Читать книгу 📗 Те самые Сейморы (ЛП) - Роуз Саванна

— ...Вроде покупки бесполезного детского рюкзачка, покрытого синими бабочками, — пробормотала я, хмуро глядя на экран.

Но зайти так далеко, чтобы обвинить кого-то в убийстве или похищении?

Меня осенило, что она могла на самом деле манипулировать полицией, чтобы те завели расследование по «исчезновению» Китти Мэй.

На поверхности это было бы глупо, поскольку любое расследование выявило бы именно то, что обнаружила я — что семья переехала на Аляску ради здоровья Леона, — и было бы закрыто без комментариев и, возможно, с выговором в ее сторону за пустую трату их времени.

Но это также сопровождалось бы бумажной волокитой. Телефонные записи или копия заявления в полицию — что-то, доказывающее, что она на самом деле связывалась с полицией. Не то чтобы кто-то из нас просил доказательств — мы вроде как просто верили тому, что она говорила.

Не знаю, почему другие так поступали, но лично у меня было подсознательное подозрение, что любая попытка оспорить ее картину мира встретит разрушительный отпор. Возможно, это указывало на мои собственные проблемы, а возможно, это был инстинкт.

На следующий день я вернула все, что купила, даже не утруждая себя сортировкой, затем не спеша приобрела вещи, которые мне нравились и которые были действительно нужны.

ГЛАВА 6

— Кеннеди! У тебя что, инсульт случился? — нахмурилась Джулианна и скрестила руки на груди.

Мэйси и Джоан изобразили выражение лица, которое выглядело словно кадр из фильма ужасов, поскольку все они были одеты одинаково.

Мы договорились — вроде как — во время шопинга, что наденем подобранные в торговом центре комплекты из блузок и джинсов. Джулианна — розовый, Мэйси — лавандовый, Джоан — зеленый, а я — синий.

Эти наряды — которые на них были — должны были сочетаться с нашими мини-рюкзачками в виде клубнички, медвежонка, арбуза и бабочки.

Я вернула свой — и комплект, и рюкзак — и заменила их на то, что не заставляло меня выглядеть как четверная сестра-близнец Джулианны, только слегка загоревшая.

Я встряхнула волосами, поправила широкие лямки с пряжками своего красного платья и сделала небольшой поворот, демонстрируя при этом свой красно-серый рюкзак.

Эта сумка была достаточно большой, чтобы вместить мои учебники, что, знаете ли, вроде как является основной чертовой функцией школьного рюкзака.

— Платье нравится? — спросила я. — В нем есть карманы.

Я сунула руку в один из глубоких передних карманов-фартучков на платье и ухмыльнулась так, будто я не бросила вызов ее величеству.

Джулианна подняла бровь и поджала губы.

— Полагаю, ты просто забыла, — медленно произнесла она. Она вздохнула и прикоснулась рукой ко лбу. — Сейчас уже слишком поздно что-либо менять. Ничего. Я зайду сегодня вечером.

Без сомнения, чтобы подобрать мне наряд на завтра. Раздражение пробежало по спине, но я последовала за ней в школу. Мэйси, как обычно, шла рядом с ней, а Джоан — рядом со мной. Когда двое других немного ушли вперед, Джоан понизила голос.

— Смело, — тихо сказала она. — Зачем ты это сделала?

Я пожала плечами.

— Меня никто не одевал с тех пор, как я спровадила свою последнюю няню, — ответила я вполголоса. — И я не собираюсь нарушать эту традицию.

Она посмотрела на меня со странной смесью ужаса и уважения, но не успела ничего сказать.

У нас четверых были общими большинство предметов. В городе такого размера было бы почти проще держать всех старшеклассников в одной комнате и просто менять учителей, по крайней мере, по основным предметам, но у Старлайн Хай было достаточно финансирования, чтобы делать вид, будто нас намного больше, чем на самом деле.

Как обычно, мы вчетвером заняли четыре места во втором ряду слева.

Стью, Ренард и Адам заняли большую часть второго ряда справа. Если бы Китти Мэй все еще была здесь, она заняла бы правое место ближе к проходу — часть группы Джулианны, но не слишком близко.

Я никогда не была до конца уверена, было ли это решение Джулианны или просто естественным следствием их характеров.

Сейморы, как обычно, опоздали. В нашем классе их было двое, и у них тоже были свои предпочтительные места.

Руди, темноволосый с пронзительными голубыми глазами, сел позади меня.

Брэдли, бледный викинг, сел позади Мэйси.

Ни один из них никогда не стремился занять место позади Китти Мэй. Если подумать, если бы кто-то из них и был ответственен за травлю кого-то из нас, это были бы я или Мэйси.

Напряжение в классе возросло, когда парни заняли свои места. В Старлайн Хай никогда не стояло вопроса, будут ли Сейморы и команда Джулианны в состоянии войны; вопрос был лишь в том, кто сделает первый ход.

До того шопинга я ожидала бы, что начнут они — с моей точки зрения, так всегда и было. Но сегодня я пристально следила за Джулианной.

— Так, старшеклассники! Давайте сосредоточимся и будем внимательны. Вы все меня знаете, я думаю… ага, в этом году новых лиц нет, но просто для очистки совести — и потому что я так и не потренировался в разных способах начать урок — я мистер Фрэнкс, и это ваш классный час.

Фрэнкс преподавал ровно столько, сколько я училась в старшей школе. Он все еще выглядел так, будто ему было бы комфортнее за партой, чем перед ней.

В прошлом году он носил джинсы и футболки, пока какой-то родитель не пожаловался на непрофессионализм и на авторитет учителя, который одевается как подросток. Теперь, не имея другого выбора, он нехотя носил поло и хаки. Но от кедов он не отказался. Напротив, кроссовки на его ногах становились все ярче и вызывающее.

Он был так же осведомлен о напряжении в классе, как и любой другой ученик, и знал, откуда оно берется. Дело в том, что когда ты выглядишь как студент, люди склонны относиться к тебе соответствующе. Они рассказывают тебе то, чего не сказали бы более старшему или строгому учителю.

Он бросил взгляд на второй ряд, затем на третий. Его скользящий взгляд задержался как раз у меня за головой.

— Мистер Джеймс сегодня утром провел со мной долгую беседу. Вы помните мистера Джеймса, того беднягу, которого вы все довели до нервного срыва в прошлом году? Ага. Он вернулся, и теперь у него все очень хорошо, спасибо, что спросили.

Я подавила желание заерзать на стуле. Мне до сих пор было неприятно за это.

Перепалки между нами и Сейморами сделали мистера Джеймса практически неспособным чему-либо учить нас всю первую половину учебного года. Когда мы все завалили промежуточные экзамены, а в классе взорвались обвинения в подставе и списывании, с мистером Джеймсом случился приступ. Мне это показалось сердечным, но это было что-то другое. Нервный срыв, по всей видимости. Он провел остаток учебного года в маленьком городке в четырех часах езды от Старлайна.

Некоторые утверждали, что он жил с сестрой. Другие настаивали, что его заперли в психиатрической лечебнице. Я подозревала, что правда была где-то посередине или, возможно, включала в себя немного и того, и другого. Я была рада, что он в порядке, но все равно чувствовала себя дерьмом за то, что позволила ситуации зайти так далеко.

Джулианна усмехнулась.

— Никто не спрашивал, но, полагаю, спасибо, что сообщили. Итак, о чем же он с вами так долго беседовал? О ретроактивных наказаниях?

Мэйси хихикнула, как и несколько других. Джулианна бросила холодный взгляд по ряду в сторону меня и Джоан.

От нас ожидали, что мы присоединимся к хихиканью, но сейчас было уже поздно. Фрэнкс снова заговорил.

— Достаточно, — холодно сказал он. — Вашим межличностным разборкам нет места в моем классе. Понятно? Вам не обязательно быть закадычными друзьями, хотя я могу свести некоторых врагов для лабораторных работ, если почувствую себя садистом. Или если вы продолжите нажимать мои кнопки. Посмотрим, насколько вам это понравится. И если вы принесете свои подлые интриги в мой класс, я сделаю вашу жизнь сущим адом. Это обещание. — Он встретился взглядом с каждым в классе, пронзая нас своим оливково-зеленым взором. Его лицо было настолько смертельно серьезным, что даже Джулианна замерла на мгновение, когда он посмотрел на нее.