Читать книгу 📗 Сердце бандита. Его пленница (СИ) - Матвеева Инна

Но не настолько, чтобы спросить, с каких это пор я о подобном парюсь.

— А в чём проблема завести её так, чтобы всё у вас было? — какого-то хрена продолжаю я.

От собственного вопроса буря внутри ни разу не утихает. Наоборот, только сильнее становится.

И тошно тоже ещё сильнее... Я ни разу не хочу слышать о возможных потугах Вани возбудить свою же девчонку.

Потому что...

Нет, блять, без «потому что». Света его. И я сейчас завёл этот дурацкий разговор исключительно потому, что я его друг. Хоть в чём-то же должен оставаться.

— Пффф, — качает головой Ваня. — Думаешь, я не пробовал? Это, блять, нереально вообще.

Воу. Неожиданный ответ. И такой резкий, что прям чувствую, как накипело.

А как же их вроде как сильная любовь?..

​

*****

— У тебя неплохо получается, — не сразу заговариваю я, глядя, как Света сосредоточенно метает дротики в дартс.

Нашла себе всё-таки занятие... А я ведь и забыл, что эта штука тут где-то тоже завалялась. Выходит, девчонка всё же основательно копошится в доме в моё отсутствие.

Я её не виню. Даже не представляю, как ей тут скучно одной, учитывая, что интернетом пользоваться не может. Гаджеты все забрал. Телек работает, даже смарт-тв там есть, но круглосуточно смотреть что-то Свете, видимо, не в кайф.

Она не не отвечает. Даже не вздрагивает. Кажется, далеко не только сейчас поняла, что я уже дома. Хотя я не сразу в её комнату зашёл, да и вообще не шумел.

Может, у неё тоже уже чуйка на меня обострилась?

Хм, ну даже если и да — вряд ли это говорит о чём-то хорошем. Я же для неё похититель и в целом опасный аморальный тип.

А она всё-таки девственница. Почему-то это вроде как уже несколько часов понятное осознание как будто застаёт врасплох, и я медленнее вожу взглядом по стройной фигуре, одетой во всё те же джинсы и кофточку. Мою одежду девчонка принципиально не стала трогать. Предпочитает вообще не менять? А ведь уже шестой день её заточения у меня.

Задерживаю взгляд на округлой попе. Пускаю вниз, по стройным ногам..

Хм, интересно, а я бы смог её распалить так, чтобы забыла все свои принципы и отдавалась удовольствию? Доверилась всецело и расслабилась?

Я почему-то уверен, что огня в девчонке более чем достаточно. И что это Ваня не смог найти подход. Вызвать в ней настоящее желание...

Так, стоп. Вот только фантазировать о том, как это сделал бы я, не стоит. Не хватало тут со стояком наблюдать за ней.

Тем более когда на повестке дня у нас куда важный вопрос. Даже два. Первый — стоит ли ей рассказывать, что у бабушки всё будет в порядке и за ней, скорее всего, уже сейчас присматривают? Света может только испугаться этому, ведь мне совсем не доверяет. И моим ребятам тоже. Тут, наверное, как бы ни убеждал, бесполезно будет. Только если видеоотчёты делать.

Так что с этим уж точно не сегодня. Я избегал Свету все пять прошлых дней, потому так и остался для неё мрачным похитителем. Это хорошо для дела плохо для подобных разговоров.

Получается, второй вопрос — рассказать ли об измене Вани — тоже отпадает? Он же для неё весь такой хороший, правильный. Чёрта с два поверит. Скорее, поймёт наконец, что сам не в ту сторону думаю. И решит, что именно поэтому лишнее гоню.

— А сможешь прямо в центр попасть? — вместо этого только и спрашиваю.

Намеренно именно спрашиваю — чтобы наконец ответила. И Света уловимо напрягается. Больше не метает дротик.

— Если попаду, отпустишь меня?

— Осторожно, с такой высокой ставкой я свою тоже могу сделать особенной, — вкрадчиво проговариваю, не удержавшись от того, чтобы не начать прощупывать почву.

В ту самую сторону, да... Не знаю, улавливает ли Света, но я решаю не особо себя ограничивать. Если уж я сохраню секрет Вани, то почему бы нам теперь не быть на равных? В качестве претендентов на её девственность, ага.

Только я здесь, с ней, а он где-то там, с очередной. Уверен, что после нашего разговора Ваня продолжит действовать так же, как привык.

Если уж честно, я не так уж упорно его убеждал.

— То есть, в целом готов? — не сразу спрашивает Света. Явно обдумывала.

Глава 8. Света

— Только если попадёшь ровно в центр, — спокойно отвечает Семён. Уверенно.

Так и тянет развернуться и бросить долбанный дротик прямо в него. Значит, в целом этот мудак готов меня отпустить? Не настолько важно моё похищение ему? Риски у него не настолько сильны, чтобы превышать азарт? Или чем там руководствуется Семён...

С другой стороны... Может, и не стоит думать о его моральном облике — с которым и так всё понятно — и всё же рискнуть ради свободы? Я ведь уже попадала в центр. Причём во второй заход. Сейчас да, на дартсе нет дротиков, которые стоят там, но это потому, что заход у меня девятый.

Да уж, рисков при таком раскладе всё равно хватает. Если посчитать количество бросков с попаданием, то какой там получается шанс? Десять дротиков, девятый заход. Один к девяносто...

— А твоя ставка в этом случае какая? — интересуюсь ровно.

— Ты даёшь мне три минуты на любые действия с тобой, — ошарашивает меня Семён спокойным твёрдым ответом. — Это будет прелюдия. Дальше уже решаешь сама, можешь остановить, можешь отдаться. Но эти три минуты полностью мои.

Внутри всё взрывается от этих слов. Аж задыхаюсь новым вдохом, судорожно ища слова, чтобы осадить этого мудака Друг года, блин. Мало того, что похитил меня, а теперь ещё и это! Как вообще такое в голову пришло?..

Это же насколько ему должно быть наплевать на Ваню, который к нему искренне с душой. И с восхищением даже. Я ведь помню, как мой парень отзывался о своём недодруге, когда заманивал меня на знакомство с ним...

Роковой был день. С одной стороны, ужасно хочется, чтобы его просто не было никогда в нашей жизни. С другой... Тогда бы Ваня продолжал дружить с этим ужасным человеком, который бы в лучшем случае пользовался бы его доверием в каких угодно целях и какими захочет методами. А сейчас я хотя бы попытаюсь это пресечь, когда меня отпустят.

Медленно разворачиваюсь к Семёну. Не сказать, чтобы успокоилась, но теперь хотя бы злость на переднем плане. Перекрывает остальное.

Он смотрит на меня. Почти не мигая. Спокойно ждёт ответа, будто всерьёз допускает, что тот может быть положительным.

А в глазах такая темнота...

А ещё там вызов. Семён бросает его мне безмолвно, словно пропитываясь каким-то пугающим азартом.

— Я всё ждала, когда ты скажешь, что это такая отстойная шутка, — и сама слышу, сколько ярости в моём голосе.

Ну не могу я спокойно сейчас!

— Это не шутка, Свет, — твёрдо заявляет этот похитивший меня бандит. — Я тебя хочу. А как сегодня проболтался Ваня, у вас с ним ничего не было. Потому что он не способен тебя завести. Уверен, я с этим справлюсь.

Аж отступаю на шаг, ошарашенная буквально каждым словом Семёна! Сердце, которое остановилось после его твёрдого «я тебя хочу», теперь из груди рвётся от упоминания Вани.

С которым этот бандюган, очевидно, продолжает взаимодействовать. Как ни в чём не бывало. Ваня делится с Семёном такими подробностями, даже не подозревая, что тот недавно организовывал для него угрозу жизни, чтобы пошантажировать меня.

А уж на такую интимную тему обо мне Ваня наверняка ожидал поддержки или дружеского участия, а никак не того, чтобы этот мудак за его спиной решил его уделать. Самоутвердиться вот так жестоко. Хочет он меня...

Сердце то колотится истошно, то до боли сжимается. Не могу я принять всю эту информацию.. Ещё мне неприятно, что Ваня вообще обсуждает такие подробности нашей личной жизни с кем бы то ни было. Я вот про него такое никому не говорю... Даже Ане, которая раньше всех из нашей компании лишилась девственности.

— Ну так что, принимаешь мой вызов? — на этот раз Семён не дожидается, когда я снова заговорю. — На кону твоя свобода.

— Я, конечно, понимаю, что ты отвратительный друг, — чеканю, каким-то образом всё-таки умудряясь говорить притом, что ненависть к этому ублюдку буквально клокочет внутри, разрывая меня. — И что для тебя люди как вещи, тебе нет ни до кого дела. Но это не значит, что и все вокруг такие же. Я никогда не предам Ваню, даже рассуждая чисто гипотетически... — как же бесит этот его непроницаемый взгляд, которым спокойно водит по мне, пока я разве что не дрожу от ярости. — Если опустить тот факт, что ты сам по себе мне отвратителен.