Читать книгу 📗 Не отпускай меня... (СИ) - Шолохова Елена

Вместе с ним награждали еще одного парня из местных, но его уже посмертно. Награду вручали его жене, вернее, вдове. Много хороших и правильных слов сказали.

И всё бы ничего. Его даже проняло в какой-то момент. И плевать было на то, что мэр опоздал, на то, что приехал явно с похмелья, и даже на то, что вместо Гаранина назвал его Гагариным. Но на награждение явился и полковник Кирсанов....

Вообще, Алексей на него не злился. Может, только поначалу. Как и на Зою, и на ее отца. Но уже давно остыл. А теперь даже думал: ну и хорошо, что так вышло.

Но когда сегодня до начала церемонии к нему подошёл Кирсанов, руку протянул, еще и сказанул с чувством, этак по-отечески: «Молодец, сынок, горжусь тобой», накатило вдруг сильнейшее раздражение. Затем еще и позировать влез перед камерами рядом с ним. И журналистке, что пристала с интервью, похвастался: «Это мой солдат! Вот такие в нашей части герои!».

Очень хотелось послать его ко всем чертям. Поэтому и с фуршета он намеревался уйти, но его опять тормознула всё та же журналистка. Пришлось задержаться отвечать на ее вопросы. Зато хоть поел.

Заселили его в гостиницу «Тайга» в Химках, недалеко от мэрии. Тетка-администратор ему не понравилась сразу. Он в принципе не любил таких шишек на ровном месте. Вот и эта первый момент встретила его с такой миной, будто он тут за милостыней пришел. А узнав, кто он такой, почему-то резко переменилась, заворковала с елейной улыбочкой:

— Ой, так бы сразу и сказали, что вы от мэрии. Все уже оплачено. Номер двести седьмой. Вот ключи. Лестница на второй этаж вон там.

Она положила на стойку ключ с номерком, продолжая улыбаться ярко-накрашенными губами. Его едва не передернуло от отвращения. Хотя, может, всё с ней нормально, и это просто он был на взводе.

К тому же из ресторана, чьи двери выходили сюда же, в фойе гостиницы, гремела музыка — какой-то блатной шансон, вопили пьяные тетки, хохотали мужики, несло едой и алкоголем. Это тоже раздражало.

— Не хотите поужинать в ресторане? — предложила она.

— Нет, — отрезал Алексей, схватил ключи и пошел к лестнице.

Однако в номере оказалось вполне себе уютно, чисто и тихо. Посреди комнаты широкая кровать, над кроватью картина, натюрморт с яблоками, и пара симпатичных светильников, на тумбочке телевизор, на столе минералка, два стакана, открывашка. Сквозь желтые шторы просвечивали золотистые лучи заходящего солнца.

Алексей открыл окно, закурил. Потом плюхнулся поперек кровати. Мягкая, но упругая. Вот такую бы им с Зоей купить, подумалось. И тут же мысли перетекли к ней. Что она, интересно, сейчас делает? Захотелось ее вдруг увидеть, так резко и остро, будто не виделись уже год. И вообще нестерпимо захотелось назад, домой.

И зачем еще на день решил остаться? Лучше бы сегодня в Березники рванул, уже бы подъезжал. Хотя ясно зачем — хотел на наградные купить им подарки. Даже уже придумал что. Матери телевизор, большой, цветной, импортный. Колян сказал, что видел здесь такой в универмаге. Ну а Зое сережки золотые. Вместо прежних. Месяц назад она потеряла одну сережку, когда купались в реке. Он все дно обшарил, но не нашел. Зоя говорила, что ничего страшного, но он-то видел — расстроилась. Ещё тогда захотел купить ей другие. когда-нибудь. Когда будут деньги.

Спать он лег рано, за окном едва начало темнеть. Но уснуть еще не успел, как в дверь тихонько поскреблись. Сначала подумал — показалось. Но немного погодя, звук повторился. Он вылез из постели, натянул штаны, открыл дверь.

В коридоре стояла незнакомая девушка с пергидрольными пышными кудрями и маняще улыбалась. Алексей быстро оглядел жирные черные стрепки, ярко-алую помаду, леопардовую курточку нараспашку и топ, туго обтягивающий пышную грудь, коротенькую кожаную юбочку, колготки в сетку и туфли на высоченном каблуке.

В руке девушка держала непочатую бутылку Советского шампанского.

— Привет, красавчик, — еще шире улыбнулась она.

— Чего тебе? — буркнул он.

Она тряхнула бутылкой.

— Не поможешь открыть?

Не пропуская ее в номер, он взял бутылку, сдернул фольгу, скрутил проволоку. Затем выдернул пробку с коротким щелчком и вернул бутылку девушке.

— Спасибо, — промурлыкала она, но уходить явно не собиралась.

— Слушай, может, присоединишься к нам. Тут недалеко, в соседнем номере...

— Нет, — он хотел закрыть дверь, но девушка ловко выставила ножку. — Да погоди ты. Чего ты такой бука? Ну нет так нет. А ты тут один? Скучаешь? Можем приговорить шампусик на двоих. Хочешь? Или коньячок в номер закажем?

— Слушай... начал было он, но тут почувствовал, как девушка зацепила пальцами его ремень штанов и потянула на себя.

— Ну же... — Она выпустила ремень и скользнула ладошкой ниже, погладила пах и легонько сжала.

— Ты охренела? — опешив, оттолкнул он ее руку. — Тебе че надо?

— Блин, ты чего такой скучный? — капризно протянула она.

— Короче, шагай отсюда, веселая. Ты не по адресу.

Алексей, негодуя, захлопнул дверь перед носом у девушки. Но сон после ее визита как рукой сняло. Полночи ворочался, еле утра дождался.

На следующий день первым делом Алексей отправился за подарками. Сначала купил сережки. Точно такие же, как были у Зои, он не нашел. Взял те, что посоветовала продавщица.

Потом уже пошел в универмаг. Колян сказал правду: телевизоры стояли себе на полках свободно, выбирай любой Sony, Sharp, Panasonic. И никаких очередей. Ценник, конечно, космический, но еще два года назад такого изобилия в помине не было.

До гостиницы с коробкой потом еле дотащился. Взмок весь — под конец августа жара стояла немыслимая. Сходил в душ освежиться. Думал, пока есть время до электрички, прогуляется по городу, в какую-нибудь столовку забредет пообедать. Затем, может, до своей части доедет, с ротным повидается. Но тут в номер постучали, не как вчера, а громко и уверенно.

Алексей, на ходу обтираясь полотенцем, повернул замок. И в удивлении замер. За дверью стоял отец Зои...

50

Вот уж кого-кого, а Верника Алексей никак не ожидал увидеть. Но узнал моментально. Тот и не изменился с прошлого лета.

Встречал он Зоиного отца от силы раз пять, и то видел мельком, когда тот квасил с командиром части. Ну, не считая последнего раза, когда Верник накрыл их с Асей в бане Кирсанова.

Тот случай Алексей старался не вспоминать, а когда все-таки всплывало на ум, то казалось, что это было очень давно, в прошлой жизни, и вообще не с ним. Даже не верилось, что когда-то он был таким дурным, безголовым и самоуверенным.

Спасибо, Зоя никогда не упрекала его ни за ту чертову баню, ни за свою сестру. Впрочем, они оба, не сговариваясь, обходили эту тему стороной. Оба чувствовали друг перед другом стыд и вину за те события, и предпочитали не ворошить прошлое. И вот сейчас он словно лицом к лицу столкнулся с тем самым прошлым.

— Впустишь? — спросил Верник. — Разговор есть.

Внутри всё противилось. Хотелось сказать: «Не о чем нам говорить» и закрыть дверь. Но с ним он так не мог, это ведь отец Зои. Поэтому посторонился, давая гостю пройти в номер.

Тот огляделся, увидел коробку с телевизором и хмыкнул. Но, сев в кресло, заговорил уже серьезно.

— Ну, для начала хочу тебя поздравить с наградой.

— Спасибо, — хмуро отозвался Алексей. — Ну вы же не за этим сюда пришли.

— Не за этим, — согласился Верник. Он не выглядел ни злым, ни раздраженным, но напряжение внутри росло.

— Со здоровьем, гляжу, у тебя уже всё хорошо?

— Не жалуюсь.

— А как там Зоя?

— Нормально.

— Домой возвращаться не собирается?

Алексей, все больше мрачнея, промолчал. Не нравились ему эти блуждания вокруг да около. Сказал бы сразу, что ему надо, чем тянуть.

— Так понимаю, нет, — сам ответил на свой вопрос Верник. — Мне вот интересно, что она там делает? Чем занимается? И вообще, в качестве кого она там у вас? Приживалки? Бесплатной прислуги?

Кровь горячо ударила в лицо.