Читать книгу 📗 Сюрприз из прошлого (СИ) - Кравцова Алиса

«Так, Поля, просто смирись. Бежать некуда».

— Сейчас мы нашей, эмм... Полине? Да. Сейчас мы нашей Поленьке завяжем глазоньки. Ага, вот так. Положим ее на стульчики, да-да, не уроните. И рученьки вяжите.

Сгорая от стыда, почувствовал, как по мне что-то раскладывают. Интересно, Влад уже сбежал? А конкурс будет такой же позорный как "Кукушечка"? Стоит ли мне уже сейчас бежать отсюда, чтобы вызвать психиатрическую помощь?

— А нашему мальчику мы сейчас тоже завяжем глазки. Завязали? О-па, вот и славно. Теперь-то он уже никуда не убежит. Да и как можно убегать от такой красоты? Да, Владик?

Влад прохрипел что-то невнятное в микрофон, и я замерла, не зная, чего ожидать.

— Ну а теперь мы завяжем Владу руки сзади, и наш мальчик ртом будет собирать с Поленьки ягодки.

Что?!

Я рыпнулась, но чуть не свалилась со стула. Кто-то тут же аккуратно поправил меня, чтобы не свалилась. Еще эта повязка на глазах. Ну не кричать же мне в самом деле?

Вновь сменила песня в колонках и зычный голос ведущего крикнул:

— Приятного аппетита...

9

Полина

В уши ударила тишина, хотя я была уверена, что и музыка все так же оглушающе играла, уносясь звуками ввысь, и отряды весело улюлюкали, упиваясь свободой и радостью бытия, и море шумело, ударяясь о песчаный берег, и даже чайки о чем-то все так же кричали над волнами. Вокруг меня образовался вакуум. Пустота, наполненная лишь ожиданием чего-то терпкого и странного, чего-то, чего со мной никогда прежде не случалось и о чем я даже и помыслить не могла. Потому что я вдруг представила, что Влад сейчас будет искать губами ягоды, щедро рассыпанные по моему телу... от одной только мысли об этом стало жарко и весь мир исчез, будто скрылся за занавесом в театре.

Застыла в томительном ожидании и вдруг почувствовала нежные прикосновения в районе живота. Ох... только бы он не спустился ниже, потому что я могу и коленом случайно ударить от неожиданности. И вообще, я вроде бы вся из себя такая приличная, но как же это волнительно... Прикосновения возле груди заставили вытянуться в струну и тут я услышала тихое:

— Не бойся, я аккуратно... — и вместо успокоения только взволнованно дернулась.

От звука его голоса, от одного его тембра, и этого эротичного «не бойся, я аккуратно» сердце забилось часто-часто, пытаясь вырваться из груди и мешая дышать.

Почувствовала, как ягоды покатились вниз, но одну он все-таки успел поймать. Она была где-то в районе шеи, может попала в ямочку, и когда губы Влада коснулись кожи, горячая волна возбуждения прокатилась по всему телу. Я вздрогнула, совсем рядом с лицом ощущая его разгоряченное, обжигающее дыхание и кажется совсем перестала дышать. И плевать мне было, что вокруг люди и что все это для них всего лишь развлечение. В конце концов здесь каждый отрывается как может, а я всего лишь позволяю целовать себя синеглазому парню. Для меня это было больше, чем просто развлечение... Для меня это стало откровением. Кажется, я по-настоящему влюбилась.

***

Словно оглушенная, почувствовала, как мне развязывают глаза, потом руки. После повязки нужно было привыкнуть к яркому солнечному свету и первый, кого я увидела, прозрев, был конечно же он. Смущенно опустила голову и поторопилась уйти из центра круга. Смотреть ему в глаза после всего, что только что случилось, было невыносимо и я вновь ругала себя за глупость. Надо же было на такое подписаться, совсем мозгов нет. Вокруг нам аплодировали и что-то продолжал вещать ведущий и зло косилась Маринка, а я неслась с пляжа вон, только бы скрыться подальше от стыда, от него и от самой себя.

Но от себя не скроешься...

Больше всего боялась, что кто-нибудь пойдет за мной, но нет. Обернулась уже уйдя довольно далеко, туда, где вокруг не было ни души. В тайне-то, конечно, я надеялась, что он пойдет следом, что-то скажет...как-то все это объяснит.

Села на берегу, где не было ни души. Море все так же скручивало пенные барашки, рассыпая их о берег, все так же яростно кричали чайки, и небо было все таким же голубым и солнечным, только меня почему-то это больше не радовало. Больше всего на свете хотелось чувствовать его дыхание на своей шее и слышать его голос...

Влад

Я готов был сгореть со стыда за тамаду, которого притащила мама. Я честно не знаю, откуда она его выкопала, может кто-то из подружек, справлявших свадьбы в далеких девяностых, посоветовал, но ё-маё! Такого кошмара я, пожалуй, еще никогда прежде не видел. Надо бы сказать маме, чтобы в следующий раз нанимала профессиональных менеджеров, администраторов, ну на худой конец советовалась со мной по таким вопросам. Это хорошо, что у нас основная публика весёлая и без комплексов, а так пиши-пропало...

Еще эта Марина в роли кукушечки — это теперь моя отдельная тема у психотерапевта. И угораздило меня вчера именно с ней залечивать раны.

В толпе увидел мать, она с таким азартом и счастьем на лице наблюдала за народными гуляниями, что у меня просто язык не повернулся её критиковать. Ладно уж... люди вон веселятся, Маринка счастлива, мать довольна, так чего я, собственно, выкобениваюсь? Просто в следующий раз надо бы поподробнее разузнать у нее про предстоящие сюрпризы.

Я уже планировал сбежать, чтобы поплавать вдали от народа, как вдруг увидел Мальвину. Она чуть ли не единственная стояла, открыв рот, и с немым ужасом в глазах наблюдала конкурсы от тамады. Усмехнулся, развернулся и тут услышал:

— И ты, парень. Эй, слышишь? Ты, ты. Иди-ка сюда.

Не понял... ну это я не понял, а все вокруг уже толкали меня в центр круга, где уже стояла перепуганная и красная как рак Полина. Была, конечно, трусливая мыслишка сбежать, но присутствие рядом Мальвины давало определенную надежду на то, что конкурс не станет для меня чем-то неприятным.

Так оно и оказалось.

Когда ведущий рассказал условия, с удовольствием заметил, как вновь зарделась блондиночка, как заблестели глаза и испугано приоткрылся рот. Надеюсь, я не так же сейчас выгляжу...

Пока ей завязывали глаза, пока клали на стулья, я, чувствовал, как потеют ладони и пересыхает во рту. Наконец и мне завязали глаза и когда я присел перед ней на колени, за спиной связали руки. Одними губами я должен был съесть все ягодки с её тела. Одна мысль об этом сводила с ума, не то, что действия.

Итак... с чего бы начать... прикинув примерно, куда наклоняться, чтобы не попасть в неловкое положение, угадал. С завязанными глазами и руками буквально ткнулся в упругий живот и порадовался, что не промахнулся. Было бы забавно, если бы Мальвина ударила меня коленом в челюсть. Когда прикоснулся, чтобы взять губами ягоду, Полина дёрнулась и меня захлестнула волна удовольствия от процесса. И плевать, что вокруг толпа народа, а мы будто прилюдно занимаемся любовью. Плевать. Я впервые в жизни получал такой странный, ни на что не похожий кайф, что сейчас был готов буквально на все, только бы и дальше собирать ягодки с ее вкусно пахнущего тела. Когда коснулся бугорка, Мальвина дернулась, будто ее пронзило током и кто-то позади меня рассмеялся, что она уронила все ягодки. Ну как так... должна же была остаться хотя бы одна, так нечестно!

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Провел носом выше и нашёл. Маленькая, манящая, сладко пахнущая малинка. Слегка покатал ее по впадинке на шее, а то, что это именно она, понял, ткнувшись лбом в подбородок Мальвины. Взял малину в рот так, чтобы губами коснуться открытой шеи и почувствовал, как она застыла, замерла от моего движения. А мне так захотелось целовать ее дальше и выше, коснуться сладких губ, что, когда кто-то подошел, чтобы развязать мне глаза, я чуть не выругался от негодования.

Мальвина все еще лежала, но уже с открытыми глазами. Смотрела так, будто... так, как никогда на меня еще не смотрела. В них одновременно застыли ужас от содеянного и удовольствие от полученного. И тут она будто пришла в себя. Еще шире распахнула зеленые глаза, резко встала и понеслась вон с пляжа, а я не стал ее останавливать или идти следом. Пусть приведет свои мысли в порядок. Мне и самому не помешает это сделать.