Читать книгу 📗 Напиши меня для себя (ЛП) - Коул Тилли

В ответ я показал ему средний палец.

Джун осматривала комнату, игнорируя нас, двух идиотов. Я проследил за ее взглядом: диваны, широкоэкранный телевизор и автоматы с продуктами в углу (в которых, разумеется, была только правильная и полезная еда).

— Это наша основная комната для посиделок, — сказал я.

Джун кивнула.

— Скорее всего, через несколько дней начнется лечение, поэтому я не знаю, как все пойдет дальше. Мы все просто цепляемся за свободу, пока она у нас есть.

Джун издала прерывистый вздох, но Эмма тут же подскочила к ней, отвлекая внимание.

— Хочешь чего-нибудь попить?

— Да, спасибо, — ответила Джун и пошла к автоматам.

— Чувак, — сказал Крис, закинув руку мне на плечо. — Да у тебя же все на лице написано! — Он покачал головой, посмеиваясь надо мной.

А мне было плевать. Я не мог оторвать глаз от Джун. Мне нечего было скрывать. Она была великолепна. Я никогда не отличался тонкой душевной организацией, но когда тебе говорят, что ты можешь не дожить до восемнадцати, это заставляет поторопиться с признаниями в чувствах и их проявлениями.

Я увидел, как Джун взяла бутылку воды у Эммы, другой рукой все так же прижимая блокнот к груди.

— Она идеальна, чувак, — сказал я Крису, а тот только застонал. Я проигнорировал его. — Ты когда-нибудь смотрел на девушку и думал: «Черт возьми»? Потому что сегодня это произошло со мной. — Я пожал плечами. — Такого раньше никогда не случалось со мной, но сейчас я не собираюсь это игнорировать.

— О боже, чувак, ты уже поплыл? — спросил Крис. — Мы только приехали! Ты же должен был стать моим сообщником по безумствам.

— Остынь, приятель, — сказал я. — Я просто говорю, что при виде Джун я будто пропустил удар челюсть. — В этот момент она повернулась ко мне, и когда наши взгляды встретились, я почувствовал, как в груди что-то взорвалось. Она робко улыбнулась мне, и я с трудом выдохнул.

Великолепная.

Они с Эммой, похоже, быстро поладили.

— Мне было очень приятно со всеми вами познакомиться, но мне пора возвращаться в свою комнату, — сказала Джун, когда вернулась к нам с Крисом. — Мне вообще не следовало из нее выходить. Родители уже закончили с Нини и, наверное, гадают, куда я пропала.

— Какая у тебя комната? — спросил я.

— «Голубь».

Крис хлопнул меня по плечу и театрально застонал. Я рассмеялся над другом.

— Эмма! Иди-ка ко мне на диван, — позвал Крис.

— Зачем? — спросила она.

— Мне нужно тебе кое-что рассказать. — Крис подмигнул мне.

Я закатил глаза. Не сомневался, что Эмма узнает о моей симпатии к Джун в мгновение ока.

— Я ничего не понимаю, — сказала Эмма, но все равно пошла за ним, а затем обернулась к Джун. — Почему парни такие странные? Слава Богу, что ты здесь, подруга. Ты мне нужна, чтобы я окончательно не сошла с ума.

Джун ответила ослепительной улыбкой и повернулась ко мне.

— Почему Крис так застонал? Что он рассказывает Эмме?

Я постучал пальцем по виску.

— Он просто немного того. Наверное, ему слишком много раз прилетало по голове бейсбольным мячом. — В этот момент пустая бутылка из-под воды угодила мне в затылок.

— Я все слышал! — выкрикнул Крис, очевидный виновник удара.

Я решил снова проигнорировать его.

— Идем, Джунбаг, — сказал я и открыл дверь гостиной, приглашая ее пройти со мной. — Провожу тебя в твою комнату.

— Ты знаешь, где она? — спросила Джун.

— Знаю. — По спине пробежал холодок, когда мы пошли по лабиринту коридоров — только мы вдвоем. Это было похоже на внезапную вспышку волнения.

Странно.

Я начал бросать мяч из руки в руку, чтобы успокоиться.

— Твои родители тоже остановились в гостевом доме? — спросила Джун.

— Нет, — покачал я головой, и тоска по дому мгновенно разлилась по венам. — Нас только четверо: я, мама и две младших сестры — мы живем без отца, — и они не смогли приехать.

— Ох, прости. Я не хотела... — заговорила она, запинаясь.

Как и всегда, у меня внутри все сжалось от боли, когда кто-то касался темы моей семьи. Я потер шею, делая вид, что мне это безразлично.

— Никаких проблем, Джунбаг, — сказал я, нацепив на лицо отрепетированную улыбку. — Мама не может быть здесь со мной. Она работает на дому и не смогла взять отпуск. К тому же, младшие сестры учатся в школе, и мне не хотелось отрывать их от учебы. Так что я здесь один. Я созваниваюсь с ними каждый день по несколько раз, а они будут приезжать ко мне по выходным. — Я пожал плечами, надеясь, что звучу так же невозмутимо, как пытаюсь казаться. За годы я научился масиерски скрывать свои чувства.

Я понимал, почему моя семья не может быть здесь со мной, правда. Мама растила нас одна, работала за копейки и заботилась о двух моих младших сестрах. Она и так уже погрязла в долгах из-за химиотерапии и процедур за последние месяцы. Большую часть нового лечения оплатила фармацевтическая компания и моя страховка, что немного снимало финансовое бремя с маминых плеч. Такой шанс нельзя было упускать.

То, что их не было рядом, отзывалось режущей болью в груди, но у меня не было другого выбора, кроме как смириться. Мой непутевый папаша вряд ли собирался вернуться и помочь. Нет, для него это было бы слишком.

Я тихо и глубоко вздохнул, чтобы Джун не заметила моих внутренних противоречий. Мне было семнадцать. Я мог справиться один. Я должен был это сделать. К тому же, у меня были товарищи по болезни, на которых можно было положиться, и все они были довольно классными ребятами. Теперь, когда я был здесь, все не казалось таким уж плохим.

Я смогу это сделать...

Молчание Джун заставило меня переключить внимание на нее. Она явно почувствовала тяжесть моего взгляда и посмотрела мне в глаза.

— Мне так жаль, что они не смогли приехать. — В ее голосе звучало искреннее сострадание. От этого у меня перехватило дыхание. Я не привык, чтобы кто-то, кроме моей маленькой семьи, так переживал обо мне. Это было... приятно. Непривычно, и тем не менее приятно. Я даже не знал, как к этому относиться.

— Все нормально, — сказал я небрежно. — Я собираюсь вернуться полностью здоровым и прожить остаток жизни в добром здравии. — И я верил в каждое сказанное слово.

Джун ответила ослепительной улыбкой.

— Я верю, что так и будет, — сказала она. Я улыбнулся в ответ, когда мы повернули за угол к ее комнате. — Ой, спасибо! — В ее мягком голосе послышались нотки юмора. — Я бы никогда сама не нашла дорогу. Пришлось бы кричать SOS. — Мы остановились у ее двери. Она повернулась лицом ко мне. — Ты за несколько дней здесь, похоже, во всем здесь разобрался, да?

— Э, не совсем. — Я театрально отступил на несколько шагов назад, пока не оказался перед дверью соседней комнаты. — Это моя, — сказал я, постучав по табличке на двери. — Олень.

— Твоя комната рядом? — выдохнула Джун, будто у нее перехватило дыхание.

— Похоже на то.

— А, вот ты где! — мужской голос раздался за спиной Джун, еще до того, как его обладатель появился в поле зрения. Это был мужчина был средних лет, очень похожий на Джун. Я предположил, что это ее отец. Следом за ним шла женщина, которая, видимо, была ее мамой. Нини шла последней.

— Джесси, — окликнула меня Нини, заметив у двери. — Вижу, ты уже познакомился с Джун.

— Да. — Я посмотрел на Джун и подмигнул ей.

Она покраснела.

— Я Грег Скотт, отец Джун, — сказал мужчина, и я пожал ему руку.

— Приятно познакомиться, сэр. Я Джесси Тейлор.

— Тот самый Джесси Тейлор, который в следующем году должен присоединиться к «Лонгхорнс»? — сказал мистер Скотт, взглянув на мою бейсболку. — Джесси Тейлор, лучший нападающий года, квотербек?

— Так точно, сэр, — ответил я, и, как это обычно бывало, его взгляд наполнился сочувствием. Я стал быстрее перебрасывать мяч из руки в руку, поскольек на данный момент он был частью меня и помогал успокоиться. — Но сначала нужно навалять этому раку, — сказал я, стараясь разрядить обстановку. Мне нужно было сохранять позитивный настрой. На этом ранчо я не допускал иной мысли, кроме полного выздоровления, поэтому не оставлял места для альтернативных вариантов. У меня были мечты, которые нужно было воплотить, и цели, которых нужно было достичь, а времени на это оставалось совсем немного.