Читать книгу 📗 Разведчик (ЛП) - Флинн Джек

От этой мысли по спине пробежала странная дрожь возбуждения, осев в животе как предупреждение. Или, возможно, как шанс.

Ведь Райкер приревновал меня к парням из «Цитадели». Что же он сделает, если приревнует к своим собственным людям? Двое из них — его братья. Что он сделает, если поймет, что я не только его добыча?

Я плыла еще мгновение, позволяя соленой воде баюкать меня; конечности казались невесомыми, а разум блуждал где-то между изнеможением и странным, гудящим осознанием. Ранние огни патио мерцали на покрытой рябью поверхности, цепляясь за контуры моего тела, пока я плавно работала ногами, пуская мягкие волны.

А затем я почувствовала их взгляды.

Маркус.

Ной.

Чарли.

Все еще смотрят. Все еще отслеживают каждое мое движение.

Медленный жар пополз по моей шее, когда я поняла, насколько я обнажена: безразмерная белая футболка, которую я одолжила, прилипла к коже, насквозь промокшая и абсолютно прозрачная, не оставляя почти ничего для воображения.

И что еще хуже — мои соски отвердели, ныли и натягивали влажную ткань.

Тяжесть ночного воздуха, теплая вода, ласкающая голую кожу, и неоспоримое внимание мужчин, отдыхающих у бассейна — все это пустило медленный, предательский импульс по моему телу.

Я сглотнула и слегка пошевелилась, но от этого ткань лишь еще плотнее прилипла к телу, заставляя меня острее осознать, насколько сильно я у них на виду.

Мне было интересно, заметили ли они.

Нет.

Я знала, что они заметили.

16

РАЙКЕР

Я терял контроль.

Изабель сбежала. Уилл пропал. А я застрял в этом гребаном доме, меряя шагами комнату, как зверь, который только что понял, что дверь клетки заварена наглухо.

Все было как тогда.

Как с ним.

В одну секунду мой отец был здесь — великий, непоколебимый. В следующую — его не стало. Без предупреждения. Без времени на подготовку. Только внезапное, ужасное, разрывающее сердце отсутствие.

Мои руки сжались в кулаки, пока я заставлял себя дышать. Уилл не умер. Я не мог так думать. Но Изабель... она сбежала, и от незнания того, где она, от того, что я ее не вижу, мой пульс бешено колотился о ребра.

Мне нужен был воздух.

Дом казался чертовски маленьким, поэтому я вышел на улицу; тяжелый ночной зной осел на коже. Свет от бассейна отбрасывал длинные, движущиеся тени на террасу, а тихое журчание воды было единственным звуком в этой тишине.

И тут я увидел их.

Маркус, Ной и Чарли развалились в шезлонгах у глубокой части бассейна с напитками в руках, и их позы были слишком, блядь, расслабленными.

А затем я увидел ее.

Изабель.

Она была в бассейне, опершись руками на бортик; ее мокрые плечи блестели в лунном свете. Темные волосы были зачесаны назад, а капли воды стекали по шее, исчезая под поверхностью воды.

Облегчение ударило меня под дых.

А затем пришла ярость.

Я шагнул вперед, и мой голос прозвучал низко, ровно. Опасно.

— Уйдите.

Разговор между моими братьями мгновенно оборвался.

Маркус поднял глаза, прочитав выражение моего лица, и не стал спорить. Ной выдохнул через нос, слегка покачав головой, но встал. Чарли колебался дольше всех; его взгляд метнулся от Изабель ко мне, прежде чем он допил свой напиток и поднялся с шезлонга.

Один за другим они ушли.

Я не смотрел им вслед.

Я был слишком занят тем, что смотрел на нее.

Сейчас она не убегала. Но ей следовало бы.

Потому что в этот раз я не собирался уходить.

Она все еще сидела там, глядя на меня своими огромными зелеными глазами, ее губы были слегка приоткрыты. Она была в безопасности. Она была здесь.

Я должен был быть в ярости. Должен был затащить ее в дом и устроить разнос за то, что она сбежала, когда я пытался ее защитить.

Но все, о чем я мог думать, — это то, как сильно она мне, блядь, нужна.

Плавным движением я стянул рубашку через голову и отбросил ее в сторону. Ботинки, ремень, джинсы — все это исчезло за считанные секунды. Она резко вдохнула, вцепившись пальцами в шезлонг, когда я шагнул к краю бассейна; на мне не было ничего, кроме голода и безрассудного, блядского желания.

А затем я оказался в воде.

Я двигался сквозь нее, как хищник — бесшумно и уверенно, не сводя с нее глаз, пока сокращал расстояние. Она сидела замерев, и я видел, как бьется жилка у основания ее шеи.

Ей следовало бежать.

Она этого не сделала.

Я преодолел разделяющее нас расстояние одним скользящим броском, и мои широкие ладони жестко легли на ее талию, безжалостно утягивая ее за собой в темную воду. Она судорожно ахнула, когда теплая соленая вода сомкнулась вокруг наших тел, и инстинктивно вцепилась в мои плечи, ища опору в том самом человеке, который собирался ее разрушить.

— Райкер... — выдохнула она, и в этом единственном, дрожащем слове было столько отчаянной, неприкрытой потребности, что у меня окончательно и бесповоротно сорвало тормоза.

Я заставил ее замолчать, накрыв ее приоткрытые губы грубым, собственническим поцелуем, властно проникая языком внутрь и жадно слизывая вкус соли и ее стонов. Она мгновенно обмякла в моих руках, податливо прижимаясь своим потрясающе мягким, горячим телом к моей твердой груди, пока мои руки по-хозяйски скользили по ней, сминая, исследуя и клеймя каждый изгиб.

Нащупав под водой край ее насквозь промокшей футболки, которая и так уже почти ничего не скрывала, я одним резким движением стянул ее через голову и отбросил прочь, едва не задохнувшись от открывшегося мне вида. В тусклом лунном свете ее обнаженная грудь блестела от стекающих капель воды, а затвердевшие соски дерзко торчали, стянувшись от прохладного ночного воздуха и моего откровенно голодного взгляда.

— Ты даже не представляешь, как долго я фантазировал о том, чтобы сорвать с тебя одежду, — хрипло прорычал я прямо в ее влажные губы, опуская руки к тонкому кружеву ее трусиков.

Я не стал тратить время на то, чтобы аккуратно их снимать — вместо этого я сжал ткань в кулаке и с силой дернул, с треском разрывая ее пополам. Уничтоженный клочок кружева бесполезно поплыл по водной глади, оставив Изабель абсолютно обнаженной, раскрытой и беззащитной перед моим напором.

Подхватив ее под упругие бедра, я с легкостью приподнял ее над водой и впечатал голой спиной в прохладный кафель бортика бассейна. Она рефлекторно обхватила меня ногами за талию, послушно раздвигая бедра и обнажая перед моим лицом свою пульсирующую, истекающую соками суть. Я провел большим пальцем по ее набухшему клитору, собирая густую смазку, которая уже смешивалась с водой бассейна, и наслаждаясь тем, как она выгнулась навстречу моему прикосновению с протяжным, сладким стоном.

— Какая же ты мокрая для меня, блядь, — выдохнул я, потираясь головкой твердого как камень члена о ее влажный вход, намеренно дразня ее и заставляя изнывать от нетерпения. — Скажи, что ты этого хочешь, Изабель. Скажи мне, чья ты теперь.

— Твоя, Райкер... пожалуйста, просто возьми меня, — всхлипнула она, до крови впиваясь ногтями в мою спину и отчаянно подаваясь бедрами вперед.

В этом больше не было никаких колебаний и ни единой капли сомнений — я прицелился и ворвался в ее тесное, обжигающе горячее лоно одним безжалостным, сокрушительным толчком, вбиваясь до самого основания. Она громко вскрикнула, запрокинув голову, но я тут же проглотил ее рваный крик новым поцелуем, заполняя ее настолько глубоко, что мы буквально слились в одно целое.

Ее стенки туго и спазматически сжались вокруг моего члена, обхватывая меня с такой идеальной, сводящей с ума плотностью, что у меня потемнело в глазах от нахлынувшего удовольствия. Я начал двигаться, выходя почти до конца и с первобытной силой вколачиваясь обратно; каждый мой жесткий толчок сопровождался влажным шлепком наших тел и громким плеском воды о бортик бассейна.

— Блядь, какая же ты тугая, — рычал я, утыкаясь лицом в изгиб ее шеи и жадно вдыхая ее запах, пока ее нежное нутро затягивало меня все глубже в пучину экстаза. — Я вытрахаю из тебя все мысли о других мужиках, слышишь?