Читать книгу 📗 После развода. Люблю тебя, жена (СИ) - Безрукова Елена

Звучит это, конечно… Как бы помягче сказать? Дебильно, в общем.

Я уже устала обалдевать с того, что говорил Егор.

Что он несёт? Он сам себя-то слышит вообще? Или в самом деле с ума сошёл?

— Ты головой не ударялся в последнее время, Егор? — с заботой спросила я.

А вдруг? Авария, удар… Жив, но стал дурачок. Печально, но бывает.

Это лучше, чем он реально будет отнимать у меня квартиру!

Я не очень хотела в ней жить, на самом деле, но тут — дело принципа.

Она — моя.

И его — да.

Юридически мы оба владельцы квартиры.

Но не она! НЕ ОНА!

— Нет, а почему ты спрашиваешь? — не понял он моего сарказма.

— Потому что ты несёшь такой бред, который может нести только тюкнутый головой! Причем, конкретно так тюкнутный.

— Нина, ну не до шуток сейчас твоих… Куда Юлю повезли?

— Понятия не имею. В участок. Наверное, ближайший к моей квартире.

— Нашей квартире, — снова поправил он меня.

— Моей квартире! МОЕЙ! — буквально заорала я, не сумев на сей раз справиться с эмоциями. Мне уже было всё равно, какой там истеричкой посчитает меня Егор после этой ситуации. Мне просто хотелось докричаться до него сейчас, хоть я и не была уверена, что он меня услышит… Но это был крик моей души, которая ой как болит, ой как плачет… — Ты притащил свою беременную любовницу в наш с тобой дом. В МОЙ дом. Ты просто…. Я не знаю, как тебя назвать после этого. Ищи свою красотку в участке. А от меня отстань!

Я повесила трубку и отшвырнула от себя телефон, словно он был во всём виноват.

Меня просто бомбило, едва не подкидывая до потолка от эмоций.

Меня трясло после всего, что произошло сегодня.

Меня трясло после разговора с Егором. Я впервые позволила себе наорать на него.

Раньше я никогда такого не делала. Он не позволял мне просто-напросто!

Егор очень не любил, когда я проявляла эмоции, особенно негативные: недовольство, обиду, ревность, плохое настроение. Можно было только улыбаться при нём. И улыбаться тогда, когда он улыбается. Если Егор не улыбался, не улыбаться тоже мне было нельзя.

Это буквально был какой-то запрет на эмоции…

Муж словно не принимал меня такой, какая есть. А я ведь бывала недовольной, грустной, обиженной, больной… Я же живой человек, а не робот-борщеварка, у которой нет ни эмоций, ни своих желаний, ни мнения…

И это очень грустно осознать вдруг.

Сколько лет я не могла ни слова поперёк ему сказать? Просто потому что за каждое моё слово, сказанное против, или эмоцию, выраженную не к месту, как считал Егор, я была бы наказана: игнором, лишением возможности поехать туда, куда я хотела поехать в отпуск, отсутствием близости с мужем.

Получается, он меня как будто дрессировал, чтобы я была удобная, тихая и многофункицональная жена.

Видел ли он во мне при этом жену, женщину?

Сомневаюсь. Борщеварку и уборщицу — видел. А женщину — очень вряд ли.

И мне очень больно это понимать…

Если бы он меня любил и уважал, считал своей “женщиной”, та другая никогда бы не появилась. Значит, мне отданы функции по типу варки борщей, а любовь и близость — той, другой…

Значит, меня он давно не хочет. Просто тратит моё время и пользуется моими ресурсами.

Какой же…шакал.

Просто шакал.

Жалкий, аморальный, днищенский!

Как я могла его любить такого и ничего не замечать много лет?

Как же я была слепа! Это просто ужасно…

И сколько нас таких женщин, побывавших словно в мороке, в котором мы глухи и слепы?

Ближе к ночи я получила смс-сообщение.

Удивилась. Ни от кого ничего не ждала.

Открыла и увидела, что мне писал тот капитан, который составлял со мной заявление.

“Юлию забрал мужчина. Егор. Дал откуп и забрал девушку. Но с драгоценностями продолжаем выяснять. Дайте знать, если они найдутся”.

Я вздохнула и заблокировала экран телефона.

Кто бы сомневался, что Егор, словно сайгак, поскачет спасать свою беременную девушку…

Глава 24

Кстати, да. Где же мои украшения?

Вопрос тот ещё.

Снова взяла в руки смартфон и набрала номер Егора.

Никогда не думала, что буду спрашивать у своего мужа именно это… Но — увы, теперь наши диалоги сильно изменились.

— Да.

— Егор, спроси у своей нещебродки, почему она решила, что можно безнаказанно забрать мои украшения? Я написала заявление.

— Я в курсе. В полиции сказали, — ответил он.

— И? Ты мне вернёшь моё золото или пусть заявление начинает работать? — спросила я. — Я бы, конечно, за то, чтобы она села. Не хочу забирать заявление.

— Нина, я разберусь, — ответил он серьёзно, прекрасно понимая, в каком положении оказалась его молодая и жутко глупая любовница. О чём они с ней общались? Или у них просто дружба гениталиями и на разговоры времени не хватает? — Обещаю тебе.

— Что ж… Жду их домой.

— Я привезу. Я знаю, где они.

— Когда?

— Завтра. Ты на работу выходишь?

Чёрт… Я совсем забыла, что больничный у меня кончился, и придётся вернуться в офис, где работает и Егор. Он будет моим начальником… Точнее, и был им, но раньше меня это не смущало, скорее, наоборот. А теперь как мы будем работать вместе? Не представляю себе этого…

Но и увольняться из-за него с любимой работы я не хотела — много чести ему!

И так всю мою жизнь разрушил своим мерзким поступком! Ещё теперь и работы лишит? Нет уж. Пусть терпит меня. Я никуда увольняться не планирую.

— Да. Выйду, — ответила я. — Больничный мне закрыли.

— Вылечилась?

— А что такое?

— Просто беспокоюсь о тебе. Нужна помощь какая-то, может?

Спросил в конце больничного, спустя целых десять дней. Очень милая и, главное, своевременная забота от любимого мужа. Тьфу! Противно слушать это лицемерие.

— А ты у нас всё-таки с медленным зажиганием, да?

— Ты о чём? — не понял он.

— Долго думал, предлагать ли мне помощь в лечении или нет. Десять дней прошло, Егор. Засунь себе свою заботу знаешь теперь куда?

— Ладно, — тут же стал говорить он со мной довольно грубо. — Привезу в офис твои цацки.

Он повесил трубку.

Я бросила телефон на кровать.

— Лицемер! Какой же ты лицемер… Как я только могла не замечать ничего? Я слепая, глупая курица!

Походила по дому без дела, пощелкала каналы плазмы, совершенно не слушая, что там рассказывали дикторы, и решила лечь спать.

Завтра сложный день. Неизвестно, как пойдёт наша совместная работа с Егором в стадии развода… Мне надо высыпаться, чтобы иметь силы на суды и прочее…

И ребёнок. Ему нужна выспавшаяся мама, хоть и сложно было в моём состоянии мне засыпать.

Пролежав без сна около часа я наконец ощутила надвигающийся исцеляющий сон…

Пробуждением утром было не самым приятным — я почувствовала приступ дикой тошноты и побежала в уборную.

Там меня вывернуло по полной программе…

— О боже… — сказала я после того, как умылась водой над раковиной и прополоскала рот. — У меня токсикоз… Я уже и забыла, что это такое! Сынок, а сынок? — опустила я руку на живот. — Не даёшь ты маме забыть о тебе, да?

Что ж… Кажется, мне снова понадобится врач, если ситуация будет повторяться.

И не дай бог на работе увидят, что начальник отдела рекламы бегает обниматься с унитазом! И Егор. Главное, чтобы не узнал Егор!

Глава 25

В офисе появилась с опозданием — меня так и продолжало полоскать ещё минут двадцать. Да и в машине укачало, я едва припарковалась тут же пришлось бежать в сторонку, где меня опять вывернуло!

— Да что же это такое-то… — бормотала я, доставая влажные салфетки и вытирая ими губы. — Надо договориться о визите к врачу…

Позвонила свому доктору, который будет вести мою беременность, и попросила осмотреть меня на предмет токсикоза. Больничный обещали открыть сегодняшним числом, и едва переведя дух, я села обратно в машину и поехала в клинику.