Читать книгу 📗 Офицер строгого режима (СИ) - Тимофеева Ольга Вячеславовна

Дочка сидит в прихожей на корточках перед Графом и снимает с него поводок.

Граф правда сидит на коврике мокрый, с поникшей головой.

На ковре крошки. Откуда? Кого он уже съел?

Оглядываюсь - от Василисы ни намека, что была. Сбежала, значит, прихватив собаку?

- Мы под дождь попали, сначала я пошел в душ, потом его собирался.

- А дверь что, нельзя было закрыть?

- Надо было. Спешил.

- Меня ты что-то отчитываешь, когда я спешу и забываю что-то.

- Кто мимо него пройдет, - киваю на Графа.

А Василиса, значит, сбежала. Хорошо хоть не оставила записку на видном месте.

Или оставила?

Люба ведет Графа мыть лапы, я беру веник, чтобы убрать за ним крошки.

Сушки.

Василиса, блин. Всех подмяла.

Дочка подсажена на массаж, пес - на сушки. Меня в принципе немного от неё сносит.

Хрен там. Не немного.

Переезды эти, переводы, как-то давно никого не было рядом.

Иду к себе в комнату. Быстро оглядываю поверхности на предмет записок и вещей, которые она могла бы оставить, но ничего нет.

Что? Ничего не написала?

Подхожу к окну.

В ее окнах ничего не видно.

Хоть дозорного голубя туда запускай - глянуть, что делает.

Что вот за манера? Сбежать и включить режим “ничего не было”.

Беру телефон со стола и набираю ее.

Жду до последнего гудка, пока звонок сам не сбрасывается. Василиса не отвечает.

Открываю чат.

Я: “Куда сбежала?”

Нет. Жестко как-то. Хотя правда в чистом виде.

Сажусь на кровать.

Я: “Что-то не нашел тебя, когда вышел из душа.”

Нет, тоже не то.

Призвать к чувству вины?

Ты оставила мою квартиру открытой, у меня украли сердце.

Как сопливый романтик.

На ее окна. Там никакого движения.

Ну, если у неё командировка, вероятно, причина веская. Самолет или ещё что-то.

Могла и сказать, что уходит.

Отправляю.

Одна галочка.

Никто, похоже, и не собирается читать.

Нет уж.

Я писал и звонил.

Теперь за тобой шаг.

На секунду прикрываю глаза.

А в паху опять тяжелеет от воспоминаний.

Мокрая кожа.

Горячий душ.

Пальцы на плече. Как кончала на мне.

Ворошу на голове волосы.

Сука.

Как же было хорошо, но мало.

Теперь вот когда она вернется? Завтра? В воскресенье? В понедельник?

А с кем она вообще туда полетела? И куда вообще полетела?

Я никаких пауз не хочу. Можно без этого?

Потому что знаю я, проходили.

Потом что-то там себе накрутит за эти выходные, и все. Хотя чего накручивать. Я же не призываю съезжаться и в загс ее не тяну, но если вместе хорошо, то почему бы не продолжить?

Телефон вибрирует.

Василиса?

Тут же снимаю телефон с блокировки.

Рабочий чат.

Блять. Не сейчас.

Кидаю телефон на кровать.

Падаю на спину.

Сейчас бы ее сюда, чтобы потанцевала на мне.

Вот что за жизнь.

Вроде взрослый мужик и можешь делать что хочешь. А не получается. Потому что у тебя дочь, у женщины, которая нравится, сын, и сама женщина только что сбежала.

В ванной слышу фен: Люба сушит Графа.

Если бы не Люба, то жил бы он как холостяк и сам бы себя вылизывал. А так нет, заботятся о нем.

Обо мне бы так кто-нибудь позаботился.

Нет, мне все же для спокойствия надо знать, куда она полетела и, желательно, с кем.

Так…. кто у нас сегодня дежурит?

О. Тихонов опять. Прям везет ему выделиться перед начальством.

Набираю.

- Добрый день, Илья Романович. Тихонов.

- Добрый. Слушай, мы с тобой там проверяли одного человека.

- Да.

- Надо опять проверить.

- А чего не официально?

- Пока веду наблюдение.

- Понял.

Что он там понял, я не знаю, зато быстро понимает, что нужно пробить рейс: откуда, куда и сколько человек в бронировании.

- Вы роман решили завести, Илья Романович?

- Я тебе сейчас заведу дисциплинарку. Работай.

- Принял. Работаю.

 Глава 28

Опаздываю. Нарушаю правила.

На заднем сиденье мой чемодан ездит туда-сюда.

Рядом сидит Денис с Чайкой на руках.

У неё там насыщенная культурная программа: машины, люди, реклама, автобусы.

На проспекте ускоряюсь, чтобы проскочить на зеленый.

Он уже моргает.

- Быстрей, мам.

Ещё притапливаю за всеми.

Машина передо мной резко тормозит.

Я по тормозам. Чемодан с заднего сиденья по инерции вперед. Ударяется в сиденье.

- Чёрт.

- Денис, нельзя было в багажник все сложить?

- Можно. Я чемодан еле впихнул. Там полбагажника какими-то коробками забито.

- Точно. Да надо было забрать для работы кое-что, я уже не стала выгружать туда-сюда.

- Зато теперь чемодан танцует.

Машина, которая притормозила, уходит вправо, я только включаю левый поворотник, чтоб ее объехать, и тут из-под земли появляется дпсник и жезлом мне тоже в сторону машет, мол, паркуйся, ты дальше не едешь.

- Да твою ж мать.

Ой. Сын.

Бью сама себя легонько по губам.

Ну конечно. Почему бы нет?

- Плохо так говорить.

Чайка ставит передние лапы на дверцу и тянется носом к стеклу.

Время испаряется на глазах. И так уже впритык, а тут ещё это.

- Только не это, - выдыхаю.

- Мам….

- Сиди спокойно.

Опускаю стекло.

- Добрый день, старший инспектор Гурин. Документы, пожалуйста.

- Добрый день, - достаю права и передаю ему вместе с документами на машину. - Что-то случилось?

Он берет документы, бегло смотрит, потом кивает на машину.

- Вы проехали на запрещающий сигнал светофора.

- Зеленый моргал.

- Моргал, может, и зеленый, когда заканчивали движение на перекрестке, уже был красный.

Да блин.

- Государственный регистрационный знак загрязнен. Не читается.

- После дождя, наверное. Я сейчас протру.

- Протрете, - соглашается он. - Нарушение все равно имеется.

Серьезно?

- Подождите. Я же устраню на месте. Там обычная грязь после ливня. Сейчас салфеткой протру.

Тянусь к бардачку и достаю пачку влажных салфеток.

- Откройте багажник для осмотра.

Отстегиваюсь и выхожу.

- Я опаздываю в аэропорт, правда.

Обхожу машину, протираю знак, чтобы был виден.

- Вот, видите?

- Вижу, - говорит инспектор. - Теперь откройте багажник.

Там все в коробках.

Для обычного человека ничего особенного, а для подозрительного официального лица выглядят как начало большого расследования.

- Что в коробках? - спрашивает инспектор.

- Медицинские расходники. Тейпы, ленты, валики. Я врач-реабилитолог.

- Что…?

По лицу вижу, что не понимает.

- Ленты эластичные, резинки, - вскрываю одну из коробок.

- Аааа. Вы это для продажи перевозите?

- Нет, на работу. Точнее, сейчас не на работу. Сейчас я еду в аэропорт, потом в командировку, а коробки в понедельник отвезу в центр, где работаю.

Звучит.

Конечно.

Как показания человека, который сам уже начал сомневаться, насколько законна его жизнь.

- Документы на товар есть?

- Какие документы?

- Накладные, чеки, подтверждение покупки.

Моргаю.

- Вы думаете, я это украла?

- Документы, подтверждающие покупку, есть?

- Нет, они дома остались. А можно как-то побыстрее? Я опаздываю.

- Где заказывали? Будем проверять заказ.

- В телефоне, наверное, есть. Но я правда опаздываю в аэропорт.

- Все опаздывают.

- Послушайте, - стараюсь говорить ровно, - это не лекарства, не препараты, не что-то запрещённое. Обычные тейпы. Можно открыть коробку, я покажу.

- Откроем, все откроем. Сейчас разберемся. Протокол составим.

- Вы думаете, я украла тейпы?

- Я пока ничего не думаю.

- Сейчас схожу за телефоном.

- Идите, жду вас в машине.

Черт! Черт! Черт!

Возвращаюсь в машину.

- Денис, подай сумку.