Читать книгу 📗 "Чума Эпсилона (СИ) - Мусаниф Сергей Сергеевич"

Однако, пока у меня оставались хотя бы призрачные шансы выбраться из всего этого живым, и я поднял руки, демонстрируя всем наблюдающим, что я сдаюсь и не собираюсь доставлять неприятности.

Три воздушных дрона подлетели ко мне и зависли у меня над головой.

— Брось оружие, — донеслось из динамиков.

— У меня нет оружия, — сообщил я и помахал поднятыми над головой руками.

— Мы фиксируем повышенную концентрацию неорганических элементов и электроники.

— Видимо, дело в моей правой руке, — пояснил я. Видимо, сканеры у них не слишком чувствительные, раз не смогли в этом разобраться. — Это высокотехнологичный протез. Я — человек плюс.

Волшебник сообщил, что дроны подвергли меня дополнительному сканированию.

Щелк.

Волшебник отправился отдыхать. Вокруг было слишком много недружелюбных людей с оружием, и профиля, который мог бы помочь в такой ситуации, даже в «Кэмпбелле» еще не придумали.

Из-за десантного транспорта, стоящего в соседней посадочной клетке, вывернуло два шаттла в пустынном камуфляже. Из одного выбрались еще двое спецназовцев, из другого — трое технических специалистов, которые займутся досмотром корабля.

Что ж, желаю им удачи.

Новоприбывшие спецназовцы подошли ко мне, завели мои руки за спину и защелкнули на них силовые наручники. Действовали они аккуратно, можно даже сказать, нежно.

— Бить будете? — поинтересовался я.

— Наверное, следовало бы, — сказал один из них. Его лицо было полностью скрыто поляризованным щитком шлема, так что я понятия не имел, сколько ему лет и как он выглядит. — Для порядка.

— Порядок должен быть, — хихикнул я. — Простите, это истерическое. Когда я выбирался из-под удара Кочевников, я совсем не ожидал, что на родной планете меня встретят вот так.

— Начальство разберётся, — сказал спецназовец с твердой уверенностью человека, что выше него есть кто-то неизмеримо опытнее и умнее, кто точно знает, как быть и что делать.

Очень распространенное в армейской среде заблуждение.

Спецназовцы погрузили меня в шаттл, закрыли дверь, позволили мне бросить последний взгляд на яркое солнце и голубое безоблачное небо, и шаттл повез меня к новой жизни.

В местную гарнизонную тюрьму.

Глава 21

Я уже предвкушал, как буду сидеть в одной камере с убийцами, мародерами и дезертирами, и мы с ними будем делиться опытом, но мои провидческие способности снова меня подвели.

Меня посадили в одиночную камеру. Перед этим меня помыли, продезинфицировали, просветили, просканировали, переодели в тюремный комбинезон цвета хаки и с большой буквой «Р» на спине.

Что интересно, никто меня ни о чем не спрашивал. Меня сопровождали двое спецназовцев и три боевых дрона. Спецназовцы отдавали мне короткие команды, что делать и куда идти, и напрочь игнорировали все мои попытки вступить с ними в диалог. А я вошел в роль обычного испуганного работяги, затравленно косился во все стороны и изо всех сил делал вид, будто не понимаю, что тут происходит и какого черта они вообще устроили эти танцы.

В камере была кровать, раковина, унитаз и люк мусоропровода. И все.

Едва я шагнул за порог своего нового обиталища, как массивная дверь за моей спиной закрылась на электронный замок. Судя по уровню предпринимаемых вояками предосторожностей, за ней должны были остаться дежурить два боевых дрона. Искренне надеюсь, что живых людей они для этого дела пожалели.

Я лег на кровать и уставился в серый потолок.

Общедоступной сети здесь, разумеется, не было, и делиться со мной новостями тоже никто не спешил.

Трехглазый Джо, будь он трижды неладен, учил нас не попадаться, поэтому обширных инструкций на случай, если это таки произойдет, он не давал. Ну, кроме стандартного «оцени обстановку, коси под дурачка и попытайся сбежать при первой же возможности или героически умри в процессе».

Щелк.

Щелк.

Я призвал волшебника только на мгновение, чтобы оценить обстановку и не спалиться. За краткий миг присутствия ему удалось засечь три замаскированные камеры наблюдения и систему подачи в камеру газа, и я сильно сомневаюсь, что это как-то было связано с пожаротушением.

Интересно, для кого они изначально строили эти казематы?

Еще волшебник засек защищенную армейскую сеть. Наверное, с его помощью я мог бы ее взломать и открыть дверь камеры до того, как местные сообразят, что происходит, и заполнят камеру газом, но дальше-то что? Даже если я разберусь с дронами прямо за дверью и сумею улизнуть в какие-нибудь скрытые от глаз обычного солдата коммуникационные туннели, это никак не отменит того факта, что я нахожусь на острове, заполненном вооруженными людьми.

На планете, где я объявлен в розыск.

У меня нет прикрытия, нет поддержки, нет никого, кто помог бы мне снаружи. Мои знакомые по прошлому визиту, даже если мне удастся до них добраться, для этого не годятся, бодаться с армией — это не их уровень.

Значит, надо вести себя спокойно, ждать, собирать информацию и морально готовиться к тому, что именно так я и проведу следующие двадцать-тридцать лет своей жизни.

Если они меня, конечно, не казнят.

Где я прокололся? Почему они обращаются со мной, как с особо опасным преступником, а не бедолагой с недоразвитой планеты, которому чудом удалось унести ноги от рейда Кочевников? Что они знают?

Меня несколько тревожило, что никто не попытался допросить меня по горячим следам. Их вообще не интересует моя версия событий? Они хотят собрать как можно больше объективной информации, прежде чем начнут формулировать вопросы? Неприятно, когда на стороне противника играет профессионал.

Где-то через два часа после того, как я устроился на матрасе, в двери на уровне пола открылось небольшое оконце, через которое дрон-разносчик пропихнул мне обед.

Большого аппетита я не испытывал, но телу все равно нужны калории, так что я угостился довольно среднего качества запеканкой из риса, горсткой синтетических фруктов и бутылкой лимонада с ярко выраженным химическим привкусом. Поскольку посуда была одноразовая, после еды я спустил ее в мусоропровод. Заодно оценил, не смогу ли я им воспользоваться в целях побега.

Не смогу.

Еще через пару часов в камере погас свет, из чего я сделал вывод, что наступила ночь.

Наблюдателям темнота не помешает, их камеры могут работать и в инфракрасном режиме. Что ж, очень мило с их стороны, что ребята решили хотя бы не мешать мне выспаться.

Я повернулся на бок.

Мне было одиноко. Отсутствие моего постоянного собеседника навевало тоску. Как там сейчас Генри? В какие бездны местного цифрового мира он сейчас погружается?

О наступлении утра мне сообщил зажегшийся в камере свет и визит дрона-разносчика, который доставил мне порцию похожей на оконную замазку каши и стакан бурой жидкости, издалека слегка напоминавшей кофе. Интересно, они всей базой это едят, или просто в тюремном блоке у нейроповара в прошивке что-то подкрутили?

Кофе был отвратителен на вкус, так что я вылил его в раковину и выпил воды. Она хотя бы не пахла техническими жидкостями.

За завтраком последовал обед, потом ужин, потом снова выключили свет.

Иными словами, целый день меня никто не беспокоил. Я решил, что не буду париться по этому поводу, сделал комплекс упражнений (ничего экзотического, чтобы не вызывать восхищения у потенциальных наблюдателей), а большую часть дня опять провалялся на кровати. После всего, что случилось со мной за последние дни, отдохнуть было совсем нелишне.

Генри говорил, что мне нужно брать паузы.

Иронично.

На третий день за мной пришли. Спецназовцев в тяжёлом боевом снаряжении было аж пятеро, они толпились перед камерой, задевая друг за друга плечами, отчего их броневые пластины терлись с неприятным скрежетом. Под потолком висело три несущих нелетальное оружие дрона.

— Непохоже, что вы пришли отпустить меня на свободу, — заметил я. — Но, быть может, мы хотя бы сходим на пляж?