Читать книгу 📗 Измена. Ошибка, которую нельзя простить (СИ) - Царская Анна

- По какому праву вы мне указываете? - Света пытается выглядеть возмущённой, но я вижу, как она занервничала. Ведь я не беззащитная Полина, которая не может дать отпор.

- По праву адвоката, который зафиксирует каждое ваше слово и действие для передачи в соответствующие органы. Ваше поведение квалифицируется как преследование и психологическое давление на несовершеннолетнего.

Света смотрит на меня, потом на соседей. Понимает, что проиграла. Ну хотя бы тут у неё хватает разума не переть против меня.

- Это ещё не конец. - Бросает она, направляясь к машине.

- Надеюсь, что конец. - Отвечаю спокойно. - Иначе следующая наша встреча будет в суде.

Она садится в свою тачку и сваливает. А я остаюсь с Полиной и её дочкой.

И тут до меня доходит странная вещь. Когда увидел, как эта сука давит на Полину, внутри что-то переключилось. Не просто профессиональная обязанность помочь клиентке. Что-то другое. Более личное.

Соседи расходятся, перешёптываясь между собой. Мы остаёмся втроём у подъезда. Полина всё ещё держит дочку на руках, и я вижу - малышка напугана до чёртиков.

- Мама, а эта тётя ещё придёт? - Всхлипывает девочка.

- Нет, Кристина. - Полина отвечает неуверенно, но ставит девочку на землю.

Присаживаюсь на корточки перед ребёнком. Кристина смотрит на меня большими испуганными глазами.

- Знаешь. Когда я был маленький, примерно, как ты, у меня во дворе тоже жила одна вредная тётя.

- Правда? - Интересуется Кристина.

- Ага. Звали её тоже Света. Она постоянно ругалась на всех детей. Кричала постоянно на всех. - Но мы с пацанами придумали план. Знаешь какой?

Девочка качает головой, уже заинтересованно.

- Мы решили её задобрить. Каждый день приносили ей что-то. Я - конфеты, которые мама мне давала. Мишка - яблоки, Серёжка - цветы с клумбы.

- И что было?

- Ну она стала ещё больше ругалась. Говорила: зачем это мне? Убирайтесь отсюда! Но мы не сдавались. И знаешь что?

- Что? - Кристина заинтересованно слушает меня и уже больше не плачет.

- Через месяц тётя Света стала самой доброй во дворе. Оказывается, она просто была очень одинокой. И когда поняла, что дети ее не боятся, а жалеют, то изменилась. Она нам даже иногда печенье шоколадное пекла.

- Эта злая тётя тоже станет доброй?

- Может быть. - Пожимаю плечами. - Но тебе не стоит её бояться. Я позабочусь об этом.

Кристина, наконец, улыбается. И меня немного начинает отпускать.

- Пойдёмте наверх. - Предлагаю я. - Кристине нужно согреться, да и тебе Полина тоже.

В квартире усаживаю девочку на диван, укрываю пледом. И тут понимаю, что перехожу границу наших деловых отношений. Так клиент со своим адвокатом не должны вести себя. Начинаю делать то, что должен делать её отец. Хотя какой из меня отец? Никогда детей не хотел, считал обузой.

Но когда сегодня увидел, как эта сука Света давит на ребёнка, что-то внутри взорвалось. Вспомнил себя в семь лет, когда отец ушел от нас. Помню, как мама плакала на кухне, а я стоял в дверном проёме и не знал, что делать. Хотелось защитить её, но я был слишком маленьким.

- Полина. - Зову её тихо. – Она пошла сразу на кухню, чтобы поставить чайник. Но я вижу, что она просто прячется, пытается справиться с эмоциями.

Полина подходит, и я вижу, что еле держится. Вся эта ситуация со Светой подкосила ее окончательно. Точно как маму тогда. Сильная женщина, которую сломали обстоятельства.

- Всё. Худшее позади. Эта психованная больше не посмеет к вам приблизиться.

- Она не отстанет пока не успокоиться. - Вы видели, на что она способна. Кристина так испугалась... Теперь и соседи всё видели. теперь думают, что я...

- Соседи поняли, что ты защищали ребёнка. И Света получила ясное предупреждение. Если повторит свои выходки, дело дойдёт до суда за преследование. И поверьте, тогда её положение ухудшится.

Полина вдруг всхлипывает, и я не выдерживаю, обнимаю её. Она прижимается ко мне, и чувствую, как дрожит. Она такая тёплая, хрупкая. Пахнет какими-то домашними духами, ванилью и чем-то ещё очень приятным.

Хуй его знает, что со мной творится, но не хочется отпускать.

- Все хорошо. - Шепчу ей на ухо. - Я не дам больше никому вас обидеть.

Она отстраняется, смотрит на меня удивлённо. И я понимаю, что опять перешёл все возможные профессиональные границы. Нельзя так с клиентками. Нельзя обещать то, что обещать не могу, не имею права. Мой долг ей развестись с минимальными потерями, и на этом всё.

Но мне насрать на все эти «нельзя».

- Дядя Александр. - Тянет меня за рукав Кристина. - Вы останетесь с нами ужинать?

- Солнышко, у Александра много дел.

- Останусь. - Перебиваю Полину. - Если мама не против.

- А потом мультик посмотрим? - Загорается девочка. - Про принцессу!

Смотрю на Полину. Она улыбается первый раз за сегодняшний день.

- Хорошо. - Кивает она. И мне кажется, она даже засмущалась. - Только сначала нужно приготовить ужин.

- Я помогу. - Хотя из меня повар так себе.

Тогда какого хрена мне это нужно?

Мне просто хочется остаться. Хочется остаться с ними. Хочется быть тем, кто защищает. Тем, кого ждут дома. Защищать их обеих. Но какого хрена? Она клиентка. Просто клиентка, в который раз за час повторяю себе. Только это не работает. Ни черта не работает.

Глава 32

Ростислав

Сижу в кабинете Краснова и изучаю документы по его новому проекту в Подмосковье. Цифры мелькают перед глазами, но сосредоточиться не получается. Завтра развод. Завтра официально закончится все, что я считал своей жизнью.

- Ростислав, ты меня слушаешь? - Краснов постукивает ручкой по столу.

- Да, конечно.

- Нет, не слушаешь. Я говорю о том, что ещё не поздно всё вернуть. Полина женщина разумная. Если подойти правильно.

Краснов не договаривает, потому что у меня звонит телефон. Смотрю на экран, Карина, моя помощница. Странно, она знает, что сегодня работаю у Краснова до позднего вечера.

- Карина?

- Ростислав, у нас проблемы. - Её голос напряженный, нервный. - Большие проблемы. К нам пришли с обысками. Сейчас роют документы по сделкам Краснова девятнадцатого и двадцатых годов.

- Что именно их интересует? - Спрашиваю, хотя уже знаю ответ.

- Участки в Раменском районе. Документооборот с администрацией. Переоформление прав собственности. Они конкретно спрашивают про ваше участие как юриста в этих сделках.

- Делай всё по инструкции. Я разберусь.

Кладу трубку, но Краснов смотрит на меня с недоумением, но по моему лицу уже всё понимает.

- Что случилось?

Не отвечаю. В голове проносится только одно имя - Волков. Этот сукин сын действительно сдержал своё обещание. Я думал, он блефует. Думал, что никто не станет копаться в старых сделках ради обычного развода.

Но я недооценил его. Недооценил то, насколько серьёзно он относится к своей работе. Или к Полине. Может всё дело в ней? Или банально пытается получить побольше денег.

- Ростислав! - Краснов встаёт из-за стола. - Что за дрянь случилась?

- Обыски. В моём офисе. Роются в документах по твоему Раменскому проекту. Интересуются моей ролью как юриста.

Краснов бледнеет. Он же знает эти сделки. Понимает, что если докопаются до того, как именно я проводил переоформление документов...

- Блядь. - Шипит он. - Это из-за развода? Неужели Волков раскопал то, что не стоило трогать.

- Вы зачем его посоветовали?

- Хотел помочь Полине. Но я недооценил его. Он мне очень напоминает тебя.

- Комплимент так себе.

- Может и так, но Волков у меня на крючке. Хотя, что-то мне подсказывает, если на него надавить, он ещё больше взбеситься.

- Я именно так бы и сделал.

- Поэтому надо действовать мягче. Щенка надо приструнить, но деликатно.

Киваю, чувствую, как внутри всё сжимается в тугой комок. Раменское - это не просто сделка клиента. Это моё участие в сомнительной схеме переоформления земли. Всё было чисто, но прокопаться можно. Если дело дойдет до суда, если докажут моё прямое участие в мошенничестве. За такое и статья может грозить.