Читать книгу 📗 Последний в списке (ЛП) - Доуз Эми

Я глубоко вдыхаю, потому что уже видела этот взгляд раньше. Смотрю на него так, когда он делает то, что делает сейчас, нарушая одно из правил, распуская галстук на шее. Это чертовски сексуально.

— Она здесь! — кричит Эверли откуда-то сверху, отчего мы с Максом отскакиваем в стороны, словно кто-то бросил между нами петарды. Она спускается по винтовой лестнице, ее сумка бьется о металлические стержни при каждом шаге. И ярко улыбается нам с отцом. — Она здесь, ребята!

— Выйди и поприветствуй ее, — отвечаю я со смехом.

Она с громким стуком роняет сумку и, развернувшись на каблуках, выбегает через парадную дверь. Я провожу рукой по лицу, чувствуя, как горят мои щеки, и поворачиваюсь лицом к Максу.

Я показываю большим пальцем через плечо.

— Пойду соберу себе сумку, а потом уберусь отсюда, — говорю я, понимая, что задерживаюсь на кухне Макса гораздо дольше, чем обычно после его возвращения домой вечером.

— О чем ты говоришь? — Макс хмурит брови, обходя остров, чтобы встать передо мной.

— Я собираюсь уходить, — объясняю, глядя на него вверх, пока он склоняется надо мной, излучая всю свою мужскую энергию, из которой мне хочется сшить одеяло. — Я поеду к сестре. Мой шурин очень скучает по мне.

— Кассандра, — рявкает Макс, протягивая руку, чтобы взять меня за подбородок. Его лицо смертельно серьезно, когда он добавляет одно из самых сексуальных слов, о которых я никогда не думала. — Останься.

Мурашки пробегают по всему моему телу от выражения его лица, говорящего: «Только посмей уйти». Мой голос слаб, когда я хриплю:

— Но... наши правила.

— К черту правила, — бормочет он гортанным голосом, проводя большим пальцем по моей нижней губе, отчего все мое тело вспыхивает. — Оставайся на ночь.

Моя грудь раздувается от беспокойства, желания, нервов и миллиона других эмоций, которым я не могу дать название, потому что Макс смотрит на меня так, словно видел меня голой... потому что так оно и есть.

— Ты уверен, что Эверли не подумает, что это странно? — Я бросаю взгляд на дверь, когда слышу голоса снаружи.

— Ты можешь остаться в ее постели, — отвечает Макс с порочным выражением в глазах, отпуская мой подбородок. — После того как побываешь в моей.

От мальчишеского подмигивания, которым он одаривает меня, прежде чем небрежно выйти на улицу, чтобы поприветствовать Клэр у двери, у меня буквально тают трусики.

Мои трусики... исчезли.

ГЛАВА 32

Макс

— Странное ощущение, — говорит Кассандра со своего места на диване в моей гостиной.

Девушка свернулась калачиком под одеялом, ее темные волосы собраны в небрежный пучок, и она выглядит так же хорошо в своей домашней одежде, как и в одежде для выхода в свет.

— Почему? — спрашиваю я, подходя, чтобы долить в ее бокал еще красного вина. Я ставлю его на столик рядом с ней, намеренно касаясь ее своим телом, когда тянусь за своим стаканом виски.

— Потому что я в Флетчобителе, — драматично восклицает она, прежде чем сделать глоток вина.

— Может, уже хватит его так называть? — Я смеюсь, опускаясь рядом с ней. — Звучит как гребаное студенческое братство. Предпочитаю не вспоминать о своих студенческих годах, большое спасибо.

Ее щеки вспыхивают, когда она жадно смотрит на меня.

— Если бы это было братство, я бы точно позволила тебе трахнуть меня на своей мансарде.

Мои брови поднимаются от интереса к этому очень приятному мысленному образу, который она только что вызвала. Я кладу руку на спинку дивана и обвожу пальцем ее ухо.

— Кажется, ты нервничаешь.

— Да, — отвечает она, ее зеленые глаза расширены и насторожены. — Твоя дочь прямо за дверью.

Она указывает в сторону домика, и я оглядываюсь через плечо, чтобы увидеть в окне светящуюся лампу для чтения в мансарде. Я уложил их спать с фильмом на iPad Эверли час назад, и они обе выглядели измученными, когда я их проверял.

— Говорю тебе... они в нескольких секундах от того, чтобы вырубиться.

Кассандра качает головой и делает большой глоток вина.

— Но мне кажется, что это мама и папа там, а я здесь, целуюсь со своим бойфрендом и могу быть поймана в любой момент.

— Бойфрендом? — Не могу сдержать ухмылку, которая расползается по лицу. Почему я ухмыляюсь, когда меня называют чьим-то парнем?

Она закатывает глаза и толкает меня в грудь.

— Ты понимаешь, о чем я.

Облизываю губы и наклоняюсь ближе.

— Возможно, мне понадобится демонстрация того, как надо целоваться.

— Ни за что! — Она отталкивает меня ногой в ответ таким неэлегантным способом, который только Кассандра могла бы сделать милым. — Я не позволю твоему ребенку застать нас за неподобающим поведением на диване. Мы с Эверли часто сидим здесь. И мы не будем осквернять это священное пространство твоими нечестивыми идеями Задди.

Мои брови приподнимаются от этого обвинения.

— Во-первых, ты сама заговорила о поцелуях, так что это твоя порочная идея. Во-вторых, у меня включены камеры наблюдения, так что как только они выйдут на площадку у бассейна, мой телефон зазвонит.

Она нервно грызет ноготь большого пальца.

— Ты уверен?

— Поставь вино и иди на хрен сюда, Кози, — требую я. Видимо, ей нужен был только приказ, чтобы наконец-то освоиться.

Девушка отставляет вино и наклоняется, чтобы поцеловать меня. Этого недостаточно, поэтому я подхватываю ее под мышки и сажаю к себе на колени. У меня встает, когда ее мягкие груди прижимаются к моей груди. Девушка прижимается бедрами к моему паху, и я рычу ей в губы.

— Блядь, я обожаю твое тело, — хриплю я, резко хватая ее за задницу руками и толкаясь вверх.

— Правда? — выдыхает она, ерзая у меня на коленях.

— Да, черт возьми. — Я протягиваю руку и расстегиваю молнию на ее толстовке, обнажая ее обтянутые спортивным лифчиком груди, которые выглядят как произведения искусства. — И если бы это не было чертовски странно, я бы прямо сейчас сделал тебе засосы на сиськах.

— Пожалуйста, не надо. — Она вздыхает, проводит пальцами по моим волосам и, схватив их, отводит мое лицо назад. — Я должна носить купальники рядом с твоим ребенком.

— Счастливый ребенок. — Я ухмыляюсь, прежде чем наклониться и провести языком по ее шее, вдыхая ее пьянящий аромат. — Отлично, больше никаких засосов.

Скольжу рукой вверх по ее груди к шее, и прижимаю ее к себе, чтобы поцеловать в губы. Я быстро понял, что ей нравится в этом. Момент контроля, когда она, задыхаясь, высвобождает силу и дает мне возможность контролировать ее.

Это чертовски горячо.

Слишком горячо.

Мне нужно вытащить ее с этого гребаного дивана. Сейчас.

— Нам нужно убираться отсюда. — Я отодвигаюсь, чтобы она слезла с моих колен, и чувствую, что член в любую секунду может прорваться сквозь джинсы.

Девушка сидит на диване, похожая на мешок с картошкой, и я протягиваю ей руку, чтобы помочь подняться. Как только она встает, я наклоняюсь и вжимаюсь плечом в ее торс, а затем встаю обратно.

Она громко вскрикивает.

— Ты не мог просто так перекинуть меня через плечо! Поставь меня на пол!

— Я же просил тебя не бросать мне вызов, Сладкие Булочки. — Я от души шлепаю ее по заднице и сжимаю, проходя через кухню в свою спальню.

Пинком закрыв за собой дверь, я бросаю ее на кровать и наслаждаюсь ее видом в своем пространстве. И я, черт возьми, не ненавижу это. На самом деле, мне это даже нравится. И особенно нравится, что мне не пришлось карабкаться по лестнице, чтобы уложить ее в горизонтальное положение.

Она выглядит ошеломленной, пока ее глаза привыкают к тусклому свету ламп на прикроватных тумбочках. Я стягиваю рубашку через голову, когда мне в голову приходит ужасная мысль.

— Черт... у меня закончились презервативы.

— Что? — щебечет она, опираясь на локти.

Качаю головой, раздражаясь на себя.

— Я собирался заехать за ними по дороге домой, но позвонила Джесс, и я отвлекся.