Читать книгу 📗 "Чума Эпсилона (СИ) - Мусаниф Сергей Сергеевич"

Никто мне, разумеется, не ответил.

Я думал, меня отведут на допрос, но меня притащили в комнату с двумя техниками, лица которых были скрыты белыми масками, и огромным медицинским сканером, в котором без проблем можно было бы рассмотреть внутреннее устройство центурианского толсторога. Мне велели раздеться и залезть в эту штуку.

Подчинившись приказу, я проторчал внутри механизма целых полчаса, прежде чем мне разрешили выйти.

— Как я изнутри? — поинтересовался я. — Нет ли в организме каких-то проблем, о которых мне следовало знать?

Мне снова никто не ответил. Не последовало даже дежурной шутки про то, что проблемы со здоровьем не должны меня беспокоить, потому что умру я точно не от них.

Дав мне минутку, чтобы одеться, спецназовцы отвели меня обратно в камеру, где меня уже ждал принесенный заботливым дроном обед.

Любопытно.

Они усилили меры безопасности по сравнению с первым днем моего пребывания здесь, когда они вообще не знали, кто я такой и чего от меня можно ждать. Усилили их, несмотря на то что я не выказывал никаких признаков неповиновения и вообще вел себя, как пай-мальчик.

Они что-то обо мне узнали? Что? Из какого источника?

Следующие два дня меня навещал исключительно разносчик еды.

Я мог бы взломать его, подключиться к его камере и составить план здания, который пригодился бы мне для планирования побега, но решил пока с этим повременить.

Мне стало любопытно. Я хотел дождаться хотя бы первого допроса. В конце концов, я — мультипрофильный специалист, генетически созданный диверсант, шпион и убийца. Если отсюда в принципе можно сбежать, я это сделаю, а если нет, то все равно найду способ.

Только чуть позже.

Через неделю меня охватило уныние. Я мог бы даже подумать, что обо мне попросту забыли, если бы не дрон-разносчик, три раза в день доставляющий мне еду.

По большей части, невкусную, но не думаю, что в этом была его вина.

Я упражнялся, больше для того, чтобы держать себя хоть в каком-то подобии формы, пока не доберусь до нормальной капсулы (может быть, вообще никогда не доберусь, так что надо привыкать поддерживать свой организм допотопными дедовскими способами), валялся на кровати, думал, чем сейчас может заниматься выпущенный на свободу Генри, и строил планы побега.

Пока меня водили на сканирование, да и по пути сюда, я запомнил расположение коридоров и точно знал, как выбраться наружу.

В моей камере не было окна, потому что она находилась на первом подземном уровне. Лифтом по дороге мы не пользовались, и два стандартных лестничных пролета вряд ли могли вести куда-то в недра земли…

Я придумал, как выйти из камеры, нейтрализовать людей в коридоре и раздобыть оружие. К сожалению, на этом этапе все заканчивалось. Как выбраться с острова, на котором все захотят меня убить, я пока не представлял.

Наверное, не стоит сразу ломиться на материк, вплавь до него даже я не доберусь, а весь вылетающий транспорт они отслеживают, и незаметно пробраться на борт у меня вряд ли получится. Самым разумным вариантом было бы найти какое-то тихое место на самой базе, где я бы мог отсидеться пару недель, пока не стихнет шумиха, а уже после этого попытаться выбраться наружу.

Все упиралось в поиски этого самого тихого места. Даже если оно существует, с момента, как я выйду из камеры, у меня будет не слишком много времени на поиски.

Еще можно было взять под контроль отряд боевых дронов и устроить на базе резню. Это позволит мне выиграть немного времени, пока вояки будут разбираться со своим взбесившимся оборудованием. Резня — поиски тихого места — пара недель отсидки — долгожданная свобода… В теории это звучало неплохо, но на практике облом мог случиться на любом этапе этого плана.

Как говорил Трехглазый Джо, есть только два типа планов, которые могут привести к успеху.

Детальный, скрупулезный, проработанный до мелочей и предусматривающий любые случайности. Его разработка требует кучу времени, зато потом ты катишься по нему, как по рельсам. Второй вариант куда более рискован и подразумевает импровизацию практически на каждом этапе. Ты намечаешь основные вехи и движешься от одной к другой, действуя в зависимости от обстоятельств.

Любые промежуточные варианты не работают.

Воспользоваться первым вариантом у меня не было никаких возможностей, а что касается второго… Что ж, основные вехи я набросал. Осталось только дождаться удобного момента.

Но сначала мне хотелось выяснить, что конкретно у них на меня есть.

Больше всего меня удручало отсутствие информации.

Я выходил в сеть на очень короткий срок во время посадки, и на тот момент в новостных лентах не было ничего, что могло бы прояснить мотивы имперской разведки, спровоцировавшей нападение Кочевников. Возможно, имперцы играли вдолгую и мотивы проявятся гораздо позже.

Или они уже проявились, но соответствующие новости просто не успели дойти до системы Эпсилона. Одно предположение у меня было, но ни подтвердить его, ни опровергнуть я не мог.

Еще меня интересовала судьба Трехглазого Джо. Я почти не сомневался, что «Доминатор» сумел уйти от рейда Кочевников, но вот что он стал делать дальше? Улетел ли Кэмпбелл по своим корпоративным делам или решил остаться в системе Эпсилона, чтобы наблюдать дальнейшее развитие событий?

Поверил ли Трехглазый Джо в мою гибель?

Если даже «Доминатор» ушел из пространства Эпсилона, значит ли это, что «Кэмпбелл» свернул операцию по моей поимке? Или Джо подрядил на это дело очередной отряд моих собратьев?

Я не питал особых иллюзий по поводу своего будущего. При любых раскладах оно будет коротким и не слишком радостным. В результате приключений, которые выпали на мою долю за последний месяц, я не только не приблизился к своей цели, но практически потерял ее в тумане войны.

Лишился корабля, расстался с Генри, практически вернулся в ту точку, с которой начинал новую жизнь после побега от «Кэмпбелла». А если честно, стало еще хуже.

Когда я закончил свои рабочие отношения с родной корпорацией, я хотя бы был на свободе и надо мной не висела куча обвинений в нарушении законов Содружества.

На восьмой день, сразу после завтрака, за мной таки пришли.

— Я уж начал думать, что вы про меня забыли, — сказал я и получил в ответ традиционное молчание.

Пятерка спецназовцев, как и в прошлый раз, несколько дронов. На меня надели силовые наручники (вешать на мультика наручники с электронным замком — это очень хорошая шутка. Волшебник мог бы деактивировать их меньше, чем за секунду), и мы отправились в путь.

Один конвоир шел спереди, двое по бокам, двое сзади. Дроны висели под самым потолком, видимо, чтобы я не смог сбить их кулаком в красивом прыжке (кстати, я бы смог).

Прошагав добрых полкилометра по коридору (двигались мы не в том направлении, что в прошлый раз), мы добрались до лестницы и спустились на три уровня вниз. Похоже, вояки отгрохали себе настоящий бункер, способный выдержать даже средней силы орбитальный удар.

Меня привели в допросную комнату. С виду ее убранство выглядело довольно просто — стол и два стула, один из которых был прикручен к полу, но я не сомневался, что здесь все напичкано электроникой.

Меня усадили на стул, связали наручники с силовой площадкой на столе и оставили одного. Ну, если не считать трех дронов, зависших у меня над головой.

Я не сомневался, что конвоиры остались прямо за дверью, и я бы не удивился, если бы узнал, что прямо сейчас меня держат под прицелом замаскированные в стенах пулеметы.

Или плазмометы.

Я просидел так минут пятнадцать, а потом в комнату вошла женщина в военном комбинезоне без знаков различия и отметок о принадлежности к какому-либо роду войск. У женщины были длинные черные волосы, собранные в хвост, узкое и не слишком приятное лицо и спокойный взгляд больших темно-серых глаз.

Она села на второй стул, тот, который не был прикручен к полу, и поставила перед собой планшет таким образом, чтобы я не видел содержимое экрана.