Читать книгу 📗 "Неизвестен Автор - Театральная Энциклопедия"
Выступал за рубежом: Финляндия (1946), Франция (1958), ГДР (1959), Италия (1959), Бразилия и Уругвай (1960), Англия (1961).
Лит.: Румянцев М., На арене советского цирка, М., 1954; Финк И., Карандаш, "Советский цирк", 1958, № 4; Никулин Л., Карандаш, М., 1956. Ю. Д.
КАРАПЕТЯН, Оганес Левонович [р. 1(14). IV. 1914]- армянский советский режиссёр. Засл. арт. Арм. ССР (с 1945). Чл. Коммунистич. партии с 1947. В 1932-36 учился на режиссёрском ф-те ЦЕТЕТИСа. Сценич. деятельность начал в 1936 в Ленинака некем т-ре как режиссёр. Работал гл. режиссёром в т-рах Дилижана (1938-41), Степанавана (1941-48), Гориса (1950-52), Кировакана (1952-57). Деятельность К. способствовала поднятию сценич. культуры районных т-ров Арм. ССР. С 1957 - режиссёр арм. т-ра музко-медии. Пост. спектакли: "Хатабала" Сундукяна (1953), "Зимняя сказка" Шекспира (1954) - в Кировакане, "Укрощение строптивой" Шекспира (1959) - в т-ре муз-комедии и др. Б. А.
КАРАТОВ (наст. фам. - Карапетян), Александр Данилович (14.XI.1882-16.VII.1956) -армянский советский артист оперы (лирико-драматич. тенор). Нар. арт. Арм. ССР (1954). В 1911 по окончании Моск. консерватории (класс проф. У. Мазетти) начал сценич. деятельность. Выступал в оперных т-рах
Москвы, Тбилиси, Баку, Риги, Харькова, Киева и др. городов. В 1933-47 К. был артистом Т-ра оперы и балета им. Спендиарова (Ереван). Партии: Ленский, Альмавива, Герцог, Альфред, Хозе;.Пинкертон ("Чио-Чио-сан"), Ашуг ("Алмаст" Спендиарова), Назар ("Храбрый Назар" А. Степаняна) и др. Голос К. отличался звучностью, гибкостью и красотой тембра, игра естественностью и правдивостью. В 1942-54 К. был директором Ереванского хореографич. уч-ща. Б. А.
КАРАТЫГИН, Пётр Андреевич [29.VI(11.VII). 1805- 24. IX(6.X). 1879] русский драматург, актёр, педагог. Род. в Петербурге. Сын Андрея Васильевича и Александры Дмитриевны, брат Василия Андреевича Каратыгиных. Окончив Петерб. театр. училище (1821), К. в течение всей жизни играл на сцене Александрийского т-ра. Исполнял преим. комедийные и водевильные роли: Загорец-кий ("Горе от ума"), Заму-хрышкин ("Игроки" Гоголя), Фон Фонк ("Холостяк" Тургенева). Играл в собств. водевилях Сен-Феликс ("Чудак-покойник, или Таинственный ящик"), Клейстер ("Булочная") и мн. др. Как актёр, по отзыву Белинского, К. имел "талант односторонний, годный не для многих ролей, но тем не менее весьма замечательный" (Собр. соч., т. VIII, стр. 534).
В истории рус. т-ра К. известен гл. обр. как автор водевилей (написал 73 пьесы, в т. ч. 46 водевилей;. первый - "Знакомые незнакомцы", 1830). Наибольший успех имели: "Заёмные жёны, или Не знаешь,. где найдёшь, где потеряешь" (1834), "Дом на Петербургской стороне, или Искусство не платить за квартиру" (1838), "Ложа 1-го яруса на последний дебют Тальони" (1838), "Чудак-покойник, или Таинственный ящик" (1841), "Булочная, или Петербургский немец" (1843), "Вицмундир" (1845) и др. Большинство водевилей К.- переводы и переделки иностр. пьес и рус. повестей. Пьесы К. отличаются занимательностью,. живым, остроумным диалогом, актуальными сюжетами, рисующими петерб. нравы. Их героями являются преим. мелкие чиновники, купцы, бедняки-интеллигенты, крепостные крестьяне. В водевиле "Дом на Петерб. стороне..." К. изображает благородного бедняка-чиновника, к-рый мстит домовладельцу за издёвки над такими же бедняками, как он. Чиновничий быт метко изображён в очень популярном водевиле К. "Вицмундир". Сатиру на разоряющееся дворянство представляет водевиль "Дон Ранудо ди Калибрадос,-или Что за честь, коли нечего есть" (1833). Беспринципных критиков К. вывел в "Знакомых незнакомцах". В водевиле "Сентябрьская ночь" (1830) К. говорит о несправедливости к эксплуатируемому крестьянству. В то же время пьесы К. не поднимаются до обличений политики самодержавия. Ограниченность взглядов К. особенно ярко сказалась в водевиле "Натуральная школа" (1847), к-рый в сущности был направлен против реализма в рус. лит-ре.
Драматургич. деятельность К. продолжал до конца жизни (последнюю комедию "Козёл отпущения" написал в 1878). К.- автор "Записок", в к-рых нашли отражение события театр. жизни. К. вёл педагогич. работу в Петерб. театр. уч-ще (1832-38).
Соч.: Сочинения, СПБ, 1854; Сборник театральных пьес... Оригинальные и переводные водевили и комедии, т. 1-3, СПБ, 1880; Водевили, М., 1937 (вступ. статья М. Па-ушкина "Старый русский водевиль и П. А. Каратыгин");
Записки, т. 1-2, Л., 1929-30 (в прилож. дан перечень дра-матич. произв. К.).
Лит.: Беляев М., Из истории старого водевиля (А. Ф. Кони и П. А. Каратыгин...), в кн.: А. Ф. Кони. Юбил. сборник, Л., 1925; Брудный Д., Демократические тенденции в русском водевиле, в кн.: Учёные записки (Киргизского женского педагогич. ин-та им. В. В. Маяковского), вып. 2, Фрунзе, 1 957; Успенский В. С., Русский классический водевиль, в кн.: Русский водевиль, Л.-М., 1959. Д. Бр.
КАРАТЫГИНЫ - семья русских актёров.
1) Андрей Васильевич [4 (15). VII. 1774- 26. XII. 1831 (7. I. 1832)]. Окончил Петерб. театр. уч-ще (1794); ученик И. А. Дмитревского. Дебютировал на сцене Большого т-ра в Петербурге в 1791, еще будучи учеником, в роли Гекто-ра ("Игрок" Реньяра). Играл роли молодых повес и щеголей. В 1810 перешёл на роли благородных отцов. С 1819 был режиссёром рус. драм. труппы. Покинул сцену в 1822. С 1794 до конца жизни вёл своеобразный дневник рус. драм. труппы - "Журнал Театральный", куда ежедневно заносил все события петерб. сцены. "Журнал" К., хранящийся в Ин-те рус. лит-ры (Пушкинский дом) АН СССР в Ленинграде, содержит большой фактич. материал и представляет значит, ценность для истории т-ра. Данные "Журнала" использовал П. Арапов в "Летописи русского т-ра" (1861).
2) Василий Андреевич [26 II (10 III). 1802, Петербург,-13 (25). III. 1853, там же]. Сын Андрея Васильевича и Александры Дмитриевны К. (Перловой). Учился в Горном кадетском корпусе, служил в департаменте внешней торговли. Драм. иск-вом занимался с А. А. Шаховским, затем с П. А. Катениным - видным теоретиком и пропагандистом классицистскои трагедии. В 1820 дебютировал в петерб. Большом т-ре в роли Фингала ("Фингал" Озерова). Через своего учителя Катенина вошёл в круг крупнейших деятелей рус. культуры. Был знаком с Пушкиным, Грибоедовым, Крыловым, Одоевским, Рылеевым, Кюхельбекером, мн. представителями передовой дворянской молодёжи. Однако после подавления восстания декабристов К., как и многие дворяне того времени, у к-рых не было органической связи с освободит, движением, отошёл от передовых сил и примкнул к консервативному "верноподданническому" лагерю. На раннем этапе творчества К. был тесно связан с традициями классицизма. Уже в 20-е годы определились характерные черты актёрского стиля К.приподнятая героика, монументальная парадность, напевная декламация, живописность поз. К. исполнял заглавные роли в трагедиях В. А. Озерова ("Димитрий Донской"), Корнеля ("Сид", 1822), играл Ипполита в трагедии Расина "Федра" (1823).
Со времени открытия Александрийского т-ра в Петербурге (1832) К. ведущий актёр-трагик этого т-ра. Исполнял главные роли в реакционных, псевдопатриотических пьесах Н. В. Кукольйика и Н. А. Полевого на столичной сцене: Пожарский, Ляпунов, Басенок ("Рука всевышнего отечество спасла", 1834, "Князь Михаиле Васильевич Скопин-Шуйский", 1835, "Боярин Фёдор Васильевич Басенок", 1844, Кукольника), Иголкин, Неизвестный ("Иголкин, купец Новгородский", 1838, "Параша-сибирячка", 1840, Полевого) и др. Играя в трагедиях Шекспира, К. подходил к ним с позиций классицистскои эстетики. Пренебрегая психологич. сложностью шекспировских героев, К-"выделял в них одну главную, как ему казалось, черту. В роли Отелло (1836) подчёркивал ревность, в Гамлете (1837) борьбу датского принца за престол. Необычайно сильных внешних эффектов К. достигал в пьесах Шиллера подменяя, однако, социальное содержание его произв. личными конфликтами: тема мести лежала в основе его трактовки роли Карла Моора (1828); оскорблённым сыном в исполнении К. был Фердинанд ("Коварство и любовь" Шиллера, 1827). К. много играл в мелодрамах: Жорж Жермани ("Тридцать лет, или Жизнь игрока" Дюканжа, 1828), Кин ("Кин, или Гений и бес-путство" Дюма-отца, 1837), Нино ("Уголино" Полевого, 1838). К. обладал высокой актёрской техникой. Он много работал, добиваясь блестящей отделки роли, продумывал и отрабатывал каждый жест, интонацию. Но интонационные и пластич. эффекты К. нередко противоречили художеств. логике сценич. образа.
Гастроли К. в Москве (1833 и 1835) вызвали оживлённую полемику, к-рая вышла за рамки эстетич, спора об актёрском иск-ве и приобрела острый общественный характер. Критик "П. Щ." (Н. И. На-деждин), отрицательно отозвавшийся о парадно-декоративном иск-ве К., противопоставлял ему любимое демократии, зрителем бунтарское творчество П. С. Мо-чалова. В отзыве на спектакль "Мария Стюарт"" в к-ром участвовали одновременно К. и Мочалов, "П. Щ." писал: "Высшая часть публики, впрочем ко всему довольно равнодушная, была за Каратыгина, средняя - наполовину, низшая за Мочалова". В защиту "светского" иск-ва К. выступил С. П. Шевырёв. В 1835 в полемику вокруг имён К. и Мочалова вступил В. Г. Белинский со статьёй "И мое мнение об игре г. Каратыгина", в к-рой поставил ряд кардинальных вопросов актёрского творчества. "Смотря на его игру,- писал о Каратыгине Белинский,- вы беспрестанно удивлены, но никогда не тронуты, не взволнованы... В его игре всё так удивительно, но вместе с тем так поддельно, придуманно, изысканно" (Полн. собр. соч., т. 1, 1953, с. 187). Иск-ву К. Белинский противопоставлял демократич. творчество Мочалова. Отмечая выдающийся талант и блестящее мастерство К., В. Г. Белинский, А. И. Герцен и др. говорили о вредном влиянии, к-рое оказывала на него официальная пресса, подчёркивали зависимость К. от вкусов придворно-аристократич. зрителей. С конца 30-х гг. иск-во К. под влиянием статей Белинского, поездок в Москву, совм. выступлений со мн. мастерами реалистич. школы Малого т-ра, а главное в связи с общим процессом развития реализма постепенно обретало черты естественности и простоты. Так, напр., играя роль Людовика XI ("Заколдованный дом" Ауфенберга, пер. П. Ободов-ского, 1836), К. вместо обычного величественного благородного театрального монарха играл дряхлого, трусливого старца, жестокого и мстительного. Восхищённый его игрой, Белинский оставил описание исполнения актёра в этой роли. "Посмотрите, как он согнулся,- писал Белинский,- как часто он кашляет, задыхается, как медленна и слаба его походка, какое коварство в его будто бы простодушном смехе, как он всё видит, притворяясь, что ничего не видит, как он умеет прикинуться обманутым, чтобы вдруг и врасплох схватить свою жертву и заставить ее во всем сознаться" (там же, т. 3,1953, с. 375). В роли Лира (1838) К. подчёркивал сложную психологич. основу характера гордое тщеславие короля, постепенное прозрение Лира, пробуждение в нём простых человеческих чувств. Глубокое участие зрителей вызывал К.-Лир в сцене безумия. Об исполнении К. гл. роли в драме "Велизарий" Шенка (1839, пер. П. Ободовского) Белинский писал: "...В продолжении целой роли - благородная простота, геройское величие видны были в каждом шаге, слышны были в каждом слове, в каждом звуке Каратыгина... Его игра становится всё проще и ближе к натуре..." (там же, с. 322-23). Упорный творческий труд, неустанная шлифовка каждой роли, внимательное изучение лит. источников и иконографич. материалов при воплощении историч. персонажей - все эти качества К. оказали положит. влияние на развитие актёрского иск-ва. К. принадлежит заслуга в продвижении на сцену мн. выдающихся произв. отечеств, драматургии. Он был. первым исполнителем ролей Чацкого (1831), Дон Гуана ("Каменный гость" Пушкина, 1847), Барона ("Скупой рыцарь" Пушкина, 1852), Арбенина ("Маскарад", 1852).
