Читать книгу 📗 За секунду до любви (СИ) - Вайс Вирсавия

«Холли-Поппи». Скандально известный стрип-клуб, который себя позиционировал именно как стрип, хотя, по слухам, от стрипа там была только их позиция, но даже эта позиция чаще всего была на коленях.

— Что за вечеринка? — подкуривая спросила я.

— Без понятия. — пожала Айка плечами. — Я так, краем уха слышала, что вроде как военные.

Опять военные. Да что же мне так на них прёт-то сегодня? Точно уже ощущаю себя на линии фронта, куда ни плюнь, везде они.

— И что за навар? Так-то по фиг, но интересно.

— Рокси сказала, что утром каждой в руки по десятке. Но с мужиками в подсобке не трахаться. Приспичит, дуй в сортир, а ещё лучше на улицу.

Я ещё час мотылялась между столиками и жевала губы, думая, надо оно мне или нет. И под конец, когда уже вышибалы очень аккуратно выпроваживали засидевшихся клиентов, а на сцене крепили пилоны, подошла к Рокси, сорокалетней блондинке, хозяйке бара с огромной грудью, про которую обычно говорят: на одну ляжешь, другой накроешься, и сказала, что остаюсь на ночь, отрабатывая своё минутное опоздание. Да и баблишко, по-любому, лишним не бывает.

Вот где были в тот момент мои мозги? Загадка, которая так и осталась для меня загадкой, без хоть сколько-нибудь вразумительного ответа.

Глава 23 Дан

Завернув за угол, подкатил к тротуару и заглушил двигатель. Стянув с головы шлем, лёг грудью на руль, прикрывая глаза. Да какого хера происходит? Ещё вчера, как только эта пигалица выскочила в подъезд, всё пошло по одному месту. Меня будто оглушило, словно кто-то раскалённым добела прутом провёл по спине от задницы до холки. Хотелось схватить мелкую занозу, перекинуть её через плечо, как старлей, унести подальше, а потом.

— Да ну на! — сквозь зубы прошипел я, чувствуя болезненный стояк. Бабы уже давненько не скакали на моём коняхе, и сейчас дефицит женского внимания ощущался как никогда, бомбя по башке болезненной эрекцией.

Достав из кармана телефон, хмыкнул, листая записную книжку: Лерка, Вася, Милка, Твикс… Ухмыльнулся, вспоминая сестёр-близняшек и то, что мы творили с ними, зависнув у меня на хате почти на неделю. Конец уныло дёрнулся.

— Потерпи. — хмыкнул я, бросая взгляд на кожаного революционера, который уже не мог жить по-старому.

А хер ли? Открою мужской секрет. Да, мы с ним разговариваем. Стрёмно, когда иногда за тебя принимает решения штука без мозгов. Так что… приходится его очеловечивать, чтобы было не так обидно.

— Как насчёт… — палец замер. — Алекса.

Перед глазами шикарная тёлка с полной четвёркой, пухлыми губами, маленькой аккуратной киской и охеренно разработанной задницей. То, что надо. Полный олл-инклюзив.

— Ну что, поработаем? — набирая номер, в ожидании звонка вытянул сигарету и затянулся.

Трубку подняли сразу.

— Привет. — выпуская кольца дыма, бросил я. — Как насчёт зависнуть у меня или у тебя на пару дней?

— Привет, сладкий. — низкий, грудной голос. — Без вопросов. Давно вернулся?

— Меньше суток в городе.

— Ммм, — рваное дыхание в трубке. — Отлично. Вечером на созвоне. Оторвёмся по полной.

Уже сбрасывая телефон, что-то царапнуло. Вот точно херня будет. Хер проссышь какая, но то, что она будет, тут уже как два пальца обоссать. Перед глазами маленькая попка, бесконечные ноги и губы. Охереть. Ох уж эти губы!

Активное шевеление в штанах наглядно доказало, что мелкому Дану эти губы тоже зашли.

— Да твою мать! — по достаточно болезненной тяжести было понятно, что зашли ещё как. Или это он уже зашёл в охеренный ротик, да по самые яйца.

Даже Алекса так не зашла, как эта малявка с этим её:

— Товааарищ капитаааан… — потянул я, вытягивая губы трубочкой, копируя заразу. — Ой, бляяя…

Сплюнув, натянул шлем и рванул к военному госпиталю.

Весь день. Как белка в колесе. После обеда позвонил Якут, обрадовал, с*ка, что сегодня вечером опять пить.

— Соболь. Мы тут с ребятами кабак сняли, как насчёт того, чтобы оттянуться?

— Да я уже вроде как наметил план своего оттяга. — хмыкнул я, охеревая от того, что вместо силиконовой четвёрки перед глазами маленькая аккуратная двоечка, тёплая, своя, сладкая, как самый грязный грех. С сосочками, которые… Криво усмехнувшись, потряс головой, прогоняя морок, который перед глазами весь день, я даже ладошки её до сих пор чувствую. Как они сжали мой конец, который от счастья чуть залп из всех орудий не выдал.

— Товааарищ капитааан. — уже который раз за день, ну не заноза ли? И хочется вырвать, так хер пойми как?

— На х*й твои планы, капитан. — заржал Якут. — Все наши, кто на гражданке, подтянутся, настоящая мужская тусня, бухло рекой, тёлки будут. Весь кабак в нашем распоряжении. А ты решил вот так единолично оттянуться? Ну не с*ка ли ты, кэп?

— Хер с вами. Скидывай координаты и время вражеского налёта. — сдался я, мысленно уже посылая Алексу в задницу.

Тёлка-тёлкой, но мужское братство-это святое.

— Ооо! Другой разговор. К десяти подваливай в Строительный проезд. Там точно не промажешь.

Отключившись, ухмыльнулся. Строительный проезд. Утро. Мелкая пигалица за моей спиной. Н-да-а-а… Если и есть, а он есть, это я знаю наверняка, в жизни пиздец, то он наступил сейчас. У самых охренительных титек второго размера, которые я сожму уже сегодня ночью, которые до утра буду вылизывать, кусая камешки маленьких сосков.

— Не надо было тебе выходить ночью в подъезд, киса. — покачал я головой, прокручивая сцепление. — Ох не надо. Дядю Дана злить очень опасно.

Нужно было доехать до хаты. А там по стандарту: душ, кофе, переодеться. Да и вообще, хоть полугодовую пыль смести. Хотя на хер. Клининг и делов. Пока приволоку её в свою берлогу, там уже всё напидорено будет.

К кабаку подъехал к половине одиннадцатого, по пути, ессесно, зарулив в аптеку. Настоящий разведчик должен быть готов ко всему. Поэтому прикупив сразу пару пачек презиков, предусмотрительно распихал их по всем карманам, чтобы при любом раскладе вытянуть незаметно.

Наши стояли уже у дверей, и видно, что вышли на перекур. Бутылка пива в руках оказалась сразу же, как только байк на подножку поставил.

— Ну как ты, Соболь? Пронесло, как диарея? — хохотнул Якут, хлопая меня по спине.

— Есть немного. — подняв бровь, ухмыльнулся, кивая мужикам, отпивая пиво.

Каждый как брат. Любого за спину поставлю, даже не задумываясь, зная, что собой прикроет, если будет нужно.

— Соооболь! — дверь кабака чуть с петель не слетела, когда из него вырулил Чечен с двумя тёлками в обнимку. — Ты откуда такой расписной нарисовался, хрен сотрёшь?

— Так смотря чем стирать будешь, уравнитель.

Чечен. Двухметровый детина из Грозного, заросший, как колхозные поля под Питером, с полным зашкваром вместо мозгов. Если бы не характер, уже майора бы взял, но… аксиома «приказы не обсуждаются» явно была не для него. До сих пор в ушах стояли его крики:

— А ты мне этого генерала сюда дай, жопой в окоп! Пусть он мне, глядя в глаза, скажет, какого тут прямо, а? Я ему, блять, что горный козёл с крыльями? Незаметно? А ну иди сюда? — за шкварник проводника подтянул и поднял, только ноги в воздухе болтались. — Ну что, с*ка, Сусанин? Тебя здесь расписать, как Аллах черепаху, или скажешь, где тут ваша горная козлиная тропа?

— А тебя хоть чем стирай, ты же как дерьмо на говнодаве: и вроде нет, а шмон стоит. Так, детка, свалила на пока на хер, дяде Тимуру нужно с братом обняться. — шлёпнув по заднице одну из девиц, подошел ко мне, оглядывая меня из-под косматых бровей. — Или сюда, чёрт живучий.

Обнявшись, сжали друг другу руки, толкнувшись плечами.

— Когда обратно?

— Борт в понедельник, а время уже по факту. — прикуривая, бросил я. — Сам-то когда сваливаешь?

— Послезавтра. Так что сегодня полный отрыв, до кровавых мозолей.

Скользнув взглядом по его тёлкам, хмыкнул:

— Жениться тебе пора, Чечен.

— На кой ещё одна жена, когда такие цыпы пропадают? — заржал он, оглаживая ладонью крутой, обтянутый мини зад одной из девиц. — Ну хер-ли тут встали, мужики? Водка киснет!