Читать книгу 📗 Напиши меня для себя (ЛП) - Коул Тилли

Я улыбнулась этим словам. Он казался приятным человеком, и я была благодарна, что он немного открылся нам. В конце концов, весь персонал здесь знал о нас абсолютно все; было приятно услышать что-то личное и о них самих.

Доктор Дункан подождал, пока мы все перестали ерзать и перешептываться. Я почувствовала, как кто-то взял меня за руку, и, опустив взгляд, увидела, что это Эмма. Я взглянула на нее и увидела в ее голубых глазах тот же страх, который испытывала я. Я сжала ее руку в ответ. Вчера, когда мы были все вместе, мы смеялись и шутили. Но на самом деле в нашей ситуации не было ничего забавного.

Мы все были здесь, потому что умирали. Это осознание всегда было где-то рядом, напоминая, почему нам дали место на этом ранчо. Последние пару дней веселья были замечательными и помогли нам подружиться. Но игры закончились, и мы столкнулись лицом к лицу с реальностью.

— Лечение инвазивное, а препараты сильные — сильнее тех, что вы принимали раньше. Молодые люди переносят лечение лучше, чем люди зрелого возраста, но побочных эффектов потенциально может быть много, и они будут тяжелыми. Большинству из вас, если не каждому, будет не по себе. — Доктор Дункан указал в конец комнаты. Я не заметила, как вошли медсестры и Нини, но теперь они стояли там. Мои родители тоже пришли, вместе с родителями всех остальных, кроме Джесси.

При виде этого у меня сжалось сердце.

Джесси был здесь один. Нам только что сказали, что побочные эффекты будут ужасными, а у него не было никого, кто помог бы их пережить.

— Медицинский персонал проведет курс химиотерапии с первого по четвертый день в ваших комнатах, которые стерильны и соответствуют требованиям FDA. После этого у вас будет четыре дня отдыха. Затем вы будете получать новую форму моноклональных антител в течение четырех дней путем инфузии. Это также будет происходить в вашей комнате каждое утро в течение примерно часа. После этого вы сможете свободно перемещаться по территории ранчо. После первого цикла иммунотерапии у вас будет несколько дней отдыха, а затем мы повторим введение антител до завершения первой фазы. Мы проанализируем ваши результаты, чтобы увидеть, как реагирует организм, а затем начнем вторую фазу. На этом этапе может потребоваться корректировка дозировки препаратов, но мы будем оценивать это индивидуально.

— Вы все будете под круглосуточным наблюдением на случай возникновения побочных эффектов или необходимости экстренной помощи. В процессе будут проводиться частые анализы крови и сканирования для мониторинга вашей реакциии на лечение. Вам также выдадут анкеты для заполнения. — Доктор Дункан указал на коридор. — Ближайшая больница находится в режиме готовности на случай чрезвычайных ситуаций, хотя у нас также есть все необходимое для этого здесь. — Он скупо улыбнулся нам. — Я пойду подготовлюсь вместе с медсестрами к предварительным обследованиям и установке портов для химиотерапии. Нини расскажет вам о том, чего еще можно ожидать от пребывания здесь. — Он резко кивнул нам и вышел из комнаты.

Нини заняла место доктора Дункана, а я глубоко вздохнула. Внезапно на меня нахлынуло ощущение, что все это — чересчур. Эмма сжала мою руку, и я позволила этой поддержке, а также прикосновению плеча Джесси к моему, успокоить мои расшатанные нервы.

— Прежде чем начать сегодняшнюю подготовку, я обсудить с вами несколько вещей. Во-первых, параллельно с основным лечением у вас есть доступ к Мишель. — Нини указала на женщину с длинными светлыми волосами и доброй улыбкой, которая стояла в углу. Та помахала нам рукой. — Мишель — наш штатный психотерапевт. Она будет проводить групповые занятия и регулярно встречаться с каждым из вас индивидуально. Ваше психическое здоровье для нас так же важно, как и физическое.

Нини указала на другого человека.

— Это пастор Ноэль. Он всегда будет здесь, чтобы вы могли с ним поговорить, а также будет проводить службы в часовне ранчо для тех, кто захочет их посетить. — Пастор Ноэль тепло улыбнулся. — И, наконец, миссис Фрэнк. Она будет вашим куратором по обучению.

Джесси громко застонал, разрядив напряжение в комнате и заставив всех, включая миссис Фрэнк, рассмеяться.

— Мы здесь на лечении, чтобы спасти себе жизнь, а нам еще и математику придется изучать? — проворчал Джесси, но после жалобы дерзко ухмыльнулся. Мы все понимали, что продолжим обучение. Многие из нас мечтали о колледже или хотя бы об окончании школы. То, что мы оказались здесь, не являлось поводом для того, чтобы все бросить.

— Я верю, что кадый из вас сможет пройти это лечение и выйти отсюда совершенно здоровым, — сказала Нини с уверенностью в голосе. — Поэтому нам нужно, чтобы вы продолжали жить нормальной жизнью.

По телу пробежала дрожь от предвкушения. Я оглянулась на родителей. Они смотрели на меня, и на их лицах тоже читалась надежда.

Это был мой... наш... шанс на новую жизнь.

Нини сделала шаг вперед и приняла расслабленную позу. присев на стул перед нами.

— Еще несколько слов, которых нет в моем сценарии. — Я наклонилась вперед, не желая упустить ни звука. — Полагайтесь друг на друга. — Она указала на нас восьмерых. — Я занимаюсь этим долгое время с разными пациентами всех возрастов. И я обнаружила — и научные исследования это подтверждают — если вы налаживаете связь с людьми, которые проходят через то же, что и вы, это помогает быстрее пройти лечение и достичь ремиссии.

Я слегка вздрогнула, когда Джесси положил свою ладонь поверх моей. Я не отрываясь смотрела на нее. Его рука была загорелой, с редкими шрамами — несомненно, следсвие многолетней игры в футбол.

Я улыбнулась, чувствуя тепло его ладони на своей коже. Набравшись смелости, я осторожно перевернула руку, и наши ладони соприкоснулись. Джесси, будучи явно более решительным из нас двоих, согнул пальцы и переплел их с моими. Я затаила дыхание. Никогда раньше я не держала парня за руку. Невозможно было оторвать взгляд от наших переплетенных пальцев.

Они идеально подходили друг другу.

— И есть причина, по которой мы так долго боролись за то, чтобы это ранчо утвердили как больницу, — сказала Нини, заставив меня оторвать взгляд от наших рук. Я посмотрела на нее. Она указала на панорамные окна на одной из стен. — Природа исцеляет. Исследования показали, что те, кто борется с раком, лучше реагируют на лечение, когда окружены природой. — Деревья и листва покачивались на легком ветру снаружи, как будто подверждая свои способности.

Это было прекрасно и безмятежно. Все, что я знала о больницах раньше — это стерильные белые стены и запах антисептиков. Я чувствовала себя избранной, находясь на ранчо. Лечение здесь будет совсем другим.

— У нас также есть лошади для терапии. Исследования также подтверждают, что животные помогают людям выздоравливать. Мы здесь для испытания препаратов и новых методов химиотерапии, но не недооценивайте то, насколько исцеляющими для вас могут стать люди, это место и животные, — добавила Нини.

Страх, который я испытывала, постепенно улетучивался. Руки Эммы и Джесси в моих, деревья и лошади за окном подарили мне больше надежды, чем я смела себе позволить до этого момента.

— Регулярно гуляйте, навещайте лошадей, кормите их, чистите в конюшне, только обязательно сообщайте нам, где вы находитесь, чтобы мы могли присматривать за вами. Как сказал доктор Дункан, ценой этого нового многообещающего лечения являются серьезные побочные эффекты. Нам нужно круглосуточно быть уверенными, что с вами все в порядке. — Нини улыбнулась, а затем направилась к родителям, чтобы поговорить с ними.

Мы, пациенты, сидели молча, погруженные в свои мысли, пока не раздалось:

— Джесси, бро, дай руку. — Крис схватил Джесси за руку и крепко сжал ее в своей. — Почему это меня исключили из вашей цепочки рукопожатий?

Я рассмеялась вместе с Эммой, увидев притворно обиженное лицо Криса.

Джесси повернулся к нему.

— Прости, друг. Я просто не испытываю к тебе таких чувств.

Крис отбросил руку Джесси и пересел по другую сторону от Эммы, взяв ее свободную руку.