Читать книгу 📗 "Без слов (СИ) - Февраль Алена"

— Софа, — хрипло шептал он, когда мы стояли в прихожей, — не убегай, еще такси надо вызвать…

Я подставляла его губам самый чувствительный участок шеи и млела от удовольствия. А когда он стал стягивать с моих плеч кофту, в дверь позвонили. Я вздрогнула, а Глеб словно не услышал звонка.

— Кто-то пришёл, — отстраняясь, прошептала я и он не сразу, но отошел.

— Кого там принесло, — немного нервно прошептал Войтов и открыл дверь.

Тётка. Ужас, зачем она явилась.

— Вечер добрый, голубки. Вот вы и попались…

Глава 42

— Хороши, ироды. Думаете, что счастье заграбастали в свои проклятые лапы? Нет! Тётя Анфиса долго готовилась и теперь вас ждёт особый сюрприз.

Анфиска нахально улыбается и окатывает меня, а потом и Глеба, торжественным взглядом. Потом она наваливается на дверь спиной и с усмешкой заявляет.

— Гришку моего закрыли, денег и квартиры лишить меня решили и думали вам всё сойдет с рук… Неееет!!!!!

— Зачем ты явилась? – шиплю я, а Глеб сжимает мою ладонь и очень спокойно спрашивает.

— Что вам нужно? Мы вас с юристом три месяца по больницам ловим и…

— Именно! Мне нужны были эти три месяца, чтобы накопать на тебя, Глебушка, очень ценную информацию. Думаешь, что только у тебя есть связи? Неет. Я жизнь положу, но жить и радоваться вам не дам. Фигу вам, отребье.

— Что ты несёшь? – снова выкрикиваю я.

— Раскрывайте ушки, твари. Сейчас тетя Анфиса начнет свой рассказ. Страшная сказка на ночь, в сравнении с ним, покажется детской песенкой.

Я выхожу вперед, но Глеб удерживает меня.

— Она блефует, — шепчет мне на ухо и обнимает за талию.

— Итак. Я понимала, что у убийцы моего любимого племянника должны быть скелеты в шкафу. Раз смог убить одного, то и другие найдутся тоже. И-и-и! Вуаля! Мы нашли твоих жерт, Войтов. Начали с истоков. Оказывается ты лежал в психбольнице, дорогой Глебушка, и тебя кое-как определили в обычную школу, а не для дебилов. Забрал с психбольницы тебя дед и ровно в это лето в его тихом районе произошло убийство девочки-подростка. Вижу, что ты это помнишь! Так вот, прохожие вызвали милицию, когда заметили орущего мальчика, стоящего на коленях перед телом бездыханной девочки.

— Я шел с магазина, когда увидел ее. Сразу стал звать на помощь…

— Ну-ну, рассказывай. Убийцу так и не нашли, потому что им был ты. А дед откупил тебя от повторного помещения в психушку, ведь в тюрьму тебя не посадишь — тебе тогда и четырнадцати не было.

— Бредни.

— Нет, дорогой, это факты. Если бы знал дед, кого он откупает от лечебницы, то явно не стал бы тебе помогать. Очень скоро очередь дойдет и до него.

— Пошла отсюда! – рявкает Глеб и я вижу, как его лицо превращается в маску дьявола. Настолько он был страшен.

— Нет, я продолжу. Лучше дослушайте меня, иначе всем будет плохо.

Я отступаю от Войтова и прижимаюсь к стене. Мне реально страшно находиться рядом с таким Глебом. Он неузнаваем — последняя стадия бешенства…

— Повзрослев, ты заставил деда отписать тебе дом и катер, но не учел главного – когда дед подписывал бумаги, он принимал сильнодействующие препараты, искажающие сознание, и тому есть доказательства. Мой человек перерыл архив нашей больницы и сравнил сроки. Всё сходится – то завещание можно оспорить, да ещё и подтянуть тебя за мошенничество. Но больше всего интересно то, что ровно через два месяца после подписания документов, дед скоропостижно помер, хотя твои бывшие соседи готовы поклясться, что он был здоров как конь.

— Такую херню вы несёте.

— А потом под твою руку попал и наш Серёжа. Я пожалела — написала заявление об отсутствии претензий, глупая. Но теперь я могу прямо сегодня эти три факта вынести на суд общественности и закона — твоя жизнь молниеносно полетит в урну. Ты ведь знаешь, что у твоего непосредственного директора дочь убили? Вижу, что знаешь. Он точно тебя выгонит после таких новостей, а после оспаривания завещание – ты и без дома останешься. Никто не захочет брать на работу убийцу и…. маньяка. Благодаря вашим гуляниям по голоду, голубки, и вашей псевдолюбви, я открою миру ещё одну историю, которая окончательно разрушит твою жизнь, Войтов.

Я смотрю то на Глеба, то на тетку. Гул в ушах усиливается, а ноги отказываются держать меня в прямостоячем положении. Я словно сон вижу – страшный, ненастоящий – и вот сейчас точно проснусь и все теткины слова останутся в этом кошмаре.

— Соседка Катька все время меня спрашивала, с чего это Войтов так исправно шлет мне деньги, не уж то я Софку под него положила. Я тогда смеялась до упада, а когда увидела вас на прошлой неделе в кино, побежала к Катьке и сочинила чудесную сказку. В этой сказочке Глебушка был маньяком, который заставлял меня угрозами привозить к нему Софийку. Сейчас же, для удобства, он и вовсе перевез к себе девку, которую насиловал с малолетства. Квартиру ей купил, а она и рот заткнула. Интересная история?

Я вскрикиваю и закрываю рот рукой.

— Это враньё, конечно, и в него полиция не поверит, зато журналисты…. Они любят такие истории. А если к ним добавить предысторию жизни Войтова, они просто в обморок упадут от счастья. Жесть народ любит. Как вы понимаете, Глебу придет пиз*ц. К правде добавим немного лжи и всё смешается. Как вам, ироды, такой расклад?

Глава 43

Глеб молчит довольно долго, сканируя тетку тёмным взглядом. На меня он не смотрит, зато Анфиска безотрывно наблюдает за мной и ехидно улыбается.

Я стою не живая и не мертвая, в грудную клетку словно свинца налили – дышать могу через раз.

— Теперь последуют условия, я так понимаю? – шершаво шепчет Войтов и тетка взрывается торжественным смехом.

— Естественно, Глебушка. За этим я и пришла. Вы должны заплатить. Оба! Я хочу крови и уже ничего не помешает мне вас распотрошить.

Впервые в жизни у меня нет сил на борьбу. Ещё пять минут назад я бы бросилась на Анфиску и с остервенелой силой повыдирала её жидкие волосёнки. Теперь же я пошевелиться не могу, а в голову нехотя лезут навязчивые мысли. Я не хочу верить теткиным словам, но разум диктует свои условия. А ещё, как назло, всплывает забытая сейчас, но когда-то выстроенная аксиома – Войтов убил моего брата. Лишил его жизни, а я и забыла об этом. Предательница. Я предала брата?!

— Что тебе надо? – спрашивает Глеб и я оседаю на пол.

Боже! Неужели она сказала правду и теперь он хочет откупиться от Анфиски, как уже делал когда-то.

— Дайте мне уйти! – вскрикиваю я, пытаясь вернуть себе хоть одну прежнюю стратегию – «беги». Не хочу и не могу это слушать. Лучше уж спрятаться и не знать. Свернуться в клубок и отключиться от действительности.

Тетка и Глеб одновременно смотрят на меня. Смотрят внимательно, а через пару мгновений я ловлю во взгляде Войтова боль. Обволакивающую и заполняющую пространство между нами боль.

— Я тебя не отпускала, — говорит тетка, — наказание касается вас обоих. Первое! Вы забываете про мой дом. Продажи не будет. Второе – Глеб продает этот дом и отдает мне ровно половину суммы с его продажи. Третье! После того, как деньги будут мне переданы, ты уезжаешь из города навсегда. С твоей работой можно работать на дистанте, поэтому много ты не потеряешь. И еще одно условие… на закуску, так сказать. Софа едет к Гришке на свиданку в тюрьму и расплачивается с ним за обиду. Сутки он тебя пошоркает и будем считать, что ты прощена.

— Нет, — рявкает Войтов и делает шаг к тётки, — будем считать, что ты сюда не приходила и не выблевывала нам свою дикую фантазию. Ничего ты от меня и от Софии не получишь.

Анфиска меняется в лице и едко отвечает.

— Получу. Если ты отказываешься, то с этой минуты, я дам ход всем фактам. Лучшее, что тебя ждет – это психушка и позор на всю жизнь.

— Я сейчас вызову полицию и привлеку тебя за угрозы, вымогательство и ложные обвинения. К тому же я подключу юриста, который перейдет к активным действиям по всем фронтам.