозь землю, когда понимаю, что наделала. И как объясниться с Бариновым, даже не знаю.

– Если ты думаешь, что сможешь так расплатиться… – мужчина медленно цедит каждое слово, а у меня в груди загорается огонь.

Всё печёт и болит от понимания своего положения. Как можно было выставить себя ещё большей дурой, спросите вы? Легко. И с этой задачей я прекрасно справилась.

– Нет, нет! – отчаянно машу руками, пытаюсь увеличить расстояние между собой и Кириллом Александровичем. И в итоге оказываюсь практически сидящей на капоте его машины. – Я не хотела, простите, простите!

Опускаю взгляд и смотрю на маленькую карточку, зажатую в моей руке. Лавина воспоминаний давит на мозг с такой силой, что я забываю и про Андрея, и про поцелуй. Теперь на мне висит ещё один долг, будто мало мне было проблем из-за свадьбы.

– Я верну, я заплачу, – продолжаю бормотать, словно заклинание.

Проскальзываю мимо мужчины и исчезаю в дверях клуба, желая как можно скорее отыскать подругу и уехать отсюда подальше.

Рухнуть дома на кровать, закрыть глаза и забыться таким сном, после которого ни одно воспоминание не потревожит.

Но на деле я до трёх часов утра не могу сомкнуть глаз, и только ненадолго забываюсь до будильника.

На смене радует отсутствие вызовов с утра, поэтому мы с Екатериной Сергеевной спокойно потягиваем кофе в нашей коморке.

– Я отлучусь ненадолго, – сообщаю женщине, отставляя в сторону пустую чашку. – Если что – на телефоне.

Демонстрирую мобильник, опуская его в карман формы, и скрываюсь за дверью.

Минуя коридор, оказываюсь возле кабинета заведующей. Уверенно поднимаю вверх руку и стучу кулаком в дверь, стараясь заглушить разгорающуюся внутри панику.

– Да-да, – слышу недовольный голос начальницы.

Прохожу внутрь, здороваюсь, но к её столу не приближаюсь.

Валентина Георгиевна – очень строгая женщина. Она не любит, когда её отвлекают по пустякам, но у меня очень важное дело.

Заведующая поправляет на носу очки и смотрит на меня, сведя брови к переносице. Её тщательно уложенные каштановые волосы остаются неподвижными, даже когда Валентина резко качает головой, давая мне приказ отмереть. Интересно, сколько лака уходит на такую укладку?

– Чего тебе, Липецкая? – голос начальницы прокатывается по помещению, отскакивает от стен и оседает в груди, заставляя сердце забиться от испуга.

– Я пришла попросить дополнительные смены, – сиплю севшим голосом, предвидя надвигающуюся бурю в лице Валентины Георгиевны.